Георгий Зотов, будучи в командировке в Социалистической Республике Вьетнам, побеседовал с выпускниками советских институтов — чем именно им запомнился Советский Союз? Истории оказались захватывающими.
... Минь Лонг из города Хюэ приехал в Москву учиться на инженера в декабре 1982 года, девятнадцати лет от роду. В общежитии его сразу окрестили «Минька», а потом и «Мишка». «Первую свою стипендию я потратил на одеяла, — вспоминает он. — Господи, я и предположить не мог: оказывается, в природе бывают такие морозы, когда вода замерзает, словно камень... а потом эта же самая вода белыми хлопьями падает с неба. Три дня я совершенно не выходил на улицу, и жил в обнимку с батареей, но потом пришлось... передвигался от подъезда до подъезда короткими перебежками. Сосед по комнате из Эфиопии грустно сказал — „Готовься, брат. Это навсегда. В стране русских каждая зима проходит, как новая — привыкнуть невозможно“. Он ошибся: на следующий год я уже спокойно ходил „нараспашку“ при минус десять. Я поднаторел в войнах в общежитии в дни, когда вьетнамцы жарили селёдку, а остальные студенты из-за запаха либо убегали прочь, либо приходили выяснять отношения: но мы запирались в комнатах. Кстати, чего все возмущаются по поводу жареной селёдки? Она так правда вкуснее».
...В целом, с 1954-го (год получения независимости северной частью Вьетнама) и до 1991-го в СССР, по разным оценкам, получили образование 25-40 тысяч представителей вьетнамской молодёжи. Учились на архитекторов, врачей, офицеров — те профессии, в которых больше всего нуждалась молодая социалистическая республика. Сейчас далеко не все работают по специальности — кто-то ушёл в бизнес, кто-то — в туризм. Но с удовольствием вспоминают годы учёбы в Советском Союзе. «Я поступил на врача, затем быстро попал на практику в больницу, — рассказывает доктор Фан Тхонг. — И вот, позвали меня День медика отмечать. Прихожу, а там стоят бутылки с водкой, и ничего больше. Я говорю — чем же закусывать? Мне сообщают — держи спички. Я в ужас пришёл. Говорю — мне известно, ваши люди Гитлера победили... но чтобы вот так запросто водку спичками заедать!!! Коллеги успокоили, сказали — не-не, надо нюхать...но мне не помогло, вкус водки не отбивался. Вышел на улицу в магазин, купил чёрного хлеба... откусываю громадными кусками, стоя прямо на тротуаре, и рыдаю... думаю — как я дальше в этой стране буду жить? А потом сложилось. Я женился на русской девушке, и мы уехали во Вьетнам. Когда мне совсем грустно и гнетёт ностальгия, я прошу жену подать стопочку водки с чёрным хлебом — мы привозим его из Москвы в чемодане и держим в морозилке».
... Главное, что шокировало впервые приехавших в Союз вьетнамцев — климат, еда и отсутствие бананов. Они никак не могли взять в толк, почему бананы являются дефицитом, их непременно продают зелёными, а для созревания их следует выдерживать на батарее. Студентов потрясло, что на кухнях рассказывают анекдоты про Брежнева — во Вьетнаме многие были уверены — в СССР круглосуточно ходят колоннами под красным знаменем и хором распевают песни о своей счастливой жизни. «Я прихожу к соседу из русских в общаге и серьёзно так говорю — давай пообщаемся о Ленине, — смеётся бывший студент МГУ Ван Нгуен. — А он в ответ — мужик, ты чего, перегрелся? Давай лучше вечерком на дискотеку прогуляемся, с девчонками познакомимся. Ещё помню, в первые дни ваша кухня меня смертельно напугала. Захожу к этому соседу, а тот сидит и ест кровь из тарелки, по подбородку течёт, глаза какие-то безумные. Я едва на весь дом не закричал... а оказывается, он борщ в банке от мамы привёз — угощал потом меня, но я сил в себе есть такое багровое варево тогда не сыскал. Потом всё как-то зашло — и борщ, и сало, и пироги, и этот... странный, с консервированным лососем... а, салат „Мимоза“! И на чай у вас приглашают загадочно. Скажут — заходи, чайку попьём. А потом на столе и салаты, и колбаса нарезанная, и коньяк, и водка. Просыпаешься посреди ночи, голова с похмелья раскалывается, думаешь: да, называется, заглянул чуть-чуть на чашечку чая».
