Анархисты против белых бронепоездов

У махновцев было очень туго с бронепоездами и артиллерией. Но когда на их позиции двинулись казачьи и горские дивизии при поддержке белогвардейских сухопутных крейсеров — они сумели найти способ вывести их из строя.

11 фото + текст via

Осень 1919 года.

Элитные «цветные» дивизии Добровольческой армии Деникина и белые казаки рвутся на Москву. Красноармейцы бегут или сдаются. Красный фронт безнадёжно рассыпается под ударами белогвардейцев и казаков.

Большевики эвакуируют госучреждения из Москвы в Вологду и готовятся к городской «герилье» (партизанским действиям. — Прим. ред.) на московских улицах, не особо надеясь удержать столицу.

В те же самые дни прославленный белый генерал Яков Слащёв — прообраз булгаковского Хлудова — громит повстанцев армии Махно. В конце сентября у Умани (ныне Черкасская область Украины) главные силы анархистов попадают в окружение двух дивизий белогвардейского корпуса: офицерских полков и кубанских казаков.

Казалось, для махновцев всё было кончено. Вот только Нестор Махно считал иначе.

Рой пчёл-анархистов

Гений повстанческой войны сумел стремительными искусными манёврами создать локальный перевес в силах. А затем обрушиться «из ниоткуда» на фланги и тылы войск Слащёва. Главный удар под Перегоновкой (ныне село Кировоградской области Украины) Махно на лихом коне возглавил сам.

Множество молниеносных ударов сплелись в единую картину. Разгром белых войск был страшным. Отчаянную кубанскую конницу сметал ураган свинца с десятков тачанок, выраставших будто из-под земли. Несколько офицерских полков встали насмерть — и были выкошены анархистами до последнего человека. Остальные едва сумели вырваться из мясорубки и отступить.

Генерал Слащёв, ещё недавно с искренним пренебрежением относившийся к «махновским бандам», пришёл в… восхищение. И принялся самым тщательным образом изучать интересного и умелого противника. Если раньше он презрительно приказывал вешать пленных махновцев как бандитов, то теперь им полагался «честный» солдатский расстрел.

Махновский блицкриг

Противник же вырвался на оперативный простор.

Ураган под чёрными флагами, пополнявшийся десятками тысяч крестьян-добровольцев, пронёсся по тылам Добровольческой армии. Оказать сопротивление небольшие белые гарнизоны не могли — и гибли один за другим.

Спустя менее месяца после разгрома у Перегоновки анархисты, рассыпавшиеся по степи в лучших традициях Чингисхана, прошли более 500 километров. Везде, где появлялись махновцы, крестьяне брались за оружие и примыкали к ним. Стратегические склады белых оказывались разграблены и сожжены. К середине октября анархисты уже подходили к главной ставке Добровольческой армии Деникина в Таганроге.

И это в то самое время, когда под Орлом и Кромами белая коса нашла на красный камень. Непревзойдённый наступательный порыв корниловцев, марковцев и дроздовцев сдержали латышские стрелки — самые стойкие части красных.

Начались тяжелейшие позиционные бои, от которых зависела судьба всей войны.

Белый контрудар

Чтобы спасти остатки своих тылов, белое командование в решающий момент кампании сняло с фронта бо́льшую часть конницы Андрея Шкуро: терских и кубанских казаков, чеченскую конную дивизию, резервные пехотные полки и три бронепоезда.

Они составили группу войск особого назначения под командованием генерала Александра Ревишина. В последних числах октября 1919 года казаки и горцы нанесли главным силам Махно страшный удар и погнали их к Днепру.

На западе в тыл махновцам двинулся корпус генерала Слащёва. Он сделал выводы из своего поражения у Умани и спешил применить новые идеи на практике.

Повстанческая армия Махно оказалась вынуждена воевать на два фронта. Идейное, слаженное и опытное ядро бойцов-анархистов — победителей при Перегоновке — к тому времени «размазалось» среди выросшего во много раз войска. Сдержать удары казаков и горцев Ревишина и офицеров Слащёва не успевшие научиться воевать крестьяне не могли.

Пала столица Махно, Гуляйполе (ныне город в Запорожской области Украины). В отчаянных попытках сдержать контрударами белое наступление погибли многие опытные атаманы.

Территория под чёрными знамёнами анархии, ещё недавно такая огромная, грозила стремительно схлопнуться у Днепра в районе Александровска и Екатеринослава.

Махно собрал под своё личное командование остатки лучших войск и ушёл за Днепр в прорыв к уже взятому Слащёвым Екатеринославу.

Оборону «восточного фронта» взял на себя Виктор Белаш — начальник штаба повстанческой армии.

Генерал Яков Александрович Слащёв

Тачанки и бронепоезда

Тактика армии Махно строилась вокруг тачанки: повозки с пулемётом. Их использовали все стороны Гражданской войны. Но Махно совершил с тачанками то же, что Гудериан — с танками. Он сумел создать ударные отряды из десятков экипажей, которые стремительно перемещались и наносили по противнику страшные удары.

