Пистолет

Дрожащей рукой Урызмаг протянул продавцу разрешение. Тот внимательно осмотрел кусок ламинированной бумаги, несколько раз перевел взгляд с фотографии на ней на самого Урызмага. Потом показал разрешение второму продавцу. Затем он кивнул и произнес долгожданную фразу:

- Какой берешь?

- «Макар», – не думая ни секунды, ответил Урызмаг.

- Да, неплохая модель, — продавец достал пистолет, подробно расписал все плюсы и несколько раз разобрал и собрал его.

- Беру, – выдохнул Урызмаг. — И патронов на четыре обоймы!

У самого выхода Урызмаг достал пистолет из коробки и засунул его за пояс. И в этот момент он почувствовал, что изменился. Раз и навсегда. По телу пробежала дрожь, от волнения на лбу проступили капельки пота. Издав нечто, похожее на сладострастный стон, он привлек к себе внимание немногочисленных посетителей магазина…

- В людей ближе, чем с метра, не стреляй! – бросил ему вслед продавец.

Урызмаг вышел на улицу. Сердце билось с бешеной скоростью, счастье захлестнуло его с головой. Ему захотелось тотчас оказаться на свадьбе и стрелять в воздух. Менять обоймы и снова стрелять, слушая приятный звон падающих на землю гильз. Он шел уверенно, высоко подняв голову, периодически поглаживая рукоятку своего травматического пистолета. А пистолет начинал натирать кожу на боку и со временем стал мешать ходьбе. Урызмаг остановился и решил немного ослабить ремень. Пистолет провалился в штанину и упал на асфальт. Урызмаг оглянулся по сторонам и увидел двух девушек. Те стояли в нескольких метрах от него и смотрели на вывалившийся «Макар». Урызмаг медленно нагнулся, поднял пистолет и, ухмыльнувшись, засунул его обратно. Для полного эффекта он сплюнул и закурил. А затем достал телефон, и стал звонить.

- Недостаточно средств для установления связи – услышал Урызмаг.

- Ну че, ты где? – несмотря на это, громко спросил он. — И че?.. А они че?.. Ща я подъеду и они приколятся у меня! Я тебе говорил, нечего чертей на шею сажать! – он говорил, поглядывая украдкой на двух девиц, которые активно перешептывались, не сводя с Урызмага глаз. Он глубоко затянулся, выпустил дым из ноздрей и перешел на крик. Он кричал в трубку, поворачиваясь из стороны в сторону, присаживаясь на корточки и резко вскакивая. А когда телефон внезапно зазвонил, и детский голосок стал петь: «Это твоя мама звонит…», Урызмаг вздрогнул и уронил его. Девушки хихикнули и сели в подъехавшую БМВ. Настроение было слегка подпорчено. Но Урызмаг потрогал рукоятку пистолета и улыбнулся. Да и телефон упал удачно и продолжал звонить. Он поговорил с мамой и направился в Институт.


- Ну че, взял? – спросил подбежавший Алан, лучший друг Урызмага.

- Взял, – ответил Урызмаг и приподнял рубашку.

- А че ты «тэтэшку» не взял? У этого же рукоятка выкупается! У боевого она эбонитовая, а тут дерьмо какое-то.

- Поменяю. Штуку всего стоит.

- Поменяй! Эбонитовой можно и по башке дать. А этой не вариант – рассыпается. А так – ниче ствол, мощный. У Кахи, такой же. Каху знаешь? Который бегает быстро! Ну которого недавно собаки покусали? Короче, у него… Не, высший ствол! В людей ближе, чем с метра, нельзя шмалять.

- Я знаю, – Урызмаг достал пистолет и, перекладывая его из руки в руку, стал объяснять Алану, как получить разрешение.

- Надо тоже взять, – сказал Алан, дослушав.

- Да, братан, надо.

- Воздух будет, по-любому возьму. А то че не бывает? Хипишь или еще че… На пару идем?

- Да, надо пойти. А то пахан опять шуметь будет. Эти с деканата постоянно звонят в хату и стучат на меня…

- А я вчера в сортире покурил, пахан унюхал и такого леща мне вклеил, чуть челюсть не сломал! – вздохнул Алан.


