Я не помогаю детям.

Я не помогаю детям перечислением денег при помощи смс. И тому есть причины.

1. Деньги, которые собирают таким образом далеко не полностью доходят до адресата. Минимум 20% оставляет себе фонд, еще столько же — телеканал за рекламу. Т.е. из условных 3 миллионов до ребенка дойдет едва ли 2. А если собрали все 3, то подумайте, сколько реально было перечислено.

2. Некоторые телеканалы палятся. Уже несколько раз ловила некоторых сборщиков на том, что через пару месяцев повторяются сюжеты с детьми, которые уже давно должны были быть прооперированы на собранные деньги.

3. Я не верю этим слезодавкам. Ребенок — беспроигрышный вариант для сбора бабла. Вы хоть раз видели, чтобы собирали деньги для взрослого инвалида на протез или операцию? Неееет, ребята, тут слезу не выдавишь из лоха, а при помощи ребенка — пожалуйста.

4. Ни один из фондов за редким исключением не предоставляет отчетности по получению и трате средств. Про редкие исключения расскажу в конце.

5. Подавляющее большинство тех, кто сейчас клянчит деньги на операции своим детям — знали о патологиях на ранних сроках развития. Они знали, но решили рожать. Дал бог зайку даст и лужайку? Ну уж нет. Есть у меня знакомая, которая так родила, она теперь выжимает соки из всей родни, хотя ее мать, сама родившая ребенка с патологией и знающая, что это (в 70-х такие вещи не умели отслеживать) уговаривала не рожать. А эти клянчат не только у родни, но и у всей страны.

6. «Звезды», которые уговаривают отправить смс. Это выглядит натуральным издевательством. Каждый из этих людей получил гонорар за запись такого ролика, где он вымогает, давя на слезу, у гражданина с нищенской зарплатой хотя бы 200 рублей. При этом все эти «звезды» сами могли бы решить проблему ребенка, если бы захотели.

И теперь о «редких исключениях». В разное время мне доводилось работать с фондами помощи детям Донбасса, приютами для животных, хосписами и детскими домами для неполноценных. Каждый из этих фондов никогда не работал с телеканалами или раскрученными сайтами, чтобы не отдавать им процент, денег они никогда не клянчили, отчетность была строжайшая (откуда приходили перечисления и куда уходили — все сохранялось и любой жертвователь мог точно узнать судьбу своих денег) и никаких офисов в центре Москвы не было. Максимум — склад для вещей на окраине. Как правило, такие люди работают не за страх, а за совесть. И — о чудо! - умудряются собирать нужные суммы без отстегивания процента пиарщикам и маркетологам.

Так что же делать? Не помогать вовсе? Разумеется, помогать. Просто ищите тех, кто работает, а не клянчит. Да, можно почесать собственное ЧСВ, якобы помогая не отрывая жопы от дивана, но кому вы так помогаете? Разве только своему уже упомянутому ЧСВ.

Шпальте, чего уж.