Письмо Деду Морозу

«Дорогой Дед Мороз! Прошу тебя, сделай так, чтобы Антон Мазунин из пятнадцатой квартиры предложил мне встречаться, и я, наконец, стала счастливой. С уважением, Марина Вергунова.» — зачитала Снегурочка очередное письмо.

— А сколько ей лет? – спросил Дед Мороз.
— Семнадцать, — ответила Снегурочка.
— Странно, в таком возрасте в нас уже не верят.
— Она ежегодно писала нам письма в течение десяти лет, и ни разу ее желание не осталось неисполненным.
— Приятно, когда нас уважают. А что с этим Антоном? Сомневаюсь, что парень нам напишет. Ну-ка пробей по базе, что у нас на него есть.
Снегурочка защелкала ухоженными ноготками по клавиатуре компьютера, и выражение ее лица стало печальным.
— Ничего не выйдет. Антон влюблен в Кристину из соседнего дома. Агентура докладывала, что стены в его комнате увешаны ее портретами, которые он рисует целыми днями.
— Хе-хе. Ишь ты, слова-то какие – агентура. Это домовой, что ли?
— Ну да, — улыбнулась Снегурочка. — А вообще, не подходит Антон нашей Марине. Она — девочка серьезная, немного романтичная, а он — просто смазливый хулиган.
— Так найди того, кто ей подходит, — молвил дед.
Снегурочка снова застучала по черным клавишам.
— Никита Соколов из параллельного класса на нее заглядывается, только она его не замечает. Но совместимость — идеальная. Они и фильмы одни и те же любят, и книги, и музыку. Просто надо ее внимание как-то на него обратить.

* * *

Шел пушистый сказочный снег, который бывает только в новогодние праздники. Марина выходила из супермаркета. В пакетах — ароматные мандарины, любимые трюфели, продукты для оливье и несколько елочных игрушек. Все, что, как и этот волшебный снег, предвещает смену лет, а романтичным особам сулит долгожданное чудо.
Марина, как бывало довольно часто, не видела ничего вокруг, задумавшись о своем, о девичьем. Поэтому с разгону налетела на парня, который тоже шел не с пустыми руками. От столкновения их пакеты разорвались, и в снег вперемешку посыпались ее мандарины и его книги, зеленый горошек и подарки в ярких упаковках. Увенчали эту странную пирамиду два одинаковых снеговика: один — выпавший из пакета девушки, второй – купленный Никитой.
Молодые люди одновременно бросились поднимать рассыпавшиеся покупки, и предсказуемо ударившись лбами, рассмеялись.

* * *

— Абсолютно банальная ситуация, — прокомментировала Снегурочка, наблюдая происходящее на экране монитора. – Я такие столкновения через день вижу в человеческих фильмах. Просто уже оскомину набило. Дедушка, неужели не мог ничего оригинального придумать?
— А зачем изобретать велосипед? – удивился Дед Мороз. – Ведь работает же.
* * *

