Лазер–диск 2. Продолжение. Лонгрид для тех, кто смотрел кино четверть века назад

Продолжаю первый пост. Много букв.

Где–то на рубеже 1992–1993 в Москве появились точки с видосами — на всех вещевых рынках плюс трех специализированных: Горбушка, Тушино/Митино, Царицыно.
Кто помнит те времена, тот помнит: хочешь торговать — плати! Плати за вход, плати за точку, плати за наружную рекламу типа листа А–4 с надписью "Видео — тут!"
И все такое прочее.

Как только заплатил — чини любые безобразия на оплаченной территории. Да хоть войну Голливуду объявляй, торгуя их блокбастерами под своим именем!

Солнцевские, ореховские, измайловские и прочие бандосы решали на месте любые корпоративные споры. Интеллектуальные международные в том числе.
В условиях дикого рынка начала зарождаться конкурентная борьба среди ушлых видеопиратов.

Исторически сложилось: какой видеопират на каком рынке начал платить дань, такой преступной группировке и обязан своим взлетом. Некоторые бандиты были не дураки и расхуяривали на блядей, кокос и бэхи не всю наличность. На сдачу вкладывались в перспективу — кредитовали под дикий процент видеопиратов.
Кто из пиратов не успевал проапгрейдиться, тот улетал с рынка.

На моей памяти концерн "Видеосервис" в лучшие годы имел более 20 точек по всей Москве для тиражирования голливудской продукции. И на каждой точке круглосуточно ебашили без перерыва по 100–500 "Акаев".
Куда там нынешним майнерам!
Про "Акай" — отдельная тема. Лучший пирацкий видеорекордер всех времен и народов!

Так или иначе в 93–94–м годах все видеопираты Москвы стали субсидариями бандитских группировок. Теперь бандосы отмазывали пиратов от любых разборок, в том числе от междусобойной грызни. Появился порядок. Если пират с Митина вложился в перевод, то его копии не могли появиться просто так на Мазутке.
Не по–пацански.

Городская легенда гласит, что однажды все пираты Москвы собрались в кабаке, обсудили былые споры и грядущие перспективы, после чего высадились десантом в Каннах, на одноименном фестивале. По итогам десанта каждому достойному видеопирату был приписан собственный голливудский мейджор.
Концерн "Видеосервис" (измайловские) забил за собой Коламбию Пикчерз, "Премьер видео" (солнцевские) — Варнер Бразерз.
Остальные кто как, но факт на лицо — отныне пираты пиратили только своих подопечных. И даже немного денег отправляли болезным. В чужой огород лазить стало нельзя.

По крышам могу путать, кстати. Более 20 лет прошло. Но из забавного могу вспомнить: ореховские посчитали, что тащиться на поклон пендосам — западло. Они же были в голову убитые патриоты–афганцы. Крышевали Тушино/Митино и Царицыно, и стояли выше коноебли с мейджорами. Они ебашили собственные мультики, например "Незнайка на Луне".

Отвлекся. Об этом позже.
Нас интересуют темные года: 1995–1997–е.

Бандиты поделили рынок и мейджоров. Ни один вменяемый пират не мог мявкнуть!
Но на местах (дальше 100км. от Москвы) очень даже мявкали.
А хуле? Москва — не указ!
И пиратили любую хуйню.

Да — именно так! На всех рынках страны по–прежнему торговались за пять копеек трехчасовые ВХС с двумя "свежачками", несмотря на столичные договоренности.

К этому времени криминал стал силой в Правительстве России. Даже свой натуральный министр имелся, из бандосов, из своих!
Надо мять лохов!

Антинародное правительство Ельцина в первый и последний раз на моей памяти приняло жесткий антинародный указ, касавшийся каждого гражданина России: все видеофильмы отныне должны иметь голографическую марку. За отсутствие марки — ментам ебать продавца и кошмарить соучастников, всем прочим сцаться.

Дела на российских рынках пошли бодро.
В смысле, пираты съебали в магазины, которые под ментами. От ментовского произвола могли спасти только коррумпированные менты. Трехчасовые видеокассеты, где на торце шариковой ручкой написано название и жанр, в один момент исчезли со всех рынков страны... кхм, не со всех, если честно...например, у местного босса всех ментов племяш пиратит москвичей и завсегда дает позырить свежий кинчик, ну как такого прогонишь с точки?
Тем не менее, заставшие 90–е помнят, как на рубеже 95–96 видеокассеты в ларьке у дома внезапно исчезли.
За свежим кино следовало тащиться в специально отведенные места (я про Москву).

Народ не сдался, ибо не привык платить огромные тыщи за хуйню, которую показывали бесплатно на кабельном. Кстати, отдельная тема про 90–е — кабельное ТВ, свое, ламповое, на три ближайших дома, где оператором свой перец со двора! Кабель–ТВ поперло!!!
Ага!
Любой правительственный запрет на один вид деятельности приводит к расцвету другого вида деятельности, которого запрет не коснулся.
В то же самое время пиздец, разброд и шатание заехали в видеопиратский бизнес. Народ перестал покупать кассеты.

Помимо прочего российскому кинопроизводству тоже пришел пиздец. До появления акцизных марок любой кинопродюсер мог сцать в уши спонсора, что сейчас снимем блокбастер–хуястер, ваша водка будет в каждом кадре, обороты вырастут, обогатитесь как шейх и всего лишь за пару лямов на какой–то сраный фильм, который выйдет на видео.
Кстати.
К середине 90–х все кинотеатры страны были переоборудованы под автосалоны или мебельные магазины. Кино смотрели только на видео. Кино по–прежнему оставалось самым важным из российских искусств, перекочевав в формат ВХС.

Однако ебаные голографические марки, которые стоили денег (отчислений в бездонный российский бюджет), портили весь кинематографический ландшафт! На всякую разную кинематографическую хуйню, оплаченную спонсорами, марок не укупишь!

И тут не то чтобы внезапно, но вполне логически объявился продюсер с фамилией Сельянов, который предложил маркетинговый ход, самый эффективный на тот момент.
Ни один российский видеопират, пусть даже с самой великой сетью продаж, не получил эксклюзивных прав на распространение фильма "Брат", спродюсированный и оплаченный Сельяновым из собственных средств (тут он молодец).
Но каждый из пиратов имел право пиратить (копировать без марок) фильм, как душе пожелается в течение месяца за некоторую фиксированную сумму денег (по западному — купить франчайз на месяц).

В первую же неделю (после договоренностей с пиратами) на всех рынках страны возник фильм "Брат", не самый лучший российский фильм на тот момент, бывали лучше.
Но Сельянов взорвал рынок необычным маркетинговым ходом — продавать интеллектуальную собственность через пиратов по пиратской цене и класть хуй на цивилизованное ценообразование, когда с каждой кассеты правообладателю уходят доллар/два.

С тех пор любой торгаш, приезжая на видеосклад для закупки сотни ВХС–ок со свежим блокбастером, с ходу объявлял: две "лицухи" (видеокассета с голографической маркой на витрину и еще одна такая же, чтоб охуевшему менту в ебало тыкать) и сто "пираток" (соответственно, видеокассеты без марок чисто на продажу нормальным зрителям).

Чтобы было совсем понятно несведущему — и "лицуху" и "пиратку" производила одна и та же контора, но разница в цене была ровно на одну голографическую марку, которую приходилось покупать у российского правительства.

Продолжение следует.

©asderru