Читая сегодня статью о секретном американском космолете конечно же тема вырулила на гонку вооружений в космосе. И там упоминались ядерные испытания, которые уже были произведены в космосе.
А ведь мы уже стали забывать о той атомной вакханалии, которую устроили на рубеже 1950-х-1960-х годов две сверхдержавы – СССР и США. Тогда, совершенствуя свои системы вооружений, главные противники в глобальном противостоянии чуть ли не ежедневно взрывали ядерные и термоядерные устройства. Причем, проводились эти испытания во всех природных сферах: в атмосфере, под землей, под водой и даже в космосе. Положить конец этому безумию удалось только в 1963 году, когда СССР, США и Великобритания подписали договор о запрещении испытания ядерного оружия в трех средах (в атмосфере, под водой и в космическом пространстве).
Но к тому моменту человечество успело много чего “натворить”…
Начало использования космического пространства в качестве ядерного испытательного полигона датируется летом 1958 года, когда в обстановке повышенной секретности в США началась подготовка к проведению операции “Аргус”. Американцы окрестили ее в честь всевидящего стоглазого бога из Древней Греции. Кому-то такая аналогия показалась уместной, хотя увидеть какую-либо связь между древнегреческим божеством и сутью проводимого эксперимента весьма проблематично.
Основной целью проведения операции “Аргус” являлось изучение влияния поражающих факторов ядерного взрыва, произведенного в условиях космического пространства, на земные радиолокаторы, системы связи и электронную аппаратуру спутников и баллистических ракет. По крайней мере, так ныне утверждают американские военные. Но это, скорее, были попутные эксперименты. А главная задача была в испытании ядерных зарядов. Кроме того, предполагалось изучить взаимодействие радиоактивных изотопов плутония, высвобождавшихся во время взрыва, с магнитным полем Земли.
Отправной точкой проведения эксперимента, как об этом принято писать сегодня, стала довольно эксцентричная, по тем временам, теория, выдвинутая сотрудником Радиационной лаборатории Лоуренса Николасом Кристофилосом. Он предположил, что наибольший военный эффект от ядерных взрывов в космосе может быть достигнут в результате создания искусственных радиационных поясов Земли, аналогичных естественным радиационным поясам (поясам Ван Аллена) .
Чтобы не возвращаться более к этому вопросу, сразу скажу, что проведенный эксперимент подтвердил выдвинутую теорию и искусственные пояса действительно возникали после взрывов. Их обнаружили приборы американского научно-исследовательского спутника “Эксплорер-4”, что позволило впоследствии говорить об операции “Аргус”, как о самом масштабном научном эксперименте, который когда-либо проводился в мире.
В качестве места проведения операции была выбрана южная часть Атлантического океана между 35° и 55° ю.ш., что обуславливалось конфигурацией магнитного поля, которое в этом районе наиболее близко расположено к поверхности Земли и которое могло сыграть роль своеобразной ловушки, захватывая заряженные частицы, образованные взрывом, и удерживая их в поле. Да и высота полета ракет позволяла доставить ядерный боеприпас только в эту область магнитного поля.
Для осуществления взрывов в космосе были использованы ядерные заряды типа W-25 мощностью 1,7 килотонны, разработанные для неуправляемой ракеты “Джин” класса “воздух – воздух”. Вес самого заряда составлял 98,9 килограмм. Конструктивно он был выполнен в виде обтекаемого цилиндра длиной 65,5 сантиметров и диаметром 44,2 сантиметра. До операции “Аргус” заряд W-25 испытывался трижды и продемонстрировал свою надежность. Кроме того, во всех трех испытаниях мощность взрыва соответствовала номинальной, что было важно при проведении эксперимента.
В качестве средства доставки ядерного заряда была использована модифицированная баллистическая ракета X-17A, разработанная компанией “Локхид”. Ее длина с боевым зарядом составляла 13 метров, диаметр – 2,1 метра.
