Атаман Анненков: главный отморозок Гражданской войны

Сложно представить историческую фигуру более противоречивую, чем атаман Анненков: для одних он прославленный герой и блестящий организатор, для других неуправляемый командир и кровавый деспот.

Повествование для ЯПа историко-просветительского, в 7 частях via

Портрет

Атаман Борис Владимирович Анненков (1889-1927) из числа удалой казацкой вольницы, для кого личная свобода всегда дороже закона и порядка. У него было развито чувство долга и чести, но в не меньшей степени проявлялись своенравность и независимость.

Потомственный дворянин Анненков имел тягу к учению. В 1906 году он закончил Одесский кадетский корпус, а через два года Александровское военное училище. Особенно преуспел он в изучении языков. Помимо английского, французского и немецкого в короткие сроки он овладел казахским и китайским языками. Анненков был прекрасным спортсменом: он отлично фехтовал, скакал на лошади и стрелял.

Со своим однополчанином хорунжим Берниковым он штурмовал еще не покоренные вершины Джунгарского Алатау. Высотам он давал имена, например, Ермака Тимофеева или Николая II. «Черный барон», – так называли Анненкова за пристрастие к черному цвету, он не имел привычки курить и пить, чуждался женщин и не заводил друзей. Были у него и слабости – конфеты и лошади. К скакунам питал он особенную страсть. Он тщательно отбирал лошадей, занимался их разведением, но особенно любил своего верного Султана.

В наказание на фронт

Свои лучшие качества тогда еще сотник 4-го Сибирского казачьего полка Анненков показал во время бунта. Мятежные казаки одного из лагерей выбрали его в начальники, однако он не стал связываться с бунтовщиками и доложил все начальству. Но когда для подавления бунта прибыла карательная экспедиция, на просьбу выдать зачинщиков мятежа он заявил, что офицер, а не доносчик. Как наказание военно-полевой суд отправляет Анненкова на Германский фронт.

Там, на полях Первой мировой наиболее полно раскрылись военные таланты будущего атамана. Попав в окружение, ему удалось совершить практически невозможное – вывести из него остатки полка. Зарекомендовав себя как отличный офицер, с общего одобрения Анненков назначается командиром партизанского отряда, собранного из казаков-добровольцев. Воюя в тылу врага, он раз за разом своими дерзкими рейдами застает немцев врасплох. Железная дисциплина среди подчиненных уже тогда отличала его как военачальника.

«Красным» бой!

После отречения Николая II от престола Анненков со своим отрядом присягнул Временному правительству, но пришедшие к власти большевики за контрреволюцию его выслали в Омск. Командир отказался разоружить своих подчиненных и, отступая вглубь казачьих территорий, становится в оппозицию новому режиму. В марте 1918 года его избирают атаманом Сибирского казачества, а в июле – Войсковым старшиной.

Имея первоначально сравнительно небольшое количество солдат – около 1500 штыков и сабель, Анненков, тем не менее, успешно вступает в Гражданскую войну. Один за другим он разбивает отряды Каширина и Блюхера, совместно с «белочехами» самоотверженно борется с Советской властью в Западной Сибири, участвует в подавлении большевистских восстаний, а также освобождает от «красных» Семиречье.

По последнему слову

Не имея достаточно средств, атаман, тем не менее, следит за качеством обмундирования и вооружения своих солдат. Конечно, не обошлось и без хитрости. Так, в Семипалатинске, надавив на оставшихся там буржуа, он собирает «добровольные» взносы, довольно приличные суммы, и тратит их на свою армию. Его солдаты одеты с иголочки. Они носят черные гимнастерки, чакчиры с серебряными лампасами и расшитые белыми шнурами ментики – почти по канонам гусарской формы. Свою форму имели и другие полки, входившие в подчинение Анненкову – оренбургский, семиреченский, маньчжуро-китайский. И вооружаются «анненковцы» по последнему слову. У них есть английские пулеметы «Льюиса» и французские – системы «Шоша», американские «Виккерсы» и «Кольты», японские и английские винтовки, и даже тяжелые пушки.

