Как в Одессе бандерлогов извели

Году эдак в 1994 завелись в Одессе бандеровцы. Немного – человек пять. Были они приезжими студентами с запукры и учились на истфаке ОГУ, который только-только из государственного превратился в национальный.

Времена те были бурные, великая страна рухнула, экономика в руинах, будущее в тумане, преступность, шоковый рост цен и повышенная политическая активность населения. Партий и движений было множество.

Бандеровцы тоже учредили свою организацию. Назвали её "первичка УНА-УНСО". Может, кто помнит такую. Учредили, стали заниматься агитацией и привлекать сторонников. Расклеивали по городу листовки с изображением уверенных парней с автоматом и оселедцем.

Хуже получалось с пополнением рядов. Одесситы смотрели на грозных казаков с юмором и считали дурачками. Так и проводили унсовцы свои подпольные собрания впятером вплоть до 1996 года. На собраниях обсуждали как они будут убивать москалей и где для этого раздобыть оружие.

В эти же годы в Одессе существовала достаточно мощная (на общем фоне) организация Всесоюзной Коммунистической партии большевиков со штаб-квартирой в Ленинграде и генеральным секретарём в лице знаменитой Нины Андреевой. Одесской организацией ВКПБ руководил талантливый и уважаемый в левом движении деятель Генрих Михайлович Стрижков. При этой организации было молодёжное крыло под названием "Молодая гвардия" – человек 25-30.

Молодогвардейцы занимались рукопашным боем, изучением теории марксизма, освоением различных видов оружия, агитацией-пропагандой, ездили в 1993 году в Москву защищать Белый дом и овладевали навыками конспирации по заветам Ленина и Сталина.

Был среди них один паренёк, самый молодой, лет 13, по имени Павел (изменено), который не слишком придавал значение марксистско-ленинской идеологии. Ему было скучно зубрить политэкономию и распространять газеты. Ему хотелось воевать.

Будучи в Молодой гвардии, он поддерживал контакты с другими боевыми или боевитыми организациями – от РКРП и лимоновцев до РНЕ. И однажды познакомился с одесскими бандеровцами.

Бандеровцы заворожили Павла. Они были такими крутыми, такими брутальными! У них были такие будоражащие планы! И это холодное равнодушие к чужой смерти!

Сами бандерлоги тоже пришли от Паши в восторг – у них наконец-то появился первый сподвижник из местных, из одесситов!

Унсовцы быстро окрутили Павла и выяснили, что тому известно местоположение запасов оружия, принадлежащего Молодой гвардии. Точнее, не оружия, а самодельных гранат, которые молодогвардейцы изготовляли на одном одесском заводе. Гранаты хранились на конспиративной квартире в обычном пятиэтажном доме на улице Валентины Терешковой. В один февральский день 1996 года Павел привёл бандеровцев – всех пятерых! – в эту самую квартиру.

Да, он оказался предателем. Таким себе Мальчишем-Плохишем. Так бывает.

Павел показал гостям погреб, где был спрятан ящик с гранатами (квартира располагалась на первом этаже, и из кухни уходил лаз в подвал). Ящик был тяжёлым, и Паша не мог его поднять из погреба самостоятельно. За ящиком спустились двое унсовцев. Подняли груз наверх, занесли в комнату.

Ящик открыли. Завёрнутые в тряпки, лежали полтора десятка металлических цилиндров, наполненных аммоналом. Отдельно, подальше от гранат, лежали взрыватели. Затаив дыхание, все пятеро украинских патриотов смотрели на это богатство. Один из них вытащил гранату и вставил в неё запал.

Поскольку гранаты изготавливались кустарно, то никто из присутствующих не знал, разумеется, что взрыватели были неизвлекаемыми. Вставить запал было можно, извлечь обратно – уже нет. Паша тоже этого не знал. Но какое-то шестое чувство подсказало ему, что рядом оставаться опасно.

Павел вышел из комнаты и спустился на кухне в погреб. В этот момент раздался взрыв. Взрыв был чудовищным – сдетонировал весь ящик.

Через несколько дней я побывал в этой квартире. Воронка в полу, разбитые переборки, вынесенные окна... Но наибольшее впечатление на меня произвели кусочки костей, торчащие из деревянных дверных косяков. И брызги мозгов и кишек на потолке.

По факту взрыва было заведено сразу два уголовных дела – одно милицией, другое СБУ. Мне неизвестно, как близко следователи подошли к раскрытию истинной картины, но закончилось разбирательство постановлением о том, что, дескать, террористы националистической направленности погибли в результате неосторожного обращения с самодельным взрывным устройством. Допускаю, что следователи были отнюдь не глупыми, просто они в те годы с симпатией относились к просоветским организациям и терпеть не могли украинских националистов.

Молодая гвардия обошлась без потерь, если не считать потери конспиративной квартиры и Павла, которого выгнали. А организация УНА-УНСО в Одессе полностью перестала существовать. Следующие патриоты Украины появились в Одессе только в начале двухтысячных, перед воцарением Ющенко.

Думаю, жалко будет, если такой эпизод одесской истории канет в Лету. Он достоин, на мой взгляд, занять место в летописи нашего города. Для этого я и рассказал о нём.

Сергей Раскосовский ©
https://cont.ws/@sras/818743