Мораторий на ядерные испытания, действовавший в 1958-1961 годах, не позволил советской стороне немедленно отреагировать на операцию “Аргус”. Но вскоре после того, как он был прерван, Советский Союз провел аналогичные эксперименты. Испытания отечественных ядерных устройств в космосе проходили в рамках операции “К”. Их подготовкой и проведением занималась Государственная комиссия под председательством заместителя министра обороны СССР, генерал-полковника Александра Васильевича Герасимова. Научным руководителем экспериментов был назначен академик АН СССР Александр Николаевич Щукин, а его заместителем – заместитель начальника 4-го Главного управления Министерства обороны генерал-майор Константин Александрович Трусов. Основной задачей при проведении операции “К” являлась проверка влияния высотных и космических ядерных взрывов на работу радиоэлектронных средств систем обнаружения ракетного нападения и противоракетной обороны (системы “А”).
Первые эксперименты, имевшие обозначения “К-1” и ”К-2”, были проведены в течение всего одних суток – 27 октября 1961 года. Оба боеприпаса мощностью 1.2 кт были доставлены к местам взрыва (над центром опытной системы “А” на полигоне Сары-Шаган) баллистическими ракетами Р-12 (8К63), запущенными с полигона Капустин Яр. Первый взрыв был произведен на высоте около 300 километров, а второй – на высоте около 150 километров.
Кардинальным отличием советских экспериментов от американских ядерных взрывов в космосе является то, что они имели четкую функциональную направленность – проверка работы системы противоракетной обороны. В связи с этим и алгоритм испытаний был иным, чем в рамках операции “Аргус”, где во главу угла ставился именно взрыв, а не работоспособность иных видов техники.
Как впоследствии рассказал главный конструктор системы “А” Григорий Васильевич Кисунько в своей книге “Секретная зона”, “планом каждого из испытаний серии “К” предусматривался последовательный пуск двух ракет Р-12. Первая несла ядерный заряд, вторая оснащалась аппаратурой для регистрации поражающего действия ядерного взрыва. В условиях реального ядерного взрыва вторую ракету перехватывала противоракета В-1000 системы “А”, оснащенная телеметрической (без боевого заряда) головной частью”.
Проведение операции “К” было продолжено ровно через год – в октябре 1962 года. Тогда было проведено три взрыва, но один из них относится к разряду высотных, так как производился на высоте 80 километров, поэтому о нем я не буду ничего говорить, а расскажу только о тех, которые проходят в литературе под индексами “К-3” и ”К-4”.
Утром 22 октября со стартовой позиции полигона Капустин Яр была запущена баллистическая ракета Р-12, в головной части которой размещался ядерный заряд мощностью 300 кт. Как видим, мощность этого устройства была значительно больше, чем применяли американцы в операции “Аргус” или во время пусков “К-1” и ”К-2”, но меньше, чем во время американского испытания летом 1962 года, о котором я буду писать позднее. Спустя 11 минут на высоте около 300 километров зажглось искусственное Солнце.
Во время испытания решалось сразу несколько задач. Во-первых, это была очередная проверка надежности носителя ядерного заряда – баллистической ракеты Р-12. Во-вторых, проверка срабатывания самого заряда. В-третьих, выяснение поражающих факторов ядерного взрыва и его воздействие на различные образцы военной техники, в том числе на ракеты и военные спутники. В-четвертых, должны были пройти проверку основные принципы предложенной Владимиром Николаевичем Челомеем системы противоракетной обороны “Таран”, предусматривавшей поражение ракет противника серией ядерных взрывов на их пути.
И время проведения испытания “К-3” было выбрано совсем не случайно. За двое суток до взрыва с полигона Капустин Яр был запущен искусственный спутник Земли типа ДС-А1 (открытое наименование “Космос-11”), предназначенный для исследования излучений, возникающих при ядерных взрывах на больших высотах, в широком диапазоне энергий и эффективностей, отработки методов и средств обнаружения высотных ядерных взрывов и получения других данных. Информация, которую собирались получить и получили советские ученые от этого спутника, оказалась чрезвычайно ценной для разработки систем вооружения следующих поколений.
