Бойцовский клуб и Вальхалла: каково это – жить прямо над круглосуточной разливайкой

Полночь. Начинаешь готовить спагетти, надеясь, чтобы получилось, что называется, al dente. И вдруг с улицы, прямо с десяти метров ниже, доносятся крики: «держите айфон, пацаны, я его сейчас ушатаю!» или «я те щас лицо подожгу, подожгу-у-у-у!». И ты уже несешься на балкон, бросая все, лишь бы не пропустить самое интересное. Мои несносные соседи уже очнулись и ринулись в битву; они, верно, мечтают о славных подвигах и неистовых пиршествах, но не понимают, что мешают спать всем остальным. Каково это – жить прямо над входом в круглосуточный магазин-разливайку? – Как будто прямо в Колизее.

Такая история о шуме и ярости может показаться банальной – у кого-то под окнами стройка, у кого-то школа – но, на самом деле, разливайка прямо под балконом погружает в неведомый и почти фантастический мир. Это как первая часть «Безумного Макса», но в центре города и с уклоном в алко-сеттинг. В отличие от «Макса», топливный кризис так и не грянул, но трубы у всех все равно горят, так что битвы за честь и горючее идут ожесточенные, кровавые и первобытные.

Во-первых, мне повезло: моя разливайка – единственное оставшееся на добрый микрорайон заведение, в котором можно купить алкоголь после 23 часов. Поэтому сюда приезжают толпы закупающихся пьяниц, дурацких студентов, тинейджеров и просто лихого мужичья. И их много, и многие на взводе. Часто группы могут схлеснуться и начнется конфликт на почве классово-возрастной неприязни. Но чаще, почему-то, сталкиваются в битве именно представители одной компании. Они швыряются бутылками, рычат, вцепляясь друг другу в волосы; слышатся плюхающие глухие удары – это кулак долетел до чьего-то уха или носа.

После такой славной разминки оба атлета – и окровавленный и триумфатор – братаются, плачут, клянутся в вечной дружеской привязанности. Все вокруг радостно восклицают и даже нестройно хлопают в ладоши. Лично меня такое положение дел за окном поначалу раздражало, но затем неприязнь испарилась. Во-первых, за такое соседство мне неплохо скинули с квартплаты, а, во-вторых, на месте искателя свежих ощущений, я сам доплатил бы за такое зрелище. Стоящие внизу, прямо подо мной (можно легко разглядеть прыщи на лысинах и татуировки на затылках) меня решительно не замечают: они пьют, шумят и устраивают ристалища так, словно находятся где-то на заснеженной вершине.

Драки, кстати, – скорее традиция, они случаются едва ли не через каждые два-три дня и там участвуют все те же фигуранты. Так что битвы выглядят относительно вяло и махаются с оттяжечкой, даже с учетом того, что иногда выбиваются зубы и в ход идут палки и камни из-под ног. Тут просто так принято – всего лишь богатое культурное наследие конкретно этого двора. В конечном итоге оказалось, что здесь сложилось три постоянных гладиаторских команды – зачинщики почти всех драк, среди которых я немедленно завел себе любимцев.

Клан «Опыт и честь»

Первая группа – простые и слегка поломанные жизнью мужики – усталые, гогочущие от пуза. Они пьют пиво, откупоривая его прямо на крыльце, стоят и обсуждают, каково служилось на флоте в 87-м. Дерутся вяло, но крепенько, только между собой и для души, а также воскрешения чувства молодости. Когда с ними пытаются завязать конфликт – достают инструменты, вроде молотка или гаечных ключей из стоящих тут же своих машин или же кармана – и ситуация тут же сглаживается.

Клан «Изысканные дикари»

Вторые – самые мутные ребята. Примерно 25 лет, слегка подкачанные, злые и веселые, но очень-очень странные. Появляются только в выходные, могут пить до самого утра здесь же, на крыльце разливайки буквально часы напролет. Их главный мотив конфликта – жестко и как-то изуверски бьют того, кто решает уйти раньше рассвета и тем самым нарушить некий старинный обычай. По такому поведению можно судить, что они — обычные околокриминальные элементы, но их манера разговаривать переворачивает все с ног на голову.

Типичный узнаваемый клич – что-то садистское, в духе рейдеров: «я тебе лицо подожгу!», «вырву глаза!». И при этом здесь же: «ты меня утомил!» или «я не желаю иметь с тобой ничего общего!». Моя любимейшая их фраза – это просто верх абсурда: «я тебе *бло раскрошу на 30 процентов!». Кто они такие? Почему разговаривают словно юниты с заранее записанными фразами? Сплошные загадки. Они же – группа, которая наименее всего матерится, как это ни странно.

Клан «Бесславные недоросли»

Третья команда – самая унылая и неприятная: обычные гоповатые тинейджеры, которые ходят толпой и пытаются конфликтовать с предыдущими кланами. Что характерно, отхватывают моментально и забывают дорогу к этому месту еще недели на две. Кроме того, можно добавить еще одну категорию – это толпа из восьми, или вроде того, женщин, которые имеют обыкновение выпивать и истошно матерно орать. Конфликты решают визгом и кидая банки с пивом друг другу в лицо – иных проявлений жестокости не замечено. Нежно лелеемы первой группой – не исключено, что их жены.

Двор выглядит словно бетонно-кирпичная арена, в центр которой направлены фонари – туда-то, в круг желтого света, и идут устраивать махач. Взглянуть на начинающиеся драки каждый раз выглядывает с десяток людей. Многие, как и я, – с заранее заготовленным пивом и сигаретами, ведь конфликт может продолжаться, то затухая, то разгораясь, полчаса подряд. Здесь сложилась некая общность извращенных ценителей, которые скорее пропустят матч по футболу, чем гладиаторские игры. Но каждый раз с очевидным опозданием на место стычек приезжает наряд милиции, и все тут же уходят с балконов – шоу закончилось, а как свидетеля могут и допросить. Все остальные соседи вздыхают с облегчением, им не понять нашего азарта.

Возможно, это и есть та самая Вальхалла, полная славных битв и вечного пьянства, куда попали скандинавские воины после смерти.

via