Германию уверенно ведут к гражданской войне

Немцы стараются показать залетным гостям, что они все еще хозяева в своей стране, но у них это плохо получается...

Строго говоря, само произошедшее событие формально является сугубо рядовым. Напомню, что в немецком городе Хемниц, бывшем Карл-Маркс-Штадте бывшей Восточной Германии, третьем ее городе по величине после Лейпцига и Дрездена, в ночь на воскресенье случилась драка с поножовщиной. Явление не то чтобы рядовое, но и уже давно совершенно не уникальное. Участвовали в ней около десяти человек, один из которых от полученных ранений в итоге скончался.

Тем не менее, оно послужило толчком к масштабным гражданским беспорядкам, продолжающимся уже третьи сутки. По мнению СМИ, причина заключается в том, что обвинение в убийстве предъявлены двум задержанным – 23-летнему гражданину Сирии и 22-летнему гражданину Ирака. Тогда как погибшим оказался 35-летний немец. И хотя позднее выяснилось, что он тоже был мигрантом откуда-то с Кубы, но в отличие от нападавших, он учился на плотника и являлся добропорядочным членом общества. Была еще версия, что сама драка возникла из-за того, что он вступился за девушку, к которой домогались мигранты, но полиция этот момент официально отрицает.

Дальше началось тоже на первый взгляд привычное. Одни немцы уже в воскресенье начали протестовать против засилия беженцев и вообще мигрантов, другие, не менее многочисленные, требовать от первых "прекратить поддерживать нацизм". Государство же заняло нейтральную позицию, уговаривая тех и других "не горячиться", постулируя главную цель – сохранение общественного спокойствия и соблюдения норм закона. В лучшем виде стандартного "лишь бы не было драки".

А в результате все тихо сползает к гражданской войне. Не потому что одни якобы двигают фашизм, а другие с ним намерены бороться. Дело в другом. На протяжении длительного времени Европа подвергается масштабной культурной экспансии, темпы которой в последние пять лет резко выросли. Это уже не вопрос взаимного уважения или эффективности механизмов интеграции. Речь идет о прямой замене традиционной, в данном случае немецкой, культуры другой – арабской, основанной на иных ценностях, иных принципах, иных бытовых номах. Совсем иных.

Собственно, все многочисленные конфликты с мигрантами возникают именно по причине кардинального расхождения взглядов "пришлых" и "местных" на то, как нужно жить.

С точки зрения местных, беженцам следует очень стараться интегрироваться в Германию, перенимая ее базовые культурные нормы, учиться, стараться, много работать, чтобы в конечном итоге стать добропорядочным и обеспеченным бюргером. С точки зрения беженцев, Европа, прежде всего, Германия, является просто богатой страной, которая богатствами обязана поделиться. Добровольно и щедро. Просто потому что деньги у нее есть, а им хочется их иметь. Ни за что. Только за факт своего существования. Работать никто не считает нужным. Тем более, куда бы то ни было встраиваться. Если кто и должен уступать, то только местные, однозначно.

А в результате обостряется не столько конфликт по линии местный - неместный, сколько по границе общих убеждений – кто в итоге является хозяином этой страны, и что такое вообще хозяин. Попытка властей, прежде всего, "замести мусор под ковер", в конечном итоге, радикализацию позиции сторон только повышает. Поразительно, однако, выясняется, что немцы восточные оказываются гораздо более немцами, чем немцы западные, в значительной степени забитые до уровня инстинктивного ужаса перед всем, пусть даже отдаленно похожим на коричневый цвет, после ВМВ прочно ассоциирующийся с понятием фашизма.

Проблема начинается с того, что немцы, еще на уровне общества, не понимают, что они, кто они и в какой степени они являются хозяевами собственной страны. Где-то в процессе искоренения фашизма, особенно молодому поколению, воспитанному в преимуществе ценностей общего глобального мира, вбили в подкорку страх перед любым объединением кого бы то ни было по опросу "где проходит граница между нашим и вашим".

Потому проявление фашизма они видят в каждой тени, и бороться с ним готовы, совершенно не думая о последствиях. Фактически тем самым его лишь приближая. Если проблема есть, если она серьезна и степень ее остроты растет, тогда как ее решение даже не пытаются найти, рано или поздно единственным вариантом действий становится радикализм. Я прав, потому что у меня палка.

В свою очередь, для решения проблемы мигрантов требуется признать несостоятельными целый ряд демократических принципов, еще недавно считавшихся базовыми императивами. В процессе неизбежно возникнет консолидация немецкого общества, неизбежно усиливающая общее преимущество немецкой экономики, и без того уже сильно доминирующей в Европе. Тем самым повысится и общая лидирующая роль ФРГ в ЕС, что неизбежно поставит ребром вопрос необходимости переформатирования самого Евросоюза под нормы немецкого "ордунга". Чего остальные страны Европы очень сильно боятся. Отсюда берется поддержка "здоровых демократических сил, противостоящих возрождению фашизма".

Это же стимулирует правительство Германии пытаться усидеть на двух стульях, не выражая поддержки ни одной из стороны. В противном случае социальный взрыв неизбежен.

Судя по всему, закончится это все победой "Альтернативы для Германии". Из всех нынешних политических сил ФРГ только она предлагает внятный и, как ни странно, демократический вариант канализации протестов. Кстати, еще и вполне адекватный складывающимся внешним политическим и экономическим условиям.

Вопрос лишь в том, сколько осталось терпения в самом обществе, и хватит ли этого времени для достижения AdF доминирующего уровня в правительстве и парламенте Германии. Впрочем, Европу в любом случае неизбежно ожидают глубокие перемены. В том числе, связанные с пересмотром состава Евросоюза и формата его дальнейшего существования. Разница лишь в характере и направлении процессов. Где одним из вариантов уже становится реальная гражданская война. ист