Баня

Перебирая старые бумаги, Лара нашла документы на баню. Оказалось, я женат на барыне-латифундистке. Но моюсь в треснутом китайском душе. А мог бы прыгать с шипением в пруд и удивлять коров своими плавными обводами.
Лара говорит, там нет коров. И людей нет. До ближайшего трамвая семьдесят километров. Там банды диких зайцев. Но что для Лары тайга и север, для меня родовое гнездо и сердцу милый уголок.
В ближайшую же пятницу мы поехали наслаждаться дачей. Я всегда считал ̶ч̶т̶о̶ ̶л̶ю̶б̶о̶в̶ь̶ ̶и̶г̶р̶а̶, что дачи строят инопланетяне, не верящие в триединство дивана, телевизора и чипсов. Теперь же, стоя в одной пробке с другими помещиками, я жалел горожан, которым недоступны росы, соловьи и сметана жирностью 300 %. Им не дано шлёпать селянку Лену по тому, что она сама в себе считает спинкой. Им не гулять в трусах, не ведая стыда. И конечно, яблоки из магазина ничего не скажут о рае и пороке. Я спешил туда, где парниковый огурец наш компас земной и награда за смелость. Туда, где из событий только дождь или его отсутствие. Я ехал к крыжовнику, фехтованию на лозинах, к реке и девкам с коленками. На дачу моего детства ходил жёлтый автобус, весь в лунной пыли. Всю дорогу из-за малого роста я видел только чьи-то огромны сиськи. Теперь как царь, в собственном ситроене, на двоих четыре сиськи, еду.
Ещё на даче хорошо переживать катаклизм. Горожане жарят крыс и голубей, трубят в пустой водопровод. А у тебя колодец, куры, в погребе банки с маринованной лебедой.
Лара предупреждала, баня маленькая и заброшенная. Я думал она очерняет во спасение отпусков и выходных. Оказалось, даже приукрасила. Зайцы спёрли окна, двери, мебель, дрова и электрический кабель. Остался только свежий воздух, источник устрашающего аппетита. Вопреки всем этим нюансам, родовое имение мне очень понравилось.
Я боялся переломать лопаты своим энтузиазмом. Купил сразу три. Лару отправил нюхать цветы, сам стал рыть. Траншея намечалась просторная, светлая, сорок метров на полтора. Немного насторожила трава. В повестях русских прозаиков ничего не сказано о необычной её прочности. Трава не косилась, почти не копалась и лишь с трудом рубилась. В интернете есть уроки от мастеров лопаты. Приёмы, подсечки, работа с центром тяжести и энергией ци. Но вся совокупная мудрость ютуба ничто против этих жёлтых цветочков. Вместо рытья получалась эпиляция. Я пережил отрицание, гнев, торг, депрессию и принятие. Я прыгал по лезвию всем туловищем. Чтобы вскрыть квадратик дёрна нужно тридцать прыжков. Площадь канавы 960 квадратиков. (Землеройные работы стимулируют устный счёт). Всё перемножаем, получаем 28 800 прыжков. Втрое больше, чем подпрыгнуто мной с рождения по этот трагический день. А ведь ещё надо вглубь! Если Дед Мороз не подарит экскаватор, как обещал в 1973-м, подключение электричества отложится до образования оврага по воле Господа в нужном направлении вследствие эрозии.
Три дня я долбил бронированную латышскую целину. И в целом, дачу расхотел. Банная паранойя как молния - заземлилась. Я понял, человеку не пристало драться с улитками за три унылых огурца. И удалил ссылки на продавцов рассады. И отменил заказ на газонокосилку. И уничтожил расчёты насоса с гидрофором. Я вернулся к детям. (Младшая курит, старшая собирается за границу, где точно выйдет замуж и пришлёт однажды фото незнакомых детей). Снова заинтересовался работой, на которой меня ценят и доверяют нырять в самое неметафорическое говно.
Лара купила по инерции цветы для палисада. Сказала, ничего, будем растить их на балконе, раз с дачей не вышло. И хрюкнула печально. Разум как бы победил. Но в пятницу в каждом нашем зрачке загорелось по домику. И мы снова въехали в пробку. Там копать-то осталось тридцать восемь метров. Если эта канава ведёт в рай, в ней не жалко сдохнуть. Архетип большой лопаты сильней нас. Его ни объяснить, ни вылечить невозможно.
(Слава СЭ)