Взрыв на празднике. Как фашисты сбросили бомбу на играющих детей.

Добрый день, уважаемые ЯПовчане.
Будет текст. Об окончании сообщу.

Раскатистый рёв над головами, через считанные мгновенья - глубокая воронка на месте, где только что играли музыканты и с упоением аплодировали дети. 13 июня 1942 года в Саду пионеров погибли десятки школьников.

Дети, погибшие при бомбежке в Саду Пионеров, стали первыми жертвами вой­ны среди мирного населения Воронежа. После той трагедии люди стали реже собираться вместе, а некоторые и вовсе покинули город. Однако массовая эвакуация населения началась только после крупных бомбёжек 4 и 5 июля. А уже 7 июля в ходе генеральной немецкой наступательной операции «Блау» правобережная часть города была занята фашистами. 212 дней длились ожесточённые сражения буквально за каждый квартал и каждый дом. И только 25 января 1943 года город удалось полностью освободить. Ценой невероятных жертв.

Но тогда, 75 лет назад, в июне 1942-го все это было еще впереди. Был только вполне еще мирный город, потрясенный страшным событием.

Так случилось, что о тех невинных жертвах говорят сейчас немного, на слуху – более крупные события и битвы. Однако для Воронежа, ещё не «нюхавшего пороха», сброшенная бомба на сад, где гуляли дети, стала настоящим потрясением.

Конечно, горожане знали, что война близко. Многие семьи уже получили похоронки на своих родных. Да и первая бомба, направленная на авиа­завод, разорвалась ещё в октябре 1941 года. Правда, тогда обошлось без жертв. И до лета 1942 года, хотя бои шли совсем рядом и большинство предприятий было эвакуировано на восток, город жил и работал.

И вот, в субботний день 13 июня 1942 года, то ли чтобы отвлечь население, то ли чтобы порадовать детей, решили устроить праздник для школьников. Тогда в сад можно было попасть только по приглашениям, которые раздали за отличную учёбу. А тут ещё родители узнали, что для малышей напекли пончиков, и, конечно же, отпустили своих чад – уже тогда в городе были пустые прилавки. Весёлые гуляния продолжались целый день.

«Я играл в оркестре на ударных, а моя старшая сестра пела в хоре, – вспоминает председатель совета ветеранов завода «Электросигнал» Митрофан Москалев. – И мы в выходные выступали на эстраде, развлекали детей. 13 июня ближе к семи часам вечера мы тоже начали играть. И вдруг без объявления воздушной тревоги, без стрельбы зениток над нами пролетел самолёт и сбросил бомбу прямо на детей, которые сидели и слушали концерт. Нас, выступающих, отбросило взрывной волной, а ряды буквально разлетелись на куски».

Когда юный музыкант пришёл в себя, вокруг был кошмар. Кругом кровь, на деревьях части тел, а на месте рядов большая воронка. Раненые кричали, корчились и стонали. С трудом поднявшись, Митрофан попытался найти сестру и знакомых. Полина оказалась жива, а вот друг Юра, сидевший в первом ряду, погиб, его спину изрешетило осколками.

Во всех ближайших зданиях вылетели стёкла, где–то слетела крыша.

В одном из домов, окна которого выходили почти на танцплощадку сада, жила семья воронежского медика Виктора Ивановича Боброва.

«Мои родители были хирургами, работавшими ещё в первую мировую войну в полевом госпитале, – потом писала в своих воспоминаниях дочь врача, кандидат медицинских наук Елена Боброва. – Они сразу взяли перевязочный материал, который был в доме, и пошли в Сад пионеров оказать первую помощь детям. Позже, когда начали забирать раненых, папа поехал в факультетскую хирургическую клинику, где работал, и стал там оперировать детей. Спустя много лет я случайно услышала по радио оперированного в тот день папой человека. В 1942 году он был ещё ребёнком и получил 17 ранений. Его оперировали несколько часов».

После взрыва к месту происшествия достаточно быстро подъехали кареты скорой помощи. В то время машин почти не было – большую часть забрали на фронт, и основным способом передвижения были трамваи. Чтобы увезти тела, по рельсам подвезли платформу и полностью загрузили её останками людей. С этого дня город погрузился в траур.