Памятник тачанке в Гуляйполе, Запорожская область

В наши дни в той же самой роли используют «технички» — пикапы с оружием. Быстро, дёшево, просто и смертоносно.

Как писал в своих мемуарах Виктор Белаш, на пике отдельный пулемётный полк Фомы Кожина — резерв главного командования Махно и «последний довод анархии» — имел на вооружении 700 тачанок с пулемётами. Ураган свинца, создаваемый даже сотней выстроившихся в линию повозок, превращал поле боя в локальный филиал ада.

А вот с артиллерией у махновцев было очень плохо. Научить пользоваться пулемётом (по крайней мере в ближнем бою) можно любого толкового крестьянского паренька. Для артиллерии же нужны люди с техническим образованием. А насколько махновское войско было привлекательно для крестьян — настолько же оно вызывало отвращение и страх у горожан. Люди с образованием в основном шли воевать или за белых, или за красных.

Поэтому бронепоезда, против которых пулемёты были бессильны, для анархистов оказывались особенно страшны. Бить их махновцам было нечем. В ответ на пулемётные очереди тачанок в них летел поток артиллерийских снарядов.

И пулемёты в бронепоездах тоже были. В амбразурах. Из-за брони которых белые пулемётчики могли выкашивать махновцев без особого риска для себя.

Это производило на анархистов настолько неизгладимое впечатление, что Виктор Белаш в мемуарах описывал белогвардейские поезда с 35 пулемётами на борту каждый. Тогда как на деле ни на одном их число не превышало десяти.

Лёгкий бронепоезд «Офицеръ»

Сухопутные крейсера и чугун-стрелялы

В первых числах ноября, писал Виктор Белаш, на Александровск — последний оплот анархистов к востоку от Днепра — шли четыре белые дивизии при поддержке трёх бронепоездов.

С северо-востока двигался эшелон «Единая Россия» с парой 152-мм морских пушек системы Канэ и 120-мм вспомогательным орудием — вооружение небольшого крейсера.

С юго-востока шли сразу два белогвардейских состава: тяжёлый и лёгкий. По воспоминаниям Белаша, это были «Иоанн Калита» и «Дмитрий Донской». Вот только первого в этом направлении не было точно — спустя несколько дней его захватили красные под Кромами.

Какой именно тяжёлый бронепоезд двигался на Александровск — пока неясно. Но судя по описанию, оружие он имел сопоставимое с «Единой Россией», крейсерского класса. И двигался перед лёгким «Донским».

У махновцев тоже были бронепоезда. Правда, из-за хронической нехватки специалистов они больше напоминали творчество орков из «Вархаммера». К примеру, в качестве брони за неумением склепать листы применяли присобаченные к бортам… рельсы.

Туго было и с кадрами. В поезде — жарко, душно, везде механизмы, а стрелять надо метко даже в движении. Белые комплектовали свои сухопутные крепости морскими офицерами, красные — матросами и рабочими тяжёлой промышленности. А в крестьянской армии Махно матросов-анархистов было гораздо меньше, чем порой представляется.

Эшелоны анархии были обильно вооружены привычными повстанцам пулемётами, а вот пушек испытывали дефицит. Белаш пишет о шести лёгких бронепоездах в оборонительных порядках махновцев на подступах к Александровску.

Единственный тяжёлый бронепоезд, захваченный крестьянами Махно, — бывший деникинский «Солдат», который сторожил стратегический Кичкасский мост через Днепр.

Бронепоезд «Дмитрий Донской»

Камикадзе в стиле стимпанк

Тяжёлые бронепоезда белых методично перепахивали позиции анархистов снарядами, поддерживая наступление казаков и чеченцев. Лёгкие эрзац-поезда махновцев с трёхдюймовыми пушками не могли сделать с этим ничего: не хватало ни дальнобойности, ни мощности.

Неужто ничего, подумали анархисты?

И придумали.

Два бронепоезда махновцы отогнали к Александровску. От них отцепили паровозы. Посадили в кабины самых безбашенных машинистов. А дальше всё было в духе третьего «Назад в будущее». Только в реальности.

Ударные паровозы анархии разогнали до умопомрачительной скорости на грани взрыва котлов. После чего, надо полагать, махновцы выпрыгнули из кабин и утекли огородами. А паровозы на полной скорости протаранили два тяжёлых бронепоезда белогвардейцев, не ожидавших от противника эдакого коварства.

Даже если у белых составов были контрольные платформы — они не помогли. «Единая Россия» у станции Софиевка получила от столкновения тяжёлые повреждения. Её пришлось вывести из боя и отправить на ремонт в Енакиево. Починить так и не смогли — спустя четыре месяца деникинцы оставили бронепоезд в Новороссийские при эвакуации.

Цитата

Антон Железняк Эксперт по техническим и инженерным вопросам Контрольными назывались платформы, которые цепляли спереди и сзади поезда, чтобы уберечь основные вагоны от столкновения или подрыва на мине. Чаще всего на них хранили припасы и инструменты для ремонта путей, но ничего по-настоящему важного не располагали. Потому что в случае чего контрольная платформа должна была «пожертвовать собой».

