Про медведа и говно

В своей жизни за грибами я ходил два раза.
Первый - когда мне было лет 11, с роднёй катался и набрал кучу мухоморов, ибо не шарил. Второй раз в 16, после чего занятие это я окончательно невзлюбил. Собственно, о втором разе и хочу вам рассказать.

Так уж получилось, что с шести лет я жил в небольшом городке в Якутии. Край этот безумно красивый и настолько же безумно суровый. Зима - лютая и долгая, лето - короткое, иногда бывает жарким. В одно такое лето мы с пацанами решили сходить за грибами-ягодами.

Было нам лет по 15-16 тогда. Сидели во дворе, страдали хернёй, и тут Серёга предложил раздобыть естественного, природного хавчика. Так как время близилось к вечеру, то решили отправиться на следующий день, с утра пораньше. Ну, как пораньше, сбор назначили на 10 утра, в это время опытные грибники уже вовсю зачищают поляны, но нам было как-то похер, там более, что лето, по слухам от тех же грибников, выдалось урожайным и жратвы в лесах было навалом.

И так как лето было урожайным, а жили мы в Якутии, то помимо рассказов про усеянные грибами-ягодами поляны, ходили по нашему городку и истории про медведей. Шёл второй месяц нашего лета, а про встречи с медведями в местной газетёнке написали уже раз десять. Видимо, вдоволь налопавшись, косолапые внезапно схватывали порцию умиротворения и пытались затусить с людьми.

Правда, совсем близко не подходили, чаще всего их видели в дачных посёлках, в 3-5 км от нашего городка. Чтобы вы лучше понимали, сам город был километра 4-5 в диаметре, большая деревня, по сути. Ну, а тайга начиналась сразу же на окраине города, так что идти было недалеко. Мы решили пойти «за железку». За железнодорожные пути то бишь, которые находились в километре от города. Позже за железкой у нас появилась своя избушка, но об этом - в другой раз. А в этот раз мы собирались разведать те места, отойдя от железки примерно на ещё один километр, в противоположную городу сторону, естественно.

И вот, в 10 утра в назначенном месте стоят пятеро дармоедов 15-16 лет: Серёга, Стас, Андрей, Славик и я. В карманах - небольшие складные ножи и пакеты под грибы да ягоды. У одного с собой специальный совочек для сбора ягод и ведро. Ну, и всякие бутерброды-шоколадки-соки, на перекус. До железки дошли быстро, там перекусили, сожрав разом все свои запасы, и пошли дальше. Метров через 800 нашли сразу несколько полян с лисичками и подосиновиками. А метрах в 50 левее обнаружились заросли малины. Само собой, первым делом мы сожрали всю малину, а после с шутками и подъёбками типа «Серёга, мухомор увидишь - сразу хомяч, они очень вкусные на самом деле, просто грибники специально про них рассказывают байки, чтобы никому секрет не выдать» принялись собирать грибы.

Минут через 20 Славик заявил, что хочет срать, а потому отойдёт заминировать опустошённые заросли малины, типа ловушку для других поставит. Мы пожелали ему удачи, однако, не прошло и минуты, как Славик вернулся. Ну, как вернулся... С криком «Медведь!!!» он залетел на поляну, схватил своё ведро с грибами, а ещё через несколько секунд был на сосне. Нахуя он тогда схватил ведро и как он с ним в одной руке умудрился туда залезть - до сих пор тайна покрытая мраком.

Смысл Славиного выкрика до нас дошёл не сразу, секунд 10 мы ещё тупили, глядя на то, как Славик, сидя метрах в пяти над землёй, обнимает одной рукой сосну, а второй своё ведро. А потом со стороны малинника раздался хруст веток и низкое, недовольное урчание. Через несколько секунд мы тоже сидели на соснах, причём, я и Стас залезли на одну, которая была рядом с сосной Славика, а Серёга и Андрей выбрали разные сосны метрах в десяти от нас. Секунд через 30 на поляну вышел медведь.

— Здоровый, гад, — произнёс Стас.

Мишка и правда был не маленький, метра полтора в холке и почти в два раза больше в длину. Косолапый побродил по поляне, понюхал чего-то, потом уселся на жопу и обвёл сосны ленивым взглядом истинного хозяина якутской тайги.

— Не пырься, демон! — довольно громко произнёс Андрей со своей сосны. — Кыш, бля!

Мишка посмотрел на Андрея, почесал лапой бочину, встал и вразвалочку пошёл к его сосне.

— Эээ, на хуй иди! — заорал Андрей и забрался повыше.

Косолапый встал на задние лапы, обнял сосну и начал карабкаться вверх.
— Сука! Иди на хуй! Отъебись, блядина!!! — ещё громче заорал Андрюха и в панике начал озираться, видимо, планируя перепрыгнуть на соседнее дерево.

К его счастью, косолапый в этот момент решил лезть не по стволу, а по веткам. Ветка хрустнула, медведь удивлённо крякнул и пизданулся на землю примерно с четырёхметровой высоты. Секунд десять мишка лежал к верху лапами, глядя в небо и издавая непонятные звуки, которые по-человечески звучали бы примерно как: «Ееебааать! Нихуя себе сходил за хлебушком!». Потом косолапый перевернулся, сел на жопу и, недовольно бурча, снова почесал бочину.

— У него блохи что ли? — спросил Стас.
— Похоже на то, — ответил я.