Кроме того, этот взрыв в космосе можно было рассматривать и как демонстрацию советской мощи в условиях бушевавшего в те дни “Карибского кризиса”. Вообще-то, это было весьма рискованное мероприятие с трудно прогнозируемыми последствиями. У военного руководства СССР и США нервы были на пределе, и любое недостаточно продуманное решение, особенно проявление военной активности, могло быть превратно истолковано и закончиться всемирным катаклизмом. На наше счастье все завершилось благополучно.
Программа эксперимента “К-3” была значительно шире, чем проведенные за год до этого испытания. Кроме двух баллистических ракет Р-12 и противоракет полигона в Сары-Шагане предполагалось задействовать ряд геофизических и метеорологических ракет, а также межконтинентальную баллистическую ракету Р-9 (8К75), запуск которой должен был состояться с 13-й пусковой установки полигона Тюра-Там в рамках 2-го этапа летно-конструкторских испытаний. Головная часть этой ракеты должна была пройти максимально близко к эпицентру взрыва. При этом предполагалось исследовать надежность радиосвязи аппаратуры системы радиоуправления, оценить точность измерения параметров движения и определить влияние ядерного взрыва на уровень принимаемых сигналов на входе бортовых и наземных приемных устройств системы радиоуправления.
Однако, пуск Р-9 в тот день завершился неудачей. Через 2,4 секунды после старта разрушилась 1-я камера сгорания 1-й ступени, и ракета упала в 20 метрах от стартового стола, серьезно его повредив.
Четвертый ядерный взрыв в рамках операции “К” был проведен 28 октября 1962 года. По сценарию этот эксперимент совпадал с предыдущим, с той разницей, что “девятка” должна была стартовать с опытной наземной пусковой установки № 5. Старт Р-12 с ядерной боеголовкой произошел в 04:30 GMT с полигона Капустин Яр. А спустя 11 минут на высоте 150 километров была проведена детонация ядерного устройства. Система “А” отработала без замечаний.
А вот пуск Р-9 с полигона Тюра-Там вновь окончился аварией. Ракета оторвалась от стартового стола в 04:37:17 GMT, но успела подняться на высоту всего 20 метров, когда вышла из строя 2-я камера сгорания двигательной установки 1-й ступени. Ракета осела и упала на пусковую установку, столб пламени взметнулся высоко в небо. Таким образом, всего за шесть дней серьезные повреждения получили две пусковые установки для Р-9. Больше в испытаниях их не использовали.
Взрывом 28 октября заканчивается не только история советских ядерных испытаний в космосе, но и эпоха использования околоземного пространства как полигона для испытания этого смертоносного вооружения.
ЕЩЕ ДВА ВЗРЫВА В КОСМОСЕ
И в завершении повествования расскажу еще о двух американских ядерных экспериментах в космосе. Даты их проведения лежат в интервале между первой и второй фазами операции “К”, поэтому и говорить о них приходится особо.
Одно из этих испытаний состоялось летом 1962 года. В рамках операции “Фишбоул” предполагалось провести взрыв ядерного заряда W-49 мощностью 1,4 Мт на высоте около 400 километров. Этот эксперимент проходил у американских военных под кодовым наименованием “Старфиш” (“Звездная рыба”).
Первый блин в тот раз оказался комом. Состоявшийся 20 июня с площадки LE1 атолла Джонсон в Тихом океане пуск баллистической ракеты “Тор” (сер. № 193) был аварийным – на 59-й секунде полета произошло отключение двигателя ракеты. Офицер, отвечающий за безопасность полета, через шесть секунд отправил на борт команду, которая привела в действие механизм ликвидации. На высоте 10-11 километров ракета была взорвана. Заряд взрывчатого вещества разрушил боеголовку без приведения в действие ядерного устройства. Часть обломков упала обратно на атолл Джонстон, другая часть – на расположенный неподалеку атолл Сэнд. Авария привела к небольшому радиоактивному заражению местности.
Эксперимент повторили 9 июля того же года. Была задействована ракета “Тор” с серийным номером 195. На этот раз все прошло успешно. Взрыв выглядел просто потрясающе – ядерное зарево было видно на острове Уэйк на расстоянии 2200 километров, на атолле Кваджалейн (2600 километров) и даже в Новой Зеландии, в 7000 километрах к югу от Джонстона!