Неповиновение

Анненкова несколько раз пытались перебросить на Западный фронт, однако безуспешно. Все что он смог, так это выделить несколько полков для отправки на Восточный фронт. Он явно не хотел разрушать созданную в Семиречье маленькую империю. В белогвардейских верхах Анненков прослыл не очень надежным и недисциплинированным командиром. Куда подевалась и железная дисциплина его солдат? Выделенные атаманом для Восточного фронта полки показывают себя с худшей стороны: в Петропавловске они начинают заниматься разбоем и грабежами. Постановлением военно-полевого суда 16 наиболее провинившихся солдат приговариваются к расстрелу.

Кровавый атаман

Один из сослуживцев Анненкова рассказывал, что когда атаман катался на автомобиле, он любил переехать то кошку, то собаку, то барана, но иногда высказывал и более изуверское желание – «задавить какого-нибудь киргизёнка». Позднее усилиями своей армии он «давил» уже многих – не только солдат, но и безоружных людей. Время постепенно меняло, по выражению генерала П. Н. Краснова, «одаренного Богом, смелого, решительного, умного» человека.

Защитники доброго имени атамана оправдывают его жестокость военным временем и необходимостью ответить на «красный террор». Но очевидцы в своих воспоминаниях рисуют не столь героическую картину. Личный шофер Анненкова Алексей Ларин вспоминал, что его начальник довольно часто совершал рейды по селам, выискивая симпатизирующих большевикам крестьян. Уличенных в симпатии «черные гусары» пороли до потери сознания, но могли зарубить шашками или расстрелять. Не жалели ни женщин, ни детей.

При этом сам атаман не принимал участия в расправах, а только наблюдал. Более ужасающую картину рисовала уцелевшая поле одного из рейдов атамана жительница села Черный Дол: «Делали что хотели, забирали, палили, смеялись над женщинами и девушками, насиловали от 10 лет и старше <…> моего мужа взяли в город и изрубили, отрезали нос и язык, вырезали глаза, отрубили полголовы. Мы нашли его уже закопанным».

Конец империи

Дурная слава об «анненковских» бесчинствах распространялась не только среди большевиков и крестьян, но и среди белогвардейцев. Неудивительно, что после того как Красная армия вынудила атамана отступить за китайскую границу, из его многотысячной армии осталось не более 700 человек. Разрозненные отряды Анненкова сначала добрались до Урумчи, а затем обосновались в Гучене.

Именно в Гучене в конце марта 1921 года произошел вооруженный конфликт между китайскими солдатами и отрядом Анненкова, по мнению историков, спровоцированный большевистскими агентами. Отправившийся утрясать инцидент Анненков был тут же арестован и посажен в тюрьму.

Только в феврале 1924 года благодаря стараниям бывших соратников Анненков был освобожден. Но долго атаману гулять на свободе не пришлось. Уже в апреле 1924 года подкупленный большевиками китайский маршал Фэн Юйсян выманил Анненкова, а затем сдал его чекистам. Как замечают исследователи, это была одна из первых операций Советской власти по обезглавливанию «белого движения» за рубежом.

Атамана Анненкова судили в Семипалатинске в июле-августе 1927 года. Обвиняли его отнюдь не в контрреволюционной деятельности, а в массовых зверствах над пленным и мирным населением. Количество жертв «анненковского» террора исчисляется многими тысячами. Так, в одном Сергиополе было убито около 800 человек, а возле озера Алаколь по приказу атамана расстреляли 3800 солдат и казаков, пожелавших остаться в России. 24 августа 1927 года Анненков был казнен.

P.S. 7 сентября 1999 года Военная Коллегия Верховного суда РФ в реабилитации Бориса Анненкова отказала.