Белый медведь

Белый медведь — это какой-то лютый хтонический пиздец. Я поняла, все самое страшное — оно белое: белая акула, белый шум, белая горячка, белое пальто… Ну и белый медведь, конечно. Он самый огромный из сухопутных хищников. Вес самца может достигать тонны, а длина тела — трех метров. Ну куда, на хуй, такую дурмашину? Вы можете себе представить, как это чудовищное уебище на вас прет? Мне в зоопарке-то на них страшно смотреть.

На самом деле, белый медведь — нихера не белый, а "альбинос": у его шерсти нет пигмента, и она полая внутри. Поэтому медведь может быть и желтым, из-за воздействия солнечного света, и зеленым, если живет в зоопарке в теплом климате (внутри шерстинок заводятся микроводоросли). Красным он тоже может быть, когда кого-то жрет. Синим вот — не знаю.

Белый медведь отлично приспособлен к жизни на полюсе. У него 10 сантиметров слой жира на теле, чтобы не мерзнуть, и похуй на фигуру. Еще у белого медведя на пятках шерсть, как у хоббита, а между пальцами перепонки, чтобы хорошо плавать. У него вообще три увлечения: убивать, плавать и ходить. Он неебически подвижный.

Белый медведь может передвигаться на дрейфующих льдинах. Умки такие невъебенно огромные. Им же похер, они не утонут и не замерзнут. Охотятся они на моржей, нерп и прочих морских зайцев. Садятся возле лунки, и ждут. Вроде зимней рыбалки, только без удочки. Нерпа всплывает воздуха глотнуть, не успеет жизни порадоваться, как медведь ее ебошит лапой по башке:
— Уйбля, — только и успевает сказать нерпа. Медведь ее вытаскивает и жрет.

Однажды русские подводники увидели плывущего белого медведя, и решили за ним погоняться на субмарине. Я даже не знаю, кто после этого умнее: русские подводники или белый медведь.
— Идите на хуй, мудаки, — уплывая, орал белый медведь. — Я боюсь вашего железного тюленя, блядь!
Но подводники не отставали: им казалось, они просто заебатые такие шутники. В итоге медведь в воде развил скорость около 6,5 километров в час. Русские подводники наконец оценили его доблесть, и отъебались.

А самый охуительный заплыв совершила по морю Бофорта белая медведица — вздумалось ей с Аляски поплыть на север, к паковым льдам, чтоб на тюленей поохотиться. Так вот она проплыла в ледяной воде 685 км, за 9 дней. После этого мне кто-нибудь скажет, что человек — венец природы?

У самцов с самками отношения сложные: белые медведи — одиночки и эгоцентрики. А чо им остается делать, если их мало, а вокруг — тыщи километров льда и снега? Им и так нормально, без семьи. Но даже на таких непрошибаемых, жирных меланхоликов действует весна. Когда у медведя начинается брачный период, он хуячит сотни километров, чтобы найти бабу. Понятия не имею, как белый медведь узнает, где самка, может, даже и не узнает, а просто пиздует куда попало, вдруг повезет.

— Трахаться захочешь, и не столько пробежишь, — бурчит он, преодолевая снежные поля и дрейфующие льдины. — Что, блядь, за жизнь такая? Ни баров, ни ночных клубов, познакомиться даже негде.

Когда белый медведь все же находит бабу, выясняется, что ее нашли еще несколько самцов.
- Пиздуй отсюда, это моя женщина! - говорит тот, что пришел первый.
- Ага, щас, блядь, хуй ты угадал. - Отвечает второй. - Мне что, опять триста километров намотать только для того, чтоб разок поебаться?
- Ой, на не ссорьтесь, мальчики. Просто дайте друг другу пиздюлей, - советует медведица.

Уступать, и снова хуячить несколько дней по морозу в поисках секса никому неохота. Понятно, они начинают пиздить друг друга. Мне хотелось бы на часок побыть самкой белого медведя, чтобы посмотреть на сие эпическое действо. Дальше победитель, конечно, сливается с бабой в экстазе, а потом снова съебывается.

— Ну слава богу, отвалил, — говорит медведица, которая тоже одиночка, и муж ей нахер не нужен. И отправляется рожать в берлогу.
Медвежата рождаются крошечными, по полкило всего. Посмотреть на них, так непонятно, как из такой хуйни получается такой пиздец.

Когда белому медведю нечего жрать, он может прийти к людям. И вообще, он очень любопытный. А сами понимаете, когда у такого уебища весом целую тонну просыпается любопытство вместе с голодом, это к добру не ведет. Он просто разъебывает все, что видит, а потом разбирается, можно это жрать или нет.

Белый медведь идет на запах, является к людям, и спрашивает:
— Это что у вас? Помойка? Да, тут много вкусного. А это что? Ведро? Хуйня, несъедобно. А это что? Ваш повар? Ага, оторвал башку. Съедобно. Что, надо было жрать не повара, а пирожки? Пиздите, наверное. Но давайте.

У нас белых медведей, которые приходят к человеческому жилью, стараются не убивать, а усыпляют и вертолетом перевозят обратно. А в Канаде, в городе Черчилл, есть специальная тюрьма для белых медведей. Их туда сажают, чтоб подумали о своем поведении.
— Начальник, не шей мне срок, — возмущается белый медведь, которого застукали на помойке. — От вашей грязи мусорской я настрадался.
— Вот исправишься, выпустим, — обещают ему.

Белые медведи занесены в Красную книгу, что их неимоверно радует, потому что раньше на них охотились без конца, и чуть всех не угондонили.

Кстати, 27 февраля — международный день белого медведя. Хуй знает, как его надо отмечать: то ли в прорубь нырять, то ли за бабами по снегу несколько километров бегать.
© Диана Удовиченко.