... Как ни странно, трудному русскому языку вьетнамские студенты научились достаточно быстро: уже через три-четыре месяца говорили целыми предложениями. Хотя иногда и случались курьёзы. «Я русский начал учить ещё во Вьетнаме, — улыбается 70-летний Фань Зуан. — Читал Пушкина, Толстого, Чехова. Целые страницы запоминал. Пошли в Краснодаре на танцы, я подхожу к женщине и выдаю — сударыня, соблаговолите ответить, окажете ли вы мне честь, дав своё согласие? Там не только она — хором вся площадка смеялась. Ну, я после осознал — этому языку сто пятьдесят лет, современные русские уже так не говорят. Больше всего меня поразило, как можно сказать — „козёл“ животное, плохой человек тоже „козёл“, милицейская машина „козёл“, стол на уроках физкультуры, и даже на игре в домино бывает „козёл“»! Когда во Вьетнаме говорят — «пошли козла забьём», это значит, приглашают на праздник, какое-то жертвоприношение, а у вас на партию в домино зовут. Я едва умом не тронулся, искренне думал — никогда не выучу».
... Тханг Нгуен, в 1984-1990 гг. учившийся в СССР на лётчика гражданской авиации, отмечает — разборок между приезжими из Вьетнама и советскими людьми не было. Вьетнамцев охотно угощали, приглашали в гости и обращались очень дружелюбно. Основное недопонимание случалось лишь по причине культового жарения селёдки, хотя до мордобоя всё же не доходило. «У вас крайне добрый народ, — считает Нгуен. — И весьма образованный в политике. Со мной каждый второй говорил о Вьетнаме и знал, что мы „наподдали“ американцам. Но пришлось жёстко привыкать к некоторым вашим обычаям. Меня инструктировали — если срочно нужно такси, следует обещать водителю „двойной счётчик“. На Новый год всё вымирает, и целая страна словно улетает в космос, ты не можешь никому дозвониться. А незнакомый человек, сосед по купе в поезде распаковывает чемодан еды, кормит тебя всю дорогу — и ещё обижается, если ты не ешь. Мой друг учился в ГДР и там ходил в гости со своими бутербродами в пакете — даже восточные немцы очень экономный народ и умеют считать деньги. О! Ещё меня поразила одна вещь — никто в Советском Союзе формально не верил в Бога, но все, даже члены Коммунистической партии, обязательно красили яйца на Пасху. Как такое понять?!».
... Каждый из вьетнамцев признался, что ему снится Россия. Они сильно скучают по борщу, морозам и гостеприимству. Все обязательно хотят вернуться снова. Я не удивился.
Вьетнамцы - нормальные ребята. Доброжелательные. И очень благодарны *ленцО* (именно так по вьетнамски *русский человек*) за многое, в т.ч. и за помощь в войне с США. Мне иногда тоже вновь хочется побывать во Вьете.
Хорошие были ребята. Мелкие. Их, в мой 2140 человек двенадцать влезало, не считая штук полста алюминиевых кастрюль. С каждого по рублику, от Преображенки до 3го проезда Подбельского. Эх, золотые были времена!
В общаге Геологоразведочного института в Москве в конце 80-х вьетнамцы были основными валютчиками. У них в любое время дня и ночи можно было баксы обменять. И да, селедка - это что-то!!!
Тоже думал, ну, что такого селёдка жаренная? Жарил. Очень даже неплохо на вкус и запах весьма презентабельный. Как же я дальневосточник заблуждался... Попал как то в Воронеже... такого вонизма никогда не ощущал. Селедка то разная бывает. По сортности, месяцу улова, виду. Вьетнамцы видимо разницы не чувствуют.
В Ульяновске во 2-й половине 80-х завезли много вьетнамцев на УАЗе работать. Общагу в нашем районе построили. Их зимой издалека видно было - как инкубаторские ходили в бело-коричневых клетчатых пальто и черных шапках с ушами назад. А летомив вареных джинсах и особых джинсовых бейсболках-восьмиклинках типа тюбитейки с козырьком. Фарцевали джинсами и сигаретами (дунил и ронил - dunhill и ronhill). Жарили селедку. Собирали травки на пустыре за рюмочной, где ссали алкаши и собаки. Район наш был бандитский, обижала их гопота здорово. И убийства случались. И массовые драки изредка. При этом отмечалось, что они очень боятся самодельных бомбочек, довольно безобидных в общем-то. Однажды вьетнамец под КАМАЗ попал, и вся общага устроила кипиш, разгонять который на подмогу ментам пригнали БТР из военного училища. В 90-е некоторые остались торговать на рынке. Друг сдал им квартиру на 1 этаже, а потом оказалось, что они в одной комнате откармливали свиней (!!!). Пришлось капремонт делать.
У моегто друга в 2008-ом году была швейка..работало у него человек 40 вьетнамцев. Жили они всей коммуной на первом этаже, на втором шили. Насчёт селедки - не жарили, но вот что мне запомнилось, я был прям охуевший скажем, у них в норме трахаться когда остальные обедают. Мы заходим, человек 10 обедают, а за их спиной в метре за занавесками ебутся две семьи. Поеблися, сели пожрали и пошли одеяла строчить.