Пожилой преподаватель стоял за кафедрой, часто поправлял очки и читал очередную нудную лекцию. Студенты, как обычно, не обращали на него никакого внимания. Разбившись на небольшие группы, они обсуждали интересующие их темы, создавая монотонный гул. Урызмаг достал пистолет и крутил его пальцем под партой. Алан разговаривал по телефону. В какой-то момент преподаватель стукнул по кафедре кулаком. С такой силой, что в аудитории воцарилась тишина.

- Что вы за люди такие! – возмутился старик. – Это институт, а не подворотня ваша! И не стадион, чтоб вот так шуметь! Устроили тут, посмотри на них!

- Сталина на нас нет! – сказал Алан. За этим последовал всеобщий смех.

- Замолчите! – закричал преподаватель. – Как вам не стыдно! Я вас на целую жизнь старше! А вы! Слоняетесь без дела целыми днями, материтесь, в стаи сбиваетесь! Это что?! – он указал на доску, на которой значилось: «Аркаша – гомик». – Кто такой Аркаша?

- Это я, – подняв руку с первой парты, сказал парень в очках.

- Молодец! Вот, полюбуйтесь! Измучили человека, да? Довольны собой? Пишете про него, зная, что он не в силах ответить! Ты! – преподаватель обратился к Алану. – Иди, стирай!

- А че я?

- Иди стирай!

- Иди сотри, не заткнется ведь, – сказал Урызмаг, подталкивая Алана в бок.

Алан вздохнул и побрел к доске. А Урызмаг продолжал крутить пистолет вокруг пальца. И вдруг вспомнил, что в ближайшие выходные будет свадьба у его близких родственников. От внезапно всплывшей в памяти информации он улыбнулся и стал крутить пистолет гораздо интенсивнее. Он даже закрыл глаза, мысленно услышал задорную гармошку и представил, как вытащит оружие в самый разгар праздника, передернет затвор и начнет стрелять. Урызмаг притоптывал ногой в такт гармошке и крутил пистолет, раскачивая рукой в разные стороны, из-под парты в проход и обратно…

Алан стоял у доски и стирал надпись. Преподаватель наблюдал за этим процессом, спустив очки на кончик носа.

- Вытирай нормально, – сказал он.

- Нормально я вытираю! – огрызнулся Алан.

- Ничего вы нормально не делаете! Потому что не умеете, а учиться не хотите! Зачем вы все в институт поступили? Вам страной руководить, а вы… Еще и Сталина в шуточках своих упоминаете! Ни стыда, ни совести! Таких, как ты, Сталин к стенке ставил! И расстреливал к чертовой бабушке!

В этот момент прогремел выстрел. Алан взвизгнул и подпрыгнул. Преподаватель нырнул за кафедру и стал звать на помощь. Студенты, как один, попадали на пыльный пол. Все, кроме Урызмага. Он сидел и пытался что-то сказать. И вспомнить, в какой момент он передернул затвор… В ушах у него звенело, он смотрел на пол, на котором все еще дымилась гильза… Алан бегал вдоль доски, держась за ягодицы и сыпля проклятиями.


- Ну и как ты до такого додумался? – спросил милиционер. На столе перед ним лежал пистолет и стреляная гильза.

- Я не додумался, – еле выдавил Урызмаг. – Так получилось.

- Интересно у тебя получилось! Притащил в высшее учебное заведение пистолет и выстрелил в однокурсника. Зачем же ты оружие свое у нас регистрировал, если по студентам стрелять собирался?

- Я не собирался! Алан мой друг. Я случайно.

- Слава Богу, твой друг к тебе лицом не стоял! А то б ты ему все самое ценное отстрелил! Взяли моду вооружаться! И при нехватке мозгов вот такое творите! Вот до тебя паренька привозили. Он из такого же пистолета родную бабку подстрелил. Забавлялся с пистолетом и выстрелил! В спину, как предатель! А на прошлой неделе один юноша стрелял по бездомным собакам. И что? Кончились патроны, животные его чуть насмерть не загрызли. Хорошо, что бегает быстро… Теперь он от бешенства курс проходит. Так что нельзя вам оружие иметь…

- Я больше не буду, отдайте пистолет, – обреченно сказал Урызмаг.

