Психологическая дуэль. Рассказы врача

Давайте оставим в стороне всякие руко-и ногоприкладства, меры воздействия физического плана и разного рода бойцовские клубы. Расскажу о дуэли психологической.

В некоей московской больнице работал один рентгенолог старый. Работал он там уже несколько тыщ лет, всё на одном месте. Квалификации был редкостной, к нему из других больниц даже снимки привозили, когда было непонятно, что там к какому месту прикрепляется, бывают такие спорные случаи. Но была у него такая особенность - не приходил он никогда на работу вовремя. Ну, как все - к восьми там, или даже к девяти. Приходил часам к одиннадцати, в лучшем случае. Говорил: "Идите в жопу, я сова". Но на это закрывали глаза, поскольку другого такого ройнтген-сейджа они бы нигде не нашли. Тем более, что часы свои он всегда отрабатывал - придет в полдень, но и уйдет затемно, когда уже все снимки опишет. В ночь, поскрипывая суставами и светясь красными глазами.

И курил как паровоз в хорошем стимпанке. С сигаретой не расставался, он через дымный туман яснее тени в легких видел, чем через самую прозрачную оптическую среду. В его каморе, расположенной в самом темном углу рентгеновского отделения, можно было повесить не только топор, но и средних размеров отбойный молоток. Рассказывали, что рядом с его дверью одно время на гвоздике висел противогаз для посетителей, но это врут, конечно. О врачах вообще постоянно врут, да.

Но вот случилось в той больнице серьёзное изменение - вышибли поджопным пинком главврача с должности (не за беззаветное служение Родине, как вы сами понимаете) и поставили нового. Молодого и энергичного.

Новый главный, естественно, решил что раньше всё работало хуево, потому, что был хуевый главврач, а поскольку он сам совсем не такой, то и больница теперь должна качественно улучшить параметры работы путем снижения индекса хуевости. Снижается этот индекс, как известно любому руководителю, путем затягивания гаек и ужесточения дисциплины. Ну вот и одним из первых распоряжений нового начальника был приказ всем приходить на работу в одно время - в восемь утра.

Ну, сейджа нашего до поры до времени прятали, благо что камора его находилась в таких кулуарах, в каких любой нормальный начальник даже швабру не подумает искать. Но не уберегли как-то. Дознался главврач о непростительном нарушении трудового режима и пошел во главе свиты разбираться. Долго пробирались между каких-то шкафов со скелетами, сундуков с рентгенологическими сокровищами и ворохов сломанных стендов, наконец уперлись в облезлую дверь каморы. Открыл главврач дверь - а его вывалившимся клубом дыма чуть не задавило.

Ну тут он совсем уж озверел. Махновщину тут развели, всех уволю. Так, с проклятьями, дыша через рукав и зашел внутрь.

Внутри тускло светил негатоскоп с какой-то повешенной на него непроходимостью. В углу, привидением белелся рентгенолог, разрозненные тени от сфотографированных кишок превосходно маскировали его в окружающей среде, выдавали лишь три красных огонька - сигарета и два глаза.

- Это что за безобразие? - мамонтом закричал главный врач.

Рентгенолог затянулся и выпустил причудливый клок дыма.

- Вам известно, кто я? - иезуитски прищурился главврач. Плохой ход, откровенно проигрышный...

- Нет - без тени расстройства констатировал рентгенолог. - Дверь прикройте, не май месяц.

- Я, между прочим, ваш начальник, главный врач этой больницы, в которой вы изволите работать! - банально обозначил себя главврач.

Рентгенолог сделал еще одну глубокую затяжку, покопался в памяти и скрипуче подвел черту беседе:

- Вы, на моей памяти, восьмой главврач. Вы уйдете - а я и дальше здесь работать буду. И при девятом буду. А дверь всё-таки прикройте, свет глаза режет, мне ими работать.

Ну что сказать... как в воду глядел. Главный поорал, побесновался, но потом его общими усилиями уговорили не увольнять, ибо сейджей никто не может увольнять. Ограничились строгим выговором, которых у рентгенолога коллекция была, а через несколько месяцев действительно главного то ли уволили, то ли, как водится, бросили на новый фронт работ, поднимать асфальтоукладку или там осеменение мелкого рогатого скота. Для крупного рогатого начальник был вощемта мелковат.

Пришел и девятый главврач. А ройнтген-сейдж так и продолжил сидеть в своем неприступном замке под дымовой завесой.

Так випьем же за то, шьтоби ныкогда не изменьять сэбэ!


VIA