У нас в общаге вьетов не было, одни нигры, да мадагаскарец один. СГАУ, 2е общежитие
Тоже без вьетов учились, зато были немцы, кубинцы и монголы. Последние были поголовно алкашей, матерились незнакомыми мне словами и кидались драться. Ссука, бить их было нельзя - деканат по работе с иностранными студентами был против (
Размещено через приложение ЯПлакалъ
... Минь Лонг из города Хюэ приехал в Москву учиться на инженера в декабре 1982 года, девятнадцати лет от роду. В общежитии его сразу окрестили «Минька», а потом и «Мишка». «Первую свою стипендию я потратил на одеяла, — вспоминает он. — Господи, я и предположить не мог: оказывается, в природе бывают такие морозы, когда вода замерзает, словно камень... а потом эта же самая вода белыми хлопьями падает с неба. Три дня я совершенно не выходил на улицу, и жил в обнимку с батареей, но потом пришлось... передвигался от подъезда до подъезда короткими перебежками. Сосед по комнате из Эфиопии грустно сказал — „Готовься, брат. Это навсегда. В стране русских каждая зима проходит, как новая — привыкнуть невозможно“. Он ошибся: на следующий год я уже спокойно ходил „нараспашку“ при минус десять. Я поднаторел в войнах в общежитии в дни, когда вьетнамцы жарили селёдку, а остальные студенты из-за запаха либо убегали прочь, либо приходили выяснять отношения: но мы запирались в комнатах. Кстати, чего все возмущаются по поводу жареной селёдки? Она так правда вкуснее».
...В целом, с 1954-го (год получения независимости северной частью Вьетнама) и до 1991-го в СССР, по разным оценкам, получили образование 25-40 тысяч представителей вьетнамской молодёжи. Учились на архитекторов, врачей, офицеров — те профессии, в которых больше всего нуждалась молодая социалистическая республика. Сейчас далеко не все работают по специальности — кто-то ушёл в бизнес, кто-то — в туризм. Но с удовольствием вспоминают годы учёбы в Советском Союзе. «Я поступил на врача, затем быстро попал на практику в больницу, — рассказывает доктор Фан Тхонг. — И вот, позвали меня День медика отмечать. Прихожу, а там стоят бутылки с водкой, и ничего больше. Я говорю — чем же закусывать? Мне сообщают — держи спички. Я в ужас пришёл. Говорю — мне известно, ваши люди Гитлера победили... но чтобы вот так запросто водку спичками заедать!!! Коллеги успокоили, сказали — не-не, надо нюхать...но мне не помогло, вкус водки не отбивался. Вышел на улицу в магазин, купил чёрного хлеба... откусываю громадными кусками, стоя прямо на тротуаре, и рыдаю... думаю — как я дальше в этой стране буду жить? А потом сложилось. Я женился на русской девушке, и мы уехали во Вьетнам. Когда мне совсем грустно и гнетёт ностальгия, я прошу жену подать стопочку водки с чёрным хлебом — мы привозим его из Москвы в чемодане и держим в морозилке».
«Вампир» с тарелкой борща
... Главное, что шокировало впервые приехавших в Союз вьетнамцев — климат, еда и отсутствие бананов. Они никак не могли взять в толк, почему бананы являются дефицитом, их непременно продают зелёными, а для созревания их следует выдерживать на батарее. Студентов потрясло, что на кухнях рассказывают анекдоты про Брежнева — во Вьетнаме многие были уверены — в СССР круглосуточно ходят колоннами под красным знаменем и хором распевают песни о своей счастливой жизни. «Я прихожу к соседу из русских в общаге и серьёзно так говорю — давай пообщаемся о Ленине, — смеётся бывший студент МГУ Ван Нгуен. — А он в ответ — мужик, ты чего, перегрелся? Давай лучше вечерком на дискотеку прогуляемся, с девчонками познакомимся. Ещё помню, в первые дни ваша кухня меня смертельно напугала. Захожу к этому соседу, а тот сидит и ест кровь из тарелки, по подбородку течёт, глаза какие-то безумные. Я едва на весь дом не закричал... а оказывается, он борщ в банке от мамы привёз — угощал потом меня, но я сил в себе есть такое багровое варево тогда не сыскал. Потом всё как-то зашло — и борщ, и сало, и пироги, и этот... странный, с консервированным лососем... а, салат „Мимоза“! И на чай у вас приглашают загадочно. Скажут — заходи, чайку попьём. А потом на столе и салаты, и колбаса нарезанная, и коньяк, и водка. Просыпаешься посреди ночи, голова с похмелья раскалывается, думаешь: да, называется, заглянул чуть-чуть на чашечку чая».