Сегодня на месте трагических событий стоит памятный камень с надписью, что в тот день погибло более 300 детей. Но, как утверждают историки, эта цифра завышена.

«В 1996–1997 годах журналист Евгений Шкрыкин нашёл в архиве информационную справку, предоставленную 14 июня 1942 года в обком партии, – рассказывает кандидат исторических наук, соавтор книги «Сад пионеров» Татьяна Чернобоева. – В ней говорилось, что всего в тот день от вражеского налёта пострадали 247 человек. Из них убитых и умерших от ранений – 71. Это жертвы по всему городу, а не только по Саду. Ведь в тот день на проспект Революции сбросили несколько бомб».

Позже уже журналист и краевед Павел Попов, сопоставив все данные, выяснил, что с учётом умерших от ран в Саду никак не могло погибнуть больше 35–45 детей. Хотя это никак не умаляет разразившейся трагедии.

Однако со временем событие начало обрастать всё новыми подробностями и слухами. Так появилась версия, что за штурвалом самолёта сидела женщина и целенаправленно сбросила бомбу в скопление детей. Предполагали, что это была Эльза Кох, которая в 1940 году прилетала на соревнования под Воронежем и неплохо знала местность.

«Но это только слух, который не имеет доказательств, – поясняет Татьяна Чернобоева. – Уже установлено, что немецкая авиация базировалась в Курске, по–видимому, оттуда и был совершён вылет. Теоретически, конечно, можно установить, кто был за штурвалом, так как должны были сохраниться немецкие журналы вылетов. Но пока никто этим не занимался».

Сегодня память о той бомбёжке хранит инициативная команда историков, краеведов и свидетелей событий. Каждый год 13 июня они устраивают митинг у камня, куда приходит всё больше и больше народу.

Как рассказала Татьяна Чернобоева, как–то раз к ним подошла женщина, у которой половина лица была обезображена. Оказалось, что в 1942 году ей было всего два года, и соседская девочка взяла её в Сад на праздник. Когда прогремел взрыв, девочка, стараясь защитить ребёнка, сильно придавила его к земле. Трагический случай на многие годы в прямом смысле оставил отпечаток на лице Ольги - так зовут ту женщину.

Кстати, память о трагедии в Саду пионеров сохранилась именно благодаря людям, ставшим свидетелями тех страшных событий.

Краведед Фаина Блинчевская скрупулёзно записала воспоминания очевидцев для книги «Сад пионеров».

«Во время трагедии сама я была в Бабяково, нас эвакуировали из Брянска, – рассказывает Фаина Зиновьевна. – Когда случилась бомбёжка, все вокруг только о ней и говорили, и я прекрасно понимала, какой это ужас. И когда моя внучатая племянница спросила, о каком событии войны можно написать в школьном сочинении, я назвала трагедию в Саду пионеров. Но оказалось, что о ней никто не слышал, даже учителя в школе! И тогда я начала обзванивать друзей, пошла в библиотеку, нашла очевидцев. Сейчас уже немногие живы, всё–таки война подорвала здоровье людей».

Больше всего Блинчевской запомнились воспоминания Ольги Тихомировой, в которых она рассказывает, как опоздала к началу концерта. Мама нарядила девочку в праздничное платье и отправила в Сад, потому что детям обещали там сладкие подарки. Ольга долго ждала свою подругу и когда та, наконец, вышла, они побежали со всех ног, но, к счастью, не успели.

Справка

С начала войны Воронеж периодически подвергался бомбардировкам. Фашисты бомбили, в первую очередь, авиационный завод, вокзал и центральный Чернавский мост. Руины остались от огромного Митрофановского монастыря. Бомбы постоянно разрушали стратегически важные трамвайные пути в городе, ведь в 1942 году трамвай оставался единственным средством транспорта в Воронеже. На нём перевозились грузы и доставлялись раненые к госпиталям. С 7 июля 1942 года по 25 января 1943 года правобережная часть Воронежа была оккупирована немцами, которые разрушили город практически до основания.

Все

Пруф