Косолапый посмотрел в нашу сторону. «Сами вы блохастые» - читалось в его взгляде. Немного подумав, мишка справедливо рассудил, что два - больше чем один, а потому ему выгоднее достать меня и Стаса, типа, кого-нибудь одного да поймает, так что он двинулся в нашу сторону. Немного потеревшись боком о нашу сосну (сосна при этом ощутимо дрожала) он полез вверх. Я и Стас - тоже.

— Шишками в него кидайте, — посоветовал Славик.
— В очко себе шишек накидай, долбоёб, — огрызнулся я, забираясь на верхушку сосны.

Мишка к этому времени забрался уже метров на пять вверх, до нас ему оставалось ещё почти столько же. Сосна покачивалась, ветки, которые задевал медведь, трещали. Мишка замер и задумался. Моим анусом в тот момент можно было перекусывать тросы из закалённой стали. Хозяин тайги попробовал залезть ещё выше, но ему мешали сгустившиеся ветки. Косолапый попробовал одной лапой зацепиться за ветку, но та предательски затрещала. Решив сегодня больше не летать, медведь недовольно фыркнул и начал спускаться. Мы со Стасом одновременно выдохнули.

Прошло минут десять. Сквозь ветки сосен пробивались тёплые лучи солнца, мишка сидел на жопе посреди поляны и поглядывал на нас, видимо, ожидая, когда мы слезем. Мы сидели на соснах и поглядывали на него, ожидая, когда эта морда съебётся обратно в свою берлогу.

— Пацаны, я срать хочу, — подал голос Славик.
— В ведро своё посри, — ответил ему Стас.

Мы сдавленно хихикнули, а Славик задумчиво начал разглядывать своё ведро. Ведро пару раз звякнуло. Медведь поднял жопу и пошёл к Славику.

— Да, бляяять, — разочарованно вздохнул Славик.

Мишка, между тем, уже встал на задние лапы и приготовился лезть к Славику, дабы вместе с ним рассмотреть ведро и понять, можно в него насрать или нет.

— Подавись, сука! — крикнул Славик и кинул ведро в медведя.

Совершив пару оборотов, ведро со звонким «бум», треснуло медведя дном по лбу и упало на землю, рассыпав при этом собранные Славиком грибы. Косолапый недовольно буркнул, причмокивая сожрал все грибы, обнюхал ведро, немного покатал его своей лапищей, потом приподнялся на задних лапах и приземлился передними на ведро. Ведро, довольно предсказуемо, смялось в лепёшку.

— Охуеть! — прокомментировал Славик.

Медведь снова подошёл к его сосне и облокотился на неё передними лапами, смотря на Славика, урча и облизываясь. Славик на всякий случай поднялся повыше и смотрел на медведя.

— В Бобруйск, животное! — произнёс он.

Мишка недовольно ударил лапой по сосне.

— Эээ, я тебя сейчас на морду насру! — пригрозил ему Славик.

Поняв, что он только что ляпнул, Славик почесал макушку, безумно улыбнулся, встал на ветках и начал снимать штаны. Медведь непонимающе смотрел на действия Славика. Мы тоже. Стянув портки, и примерившись, Славик присел, ухватился за ветки и начал тужиться.

Медведь, завидев голую жопу Славика, облизнулся и полез вверх. Где-то на уровне трёх метров от земли на морду косолапого прилетел первый снаряд. Прямо в правый глаз зверя. Медведь заревел, тряхнул башкой, скидывая прилипший к шерсти катях, и ещё быстрее полез выше, явно не собираясь прощать Славику его выходку.

От такой картины наши жопы сжались настолько, что ими можно было бы перекусывать атомы, а вот жопа Славика наоборот дала сбой и, от испуга, выдала разом всё, что хранила в себе, включая ещё не переварившийся борщ, которым Славик позавтракал дома с утра.

Медведя, забравшегося уже метров на семь, накрыло этим залпом с головой. В прямом смысле, ибо основной удар пришёлся ему в морду. Охуев от такой наглости и дикого зловония, мишка снова заревел и попытался передними лапами стряхнуть говно с морды. От ужасной атаки он даже забыл, что находился на дереве, отпускать которое не стоило.

Я наблюдал это словно в слоумо. Вниз, ревя, кувыркаясь в воздухе и размахивая лапами летел медведь с обдристанной мордой. Вверх по сосне, продолжая «расстрел» карабкался Славик со спущенными штанами. Славик достиг верхушки, медведь ёбнулся на землю. Славик с круглыми от испуга глазами вцепился в сосну, медведь с диким рёвом подскочил с земли и ломанулся вглубь чащи, тряся башкой и сметая всё на своём пути. Секунд через тридцать рёв косолапого утих где-то вдали и над поляной раздался наш хохот.

Смеялись до слёз, Стас даже чуть не грохнулся с дерева, когда попытался утереть выступившие от смеха слёзы. Ржали минут пять. Потом ещё минут десять сидели на соснах, боясь слезать, и прислушивались к звукам тайги. Славик за это время нашёл в кармане какую-то бумажку и умудрился подтереть свою жопу, а по совместительству - нашу спасительницу. Посидев на деревьях ещё немного, мы решили, что ну их нахер эти грибы с ягодами, спустились и по-шустрому добрались до города.

Славика мы ещё пару недель называли Иисус Дристос, типа спаситель, но прозвище это к нему так и не прилипло, он потом решил волосы отращивать, в итоге прозвали его Патлатым. А за грибами мы больше не ходили. Зато ходили строить себе зимовьё, но это уже совсем другая история.



Баян искал - не нашёл.
С просторов ©