Как и было задумано, Марина заметила в стопке вывалившихся книг «Хитроумного Идальго Дона Кихота Ламанчского» на испанском языке. «Кто же в наше время читает «Дона Кихота»? – поразилась она. – Наверное, только я и этот странный юноша. А уж на испанском так точно». Когда все рассыпавшееся было уложено в новые, купленные в киоске пакеты, обычно стеснительная Марина вдруг спросила:
— Читаете по-испански?
— Пока еще со словарем, — смутился Никита. Ему не верилось, что девушка, в которую он был тайно влюблен, сама заговорила с ним.
— Я тоже люблю Сервантеса. У меня бабушка — преподаватель испанского, – неожиданного разоткровенничалась Марина. — Знаете, что меня больше всего удивило в этом языке, когда я только начала с ним знакомиться? То, что восклицательные и вопросительные знаки обрамляют предложение, как в русском – кавычки. Конечно, Вам это известно, но какова причина такой пунктуации? Они просто не могут ждать, пока дочитают фразу до конца, чтобы понять интонацию. Представляете, какой темперамент! – не могла остановиться девушка. Она словно боялась, что как только замолчит, этот необычный юноша уйдет из ее жизни навсегда.
Было странным обсуждать особенности испанского языка стоя посреди улицы, и Никита осмелел:
— А давайте, я угощу Вас кофе. Я ведь Вас чуть не сбил, мандарины помял, теперь должен загладить вину.
Через десять минут молодые люди пили кофе с пирожными в уютной кофейне, а за окном продолжал сыпать волшебный снег. Оба немного застенчивые по натуре, сегодня они вели себя совершенно несвойственным образом. Оживленно говорили о прекрасной стране Испании, в которую, как оказалось, были одинаково влюблены, обсуждали любимые книги и фильмы. Они провели в кафе много времени, но ни разу в воздухе не повисла пауза, не наступила неловкость. Казалось, что они знакомы сотню лет и, несмотря на то, что обоим предстояли предпраздничные хлопоты, совсем не хотелось расставаться. Было выпито по две чашки кофе и давно съедены пирожные. Засиживаться за пустым столом уже стало неприличным, и тогда Никита предложил проводить Марину домой.
Молодые люди стояли у подъезда и лихорадочно придумывали повод для новой встречи. Он, как и подобает мужчине, нашелся первым:
— Не согласится ли Ваша бабушка подготовить меня к поступлению в ВУЗ? Я собираюсь, на романо-германский факультет и как раз искал репетитора.
— Конечно, я с ней поговорю, — пряча радость в воротник пальто, ответила Марина.
— Тогда давайте обменяемся телефонами. Вы с ней обсудите мою просьбу, и я позвоню Вам, — сказал Никита.
Они ввели номера друг друга в память телефонов и попрощались, надеясь на новую встречу.

* * *

— Где ты была так долго, птичка моя? – спросила бабушка.
— Я ученика тебе нашла, ты же недавно говорила, что хочешь взять. Собирается в будущем году на романо-германский, — ответила Марина.
— Кстати, о наступающем годе. Ну-ка, быстро переодевайся, и займись уткой с яблоками. А ученику скажи, пусть приходит послезавтра к двенадцати. Ой, а глаза-то заблестели! Симпатичный ученик, наверное.
Едва дождавшись звонка Никиты, Марина пригласила его на первое занятие второго января. «Как это долго», — думала девушка, но настроение все равно оставалось приподнятым.
Около десяти часов вечера пришли гости – папина сестра с мужем. Родители Марины находились в очередной длительной командировке в жаркой стране, где снега не видели даже в новогоднюю ночь. Они тоже были лингвистами, но в отличие от бабушки большую часть своей жизни провели в разъездах. Все давно уже привыкли к долгим отлучкам четы Вергуновых, а сейчас, когда в доме появился компьютер со скайпом, совсем перестали чувствовать, что расстояние между ними так велико.
Встретив Новый год как миллионы российских семей за праздничным столом, накрытым перед телевизором, в доме Вергуновых посидели недолго, убрали оставшиеся вкусности и разошлись. Лицо Марины весь вечер не покидала загадочная улыбка, а воспоминания о самом существовании Антона Мазунина из пятнадцатой квартиры совершенно выветрились из головы.

* * *

В ту ночь Марине снилось фламенко. Она двигалась в зажигательном танце под аккомпанемент таинственного гитариста, лица которого ей не удалось рассмотреть. Но по движениям, осанке, наклону головы, девушка узнала своего нового знакомого Никиту.
Проснувшись утром, она словно маленькая девочка побежала к елке за подарками. Такова была нерушимая традиция этой семьи. Кроме очередной порции книг на испанском от бабушки и модной кофточки от тети с дядей, девушка обнаружила необычный конверт.
Письмо на голубой бумаге гласило: «Уважаемая Марина! Мы получили Ваш заказ на исполнение желания, но поскольку он состоял из двух позиций, противоречащих друг другу, взяли на себя смелость сделать выбор, какую из них реализовать. Поскольку человек испытывает большую потребность в том, чтобы быть счастливым, чем в отношениях с каким-то Антоном Мазуниным, мы сделали выбор в пользу Вашего счастья. Претензии по выполнению заказа принимаются в течение шести месяцев наступившего года. Искренне Ваши, Дед Мороз и Снегурочка».

© Мари Лепс