Повариха Лёлька

Где «подобрал» председатель старательской артели новую повариху, мнения были разные. Кто говорил, что он переманил её из одного из ресторанов Магадана, кто строил иные, изобилующие эротическими подробностями предположения.

Но, одно было очевидно: в отличие от тех дородных тётушек, что обычно кухарят в старательских артелях, Лелька девушкой была видной. А это, как не крути, неотвратимо грозило возникновением ненужного напряжения в коллективе. Потому, перед началом сезона, председатель, собрав ядро артели, авторитетных мужиков работавших с ним от трёх лет и более, постановил так:
- К поварихе не лезть. С кем решит сама быть, с тем и будет.
Так же сказал, что повариха, перед приёмом на работу о таком условии была предупреждена. На том и постановили.

Председатель старательской артели, - авторитет непререкаемый. Дисциплина в артели, чтобы за сезон отработать максимально возможно эффективно, должна быть железной. Это все понимали.

А «старики» еще помнили те времена, когда в их местах, например, за кражу или утаивание металла, чтобы другим было неповадно, виновного могли заварить живьем в пустую бочку, засыпать в отвале, и списать, как самовольно ушедшего и пропавшего без вести.

Впрочем, при всей своей строгости, председатель был человеком справедливым и с пониманием. Даже сухой закон у него в сезон можно было нарушить. Если уж совсем припрёт, любой мог всегда прийти к нему, и открыто спросить на то разрешения. Цена вопроса десять тысяч рублей. Вручаешь деньги или расписку,- получаешь из рук председателя бутылку водки, и на сутки вперед, за сопку. Так, чтобы в артели тебя даже с запахом никто не видел.

Понятно, что и председатель и его зам, плюс еще несколько видных мужиков, надеялись на то, что их шансы «приютить под крылом» повариху, были больше чем у других. И в первые дни сезона, при возможности, одевались почище, пахли парфюмом и аккуратно «подкатывали».

Но, как нередко случается, действительность превзошла все ожидания, когда стало ясно, что повариха предпочла им механика Вовку из местных,- совершенно нескладного, невысокого, вечно небритого мужичка, лет явно за сорок.
Который, к тому же и на лицо был не Ален Делон, это если очень мягко выражаться.

Чем уж он её взял, спорили до конца сезона. "Подкалывали" Вовку в бане, задавая весьма каверзные вопросы относительно скромных размеров его «мужского достоинства». Тот, не обижаясь, отмалчивался и ухмылялся.
Даже председатель был поражён такой несправедливостью, но терпел и молчал, - уговор есть уговор.

Так или иначе, к поварихе «подкатывать» перестали. Разве что шутили насчёт её и механика вскользь, в разговорах меж собой за столом. Та, на провокации не отвечала, была приветлива и кормила вкусно.
Секрет "мужской силы" Вовки перестал быть таковым лишь в конце сезона, когда в багаже Лёльки, перед посадкой в самолёт, обнаружили хорошо замаскированную увесистую упаковку с россыпью жёлтого металла. Даже у видавшего виды досмотрщика вытянулось лицо, когда из упаковки на стол высыпалось такое. Досмотрев багаж и личные вещи Лельки тщательнее, обнаружили еще пару схоронок, тоже с металлом.

Разумеется, Лельку с рейса сняли. Но, через сутки, выяснив, что металл, так похожий на самородное золото, есть не что иное, как оплавленные и "художественно обработанные" опилки латуни и бронзы. Формально допросив и, заодно повеселившись, Лельку не только отпустили, но и помогли с местом на следующий рейс. Чтобы не бросилась искать в тундре Вовку, благоразумно свалившего из посёлка "на охоту".

Перед началом нового сезона, председатель артели, собрав народ, сказав: "Умыл..", - лично пожал механику руку, и вручил "ценный подарок", - набор хороших импортных напильников.

via