Пять вариантов козла
... Как ни странно, трудному русскому языку вьетнамские студенты научились достаточно быстро: уже через три-четыре месяца говорили целыми предложениями. Хотя иногда и случались курьёзы. «Я русский начал учить ещё во Вьетнаме, — улыбается 70-летний Фань Зуан. — Читал Пушкина, Толстого, Чехова. Целые страницы запоминал. Пошли в Краснодаре на танцы, я подхожу к женщине и выдаю — сударыня, соблаговолите ответить, окажете ли вы мне честь, дав своё согласие? Там не только она — хором вся площадка смеялась. Ну, я после осознал — этому языку сто пятьдесят лет, современные русские уже так не говорят. Больше всего меня поразило, как можно сказать — „козёл“ животное, плохой человек тоже „козёл“, милицейская машина „козёл“, стол на уроках физкультуры, и даже на игре в домино бывает „козёл“»! Когда во Вьетнаме говорят — «пошли козла забьём», это значит, приглашают на праздник, какое-то жертвоприношение, а у вас на партию в домино зовут. Я едва умом не тронулся, искренне думал — никогда не выучу».
Коммунисты и крашеные яйца
... Тханг Нгуен, в 1984-1990 гг. учившийся в СССР на лётчика гражданской авиации, отмечает — разборок между приезжими из Вьетнама и советскими людьми не было. Вьетнамцев охотно угощали, приглашали в гости и обращались очень дружелюбно. Основное недопонимание случалось лишь по причине культового жарения селёдки, хотя до мордобоя всё же не доходило. «У вас крайне добрый народ, — считает Нгуен. — И весьма образованный в политике. Со мной каждый второй говорил о Вьетнаме и знал, что мы „наподдали“ американцам. Но пришлось жёстко привыкать к некоторым вашим обычаям. Меня инструктировали — если срочно нужно такси, следует обещать водителю „двойной счётчик“. На Новый год всё вымирает, и целая страна словно улетает в космос, ты не можешь никому дозвониться. А незнакомый человек, сосед по купе в поезде распаковывает чемодан еды, кормит тебя всю дорогу — и ещё обижается, если ты не ешь. Мой друг учился в ГДР и там ходил в гости со своими бутербродами в пакете — даже восточные немцы очень экономный народ и умеют считать деньги. О! Ещё меня поразила одна вещь — никто в Советском Союзе формально не верил в Бога, но все, даже члены Коммунистической партии, обязательно красили яйца на Пасху. Как такое понять?!».
Кстати, со спичками я знаю ещё один случай с бахрейнским студентом, но уже в России. Человеку в больнице на дне рождения дали спичечный коробок, и стакан спирта. Студент впал в панику - "О Аллах, я не буду спички есть!!!".
На окраине фантьета, купаясь, пропорол ногу в воде, пошли в местный медпункт (не туристический а для местных) первое что поразило - чистота и оснащение медпункта в деревне, состоящей из одной улицы. Врач оказался русскоговорящий, учился в России на медика, молодой при этом, лет 30. Спокойно обсудили перспективы лечения, отработал как положено, повязку сделал, с собой дал все для перевязок. При этом тогда ещё там не слишком много русских туристов было, направление только осваивали. В общем как будто земляка встретил на краю земли))
Размещено через приложение ЯПлакалъ
Когда только начали к нам вьетнамцы приезжать, они всю школьную форму скупили, что на подростков размером (маленькие ростом, хуле). Ходили потом группами в этой форме, прячась друг за друга. Потом уже освоились, посмелее стали. А корейцы вообще строем ходили, все в кепках и со значками с Ким Ир Сеном. И те, и другие у нас на стройках работали. А насчет еды- да, мимо общаги вьетнамской в обеденный час лучше было не ходить.
У меня рядом с домом вьетнамская общага была. Одна тамошняя жительница рассказывала о приготовлении одного блюда: в банку положить селедку, нарезанную кусками и поставить на открытое место на солнце, чтоб мухи в нее личинки отложили. Через пару недель якобы деликатес получается
Что-то вспомнилось.. 1977 год, с мамкой поехали на Чёрное Море(понятно, что путёвку на 30% Профсоюз оплатил, хоть и не богатый был профсоюз медицинских работников).
На горе Ахун в башне толпа Вьетнамцев- мелкие такие, чуть выше меня, 13 летнего. Старенькая вьетнамка, сухонькая, сморщенная у мамки спрашивает -Син? Мамка -Сын!
Старушка вьетнамка меня по голове погладила -Син, син... И все вьетнамцы меня обступили, что-то говорят по своему и все меня по глове гладят -Син, син...
А мамка стоит громко так говорит -Мир, дружба! Заклинило мамку, в общем... Смеялись потом с ней... Эх, не к ночи, а ко дню Царствие небесное моей мамке... 20 лет нынче было, как ушла в Великое Ничто.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com