В отличии от испытаний 1958 года, когда “прогремели” первые ядерные взрывы в космосе, испытание “Старфиш” быстро получило огласку и сопровождалось шумной политической кампанией. За взрывом наблюдали космические средства США и СССР. Так, например, советский спутник “Космос-5”, находясь на 1200 километров ниже горизонта взрыва, зарегистрировал мгновенный рост интенсивности гамма-излучения на несколько порядков с последующим снижением на два порядка за 100 секунд.
После взрыва в магнитосфере Земли возник обширный и мощный радиационный пояс. По крайней мере, три спутника, заходившие в него, были повреждены из-за быстрой деградации солнечных батарей. Наличие этого пояса пришлось учитывать при планировании полетов пилотируемых космических кораблей “Восток-3” и “Восток-4” в августе 1962 года и “Меркурий-8” в октябре того же года. Последствия загрязнения магнитосферы были заметны в течение нескольких лет.
И, наконец, последний ядерный взрыв в космосе был проведен 20 октября 1962 года. В документах Министерства обороны США это испытание проходило под кодовым наименованием “Чикмэйт”. Взрыв произошел на высоте 147 километров над поверхностью Земли в 69 километрах от атолла Джонсон. К месту подрыва ядерная боеголовка типа XW-50X1 была доставлена авиационной ракетой XM-33 “Струпи”, выпущенной с борта бомбардировщика Б-52 “Стратофортресс”. Данные о мощности взрыва разнятся. Одни источники называют цифру менее 20 кт, а другие – 60 кт. Но нас интересует, в данном случае, не эта цифра, а место проведения испытания. А это был космос.
Итак, давайте подведем краткие итоги ядерных испытаний в космосе. Всего было проведено девять взрывов: американцы взорвали пять ядерных зарядов, Советский Союз – четыре заряда. Другие ядерные державы, на наше счастье, не поддержали начавшуюся было ядерную гонку в космосе. И в будущем, будем надеяться, такого не случится.
И перед инопланетянами "засветились" , поскольку портрет рукотворного взрыва уникален и не похож на естественные звездные процессы ... или наоборот, заявили всем вокруг - мы долбаебы с ядреной дубинкой,не лезьте к нам ...
сколько денег ебнули в пустоте. я понимаю ученые там, эксперименты, но это же охулиард бабла. благо в те времена не пилили как сейчас.
благодаря ядерному оружию, у нас уже больше полувека нет крупных войн даже до самых тупоголовых любителей повоевать дошло, что в случае войны пиздец будет не только каким то безымянным солдатикам, но и их личным драгоценным жопам и сразу выяснилось, что можно, собственно и не воевать
так что даешь больше машин апокалипсиса! хороших и разных
Кроме того, этот взрыв в космосе можно было рассматривать и как демонстрацию советской мощи в условиях бушевавшего в те дни “Карибского кризиса”. Вообще-то, это было весьма рискованное мероприятие с трудно прогнозируемыми последствиями. У военного руководства СССР и США нервы были на пределе, и любое недостаточно продуманное решение, особенно проявление военной активности, могло быть превратно истолковано и закончиться всемирным катаклизмом. На наше счастье все завершилось благополучно.
Насчет того что атома в космосе нет я лично сомневаюсь,потому что служил когда то в полку ликвидации и локализации аварий в том числе космических аппаратов с ядерной установкой на борту. Навряд ли целый полк просто так держали,на АЭС мы регулярно выезжали на тренировки,половина офицеров были ликвидаторы ЧАЭС.
Проведение операции “К” было продолжено ровно через год – в октябре 1962 года. Тогда было проведено три взрыва, но один из них относится к разряду высотных,
Красиво как... Увидеть бы такое в реале, но с другой стороны, нафиг-нафиг...
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Я то 15 лет считал, что Starfish - это морская звезда. А оно оказывается "звездная рыба".
yaplakal.com