Второму тяжёлому эшелону у станции Лежино повезло ещё меньше: страшный удар вызвал детонацию боекомплекта переднего орудия. Сухопутный крейсер восстановлению не подлежал, пути оказались капитально разрушены.

Деникин не упоминал об этом в своих мемуарах — всё его внимание было приковано к решающему сражению у Орла. Но 14 ноября 1919-го он выпустил очень характерный приказ № 2649:

«Ввиду продолжающегося неправильного боевого применения бронепоездов, подтверждаю всем начальствующим лицам следующие основные положения. 1. Тяжёлые бронепоезда не применять как лёгкие, выводя их в первую линию. Нормальная работа тяжёлого бронепоезда — под прикрытием лёгкого; удаление — 4–6 вёрст…».

Бронепоезд «Единая Россия»

Последствия

Вывод из строя бронепоездов вызвал замешательство белого командования и помог анархистам провести успешный контрудар. Закипели яростные схватки.

Кавказская туземная конная дивизия повторила знаменитую «атаку лёгкой бригады» — пойдя конной лавой на полк атамана Кожина. Чеченцы потеряли треть своих всадников под ураганным огнём с тачанок — но прорвались-таки и зарубили немало отборных пулемётчиков Махно.

После чего им во фланг стала заходить спешащая на выручку экипажам конница анархистов, и Туземная дивизия вынужденно отступила. Отошла и остальная группировка Ревишина, которая немедленно приступила к подготовке нового удара на Александровск.

Тем временем на западе генерал Слащёв устроил наглейший прорыв к Екатеринославу. Войска он отправил по железной дороге во главе с парой бронепоездов сквозь территорию махновцев.

После этого анархистам пришлось оставить Александровск, сжечь Кичкасский мост и уйти с восточного берега Днепра.

Когда повстанцы оставляли Александровск, произошёл уникальный для Гражданской войны эпизод взаимного благородства. Махновцы в последний момент решили не расстреливать сидевших у них в плену «городских тузов» — состоятельных жителей города, сочувствовавших белым. И отпустили их под честное слово — облегчить жизнь трудового народа и убедить наступающих белогвардейцев не расправляться с рабочими (даже явными коммунистами и анархистами).

«Буржуины», что интересно, слово сдержали. Виктор Белаш с удивлением писал, что после взятия Александровска белыми ни одного рабочего не казнили.

Кавказская туземная конная дивизия

Неудачный плагиат

В 1920 году тяжёлый бронепоезд армии Врангеля «Иоанн Калита», тёзка потерянного деникинцами сухопутного крейсера, у станции Бельманка подвергся атаке красноармейского «железнодорожного тарана».

Красноармейцы подошли к делу более рационально, чем махновцы. Вместо того, чтобы губить дефицитный паровоз, они набили взрывчаткой вагон и разогнали его своим бронепоездом под уклон — навстречу «Калите». Снаряд получился гораздо более дешёвым и смертоносным, чем паровозы-камикадзе анархистов.

Но белогвардейцы были уже научены горьким опытом. Обнаружив приближающийся подозрительный вагон, командир белого бронепоезда приказал отцепить переднюю контрольную платформу и разогнать её навстречу брандеру. После чего отойти подальше в другую сторону. Итог — страшнейший взрыв, разворотивший рельсы на 200 метров вокруг, никакого ущерба «Ивану Калите» не нанёс.

Примерно тогда же азербайджанцы попытались у станции Ялама, на подступах к Баку, повторить подвиг махновских машинистов, атаковав красных. Но и красноармейцы уже были «в теме». Огонь бронепоезда имени III Интернационала заблаговременно поразил шедший на таран паровоз.

Тяжёлый бронепоезд «Иоанн Калита» Добровольческой армии

Правда или вымысел?

До сих пор нет твёрдой уверенности, что всё было именно так, как описал Белаш.

Наступление белых на Александровск и Екатеринослав с самого начала оказалось в тени грандиозного сражения у Орла и Кромов — и в книгах, и в мемуарах. И у белых, и у красных. Даже в трудах по истории бронепоездов Гражданской войны тараны при Александровске не упоминаются.

Виктор Белаш (фото конца 20-х годов)

С другой стороны, Виктор Белаш — начштаба Махно, лично командовавший войсками анархистов в тех боях. В его воспоминаниях могут быть романтические преувеличения, но сами операции он описывает крайне детально и подробно. Вряд ли вся история с бронепоездами — его выдумка. Тем более, что «Единая Россия» как раз вскоре после этого ушёл в долгий ремонт.

В документах и приказах по повстанческой армии Махно, пусть и сохранившихся лишь отрывочно, в это время тоже упоминаются поддерживающие наступление белых эшелоны. Вышедший через несколько дней приказ Деникина о необходимости прикрывать тяжёлые бронепоезда лёгкими — тоже вполне реален.

Так что история эта похожа на правду.

Конец