Подводная драма

Атомная подлодка из серии знаменитых «Акул» бороздит океан уже месяц. Автономка. Лодка лишь в положенные часы на мгновения подвсплывает на сеансы связи.

Однажды связисты, почесывая «тыковку», приносят командиру загадочную циркулярную радиограмму с базы: «Срочно доложить, сколько находится на руках у членов экипажа денежных купюр достоинством в 50 и 100 рублей». Командир машет рукой: «Да ну вас с такими подколами, не смешно!».

Но после следующего сеанса связисты снова бумажку несут. Текст примерно такого содержания: «В стране объявлен обмен денежных знаков! Кто не успеет поменять купюры на дензнаки нового образца в течение трех дней, может считать их туалетной бумагой». То есть настоящий текст-то был посерьезней, но подлодочное начальство именно так его и донесло до обитателей отсеков.

Что тут началось! Ну, «женатики» – те только вздохнули скорбно: зарплата, полученная за три месяца вперед, все равно отдана «вторым половинам». А оставленные при себе заначки… Что ж поделаешь, такова се-ля-вуха.

А вот холостые подводники, в основном лейтенанты и молодые мичмана, которые всю трехмесячную зарплату с собой в море взяли, не вздохнули, а завыли в голос.

Пропали денежки, пропали!
Впрочем, вой длился не очень долго: молодые холостяки смирились. Служба еще только начинается, все деньги впереди. Лейтенанты в лодочной подводной курилке гордо поджигали сигареты от пламени 100-рублевок (хоть раз в жизни попробовать!), двери кают как-то сами собой обклеились купюрами (а куда они еще годятся!). Весело!

Лишь старый мичман-турбинист, полжизни собиравший на «Москвич», ходил чернее тучи. Все свои накопления он традиционно хранил не в сберкассе, а в личном отсечном сейфе с диким количеством накладных и врезных, внешних и внутренних замков. Наконец и он махнул рукой, достал толстую пачку сотенных и… разрубил аварийным топором на мелкие кусочки, подложив под место «денежной казни» красную аварийную доску. После чего сгреб бумажки (по сути, обломки своего «Москвича»), сунул в пластиковый мешочек и уложил обратно в сейф, успокоенный.

И тут командиру снова радио приносят: «Почему не доложили, сколько на борту 50– и 100-рублевых купюр? По возвращении корабля в базу заказанное вами количество денежной массы будет обменяно!»

И тут лейтенанты заплакали, а старый мичман из турбинного отсека надел на себя изолирующий противогаз и завещал подчиненным матросикам-турбинистам в таком виде себя и похоронить. Причем на памятнике изобразить не его портрет, а автомобиль «Москвич»… В общем, командир заказал денег по максимуму, на всякий случай.

Вернулась лодка из морей. Потянулись «автономщики» в финчасть с остатками заначек и сбережений. Не пошел только мичман, «казнивший» свою автомобильную мечту… Лишь через месяц командир письменным приказом обязал его в финчасть сходить со своим «денежным мешком». И буквально через полгода мичман купил-таки себе «Москвич»! Вот такой хэппи-энд. Секрет прост: командующий флотилией приказал всем без исключения береговым «финслужащим» восстановить мичманские деньги по любому! И целую неделю все финансисты базы складывали мозаику…

via