- Вот смотрю я на тебя и почему-то думаю, что будешь. Вот зачем ты сотрудника укусил при задержании?

- Я не хотел… — Урызмаг опустил голову.

- Может, тебе психику проверить?

- Не надо, я нормальный…

- Безусловно! Просто я очень мнительный, не обращай внимания. Да и сотрудник наш не очень на тебя разозлился. Видимо, не сильно ты его хамсанул…

Дверь в кабинет открылась, на пороге стоял отец Урызмага. Он облокотился о дверной проем и глубоко вдохнув, сказал:

- Скотина!

- Проходите, садитесь, – пригласил милиционер.

- Нет, спасибо. Я постою. Урызмаг…

- Па, я случайно… Я не хотел.

- Чего ты не хотел? – отец закричал так, что вздрогнули и Урызмаг, и милиционер. – Чего ты, скотина, не хотел? Это я не хотел! Не хотел я, чтоб мой сын таким дефективным получился! Мать пожалей, она из-за тебя плачет! Бедная женщина! Сидела себе дома, пироги подумывала напечь. А тут ей звонят и говорят, что ее родной сын по студентам стреляет! Где ты пистолет взял? Зачем ты сотрудника милиции кусал? Отвечай, идиот!

- Укусил случайно… А пистолет купил…

- И разрешение сделал! – добавил милиционер.

- Кто таким дебилам разрешения дает? Где разрешение? Я тебе его…

- Может, не отдавать вам пистолет? – перебил его милиционер. — А то ваш сын бед натворит.

- Не натворю, отдайте… Я буду его дома хранить.

- Ты будешь сам дома храниться! – сказал отец. – Ты опасен! Вставай, пошли. И хорошо, что ты в друга стрелял, заявление на тебя, придурка, не написали!

- Если, конечно, хотите, заберите пистолет. Только сыну не давайте.

Отец отмахнулся и вытолкнул Урызмага из кабинета. Всю дорогу домой отец молчал, а Урызмаг прислонился лбом к окну маршрутки и периодически вытирал подступающие слезы.

А дома их встретила взволнованная мать. Увидев сына, она бросилась его обнимать.

- Мне сказали, ты в человека стрелял! – сквозь слезы говорила она. – Я думала, все – в тюрьму тебя отправят. Как же тебя в тюрьму, сынок?!

- Все нормально, мама, – еле слышно сказал Урызмаг.

- Да, Альбина, все нормально, – отец достал аптечку и извлек оттуда валокордин. – Нормальный у нас сын растет. Взял и выстрелил товарищу в задницу.

- Ой, слава Богу, в голову не попал! – перекрестилась мать.

- Да им что в задницу, что в голову – никакой разницы!

- Ну не надо, Хазби. Он же переживает, бедный мальчик.

- Да, переживает наш бедный мальчик. А бедный он потому, что на голову больной!

Родители принялись отчаянно спорить. Мать всячески заступалась за Урызмага, отец приводил ей железные доводы, доказывающие, что их сын дефективный, а он сидел за столом и вспоминал, как копил деньги на пистолет, как суетился, получая разрешение, как взял долгожданный «Макар» и засунул его за пояс. Зазвонил телефон. Это был Алан.

- Болит? – спросил Урызмаг.

- Конечно, болит! Хорошо, что я лицом к тебе не стоял!

- Не обессудь, братан…

- Да нормально. Ствол забрал?

- Нет, менты не отдали… Буду на новый собирать. Пару штук есть…

- Я тебе помогу, если вариант будет. Штуки полторы тасану…

- Давай, увидимся.

Урызмаг убрал телефон. Родители перестали спорить и ушли спать, каждый при своем мнении. Он посидел еще немного и побрел в свою комнату. Перед сном Урызмаг положил разрешение на приобретение и ношение оружия самообороны в пустую коробку из-под кроссовок и задвинул ее под кровать. Чтобы отец не нашел…


© Олег Кочиев