Налимы

Пролетев при поступлении в ВУЗ, перед армией, отработал сезон 1988г. В полевой партии Интинской геофизической экспедиции. Был пристроен туда помбуром по блату отцом, «корочках» оформленных задним числом отображена специальность «Помощник машиниста установки роторного бурения 2-го разряда».

Прилетел «в поле» когда сезон еще не начался, это был октябрь, первые морозы, в прибрежной полосе сковавшие реку Ижму, пессимистично описанную Солженицыным в «Архипелаге». Одним бортом со мной прибыли на практику студенты-геофизики Ухтинского индустриального института. В партии царил подготовительный период, и ИТР еще нежились в отпусках.

Студенты должны были практиковаться на сейсмостанции Прогресс 2м, ну а пока они паяли провода «косы» по вечерам пели дурными голосами в балке под гитару. Моим наставником был, ныне же почивший, бурильщик Александр Аркадьевич Дурнев, незауряднейший специалист о алкоголизму и сейсморазведке.

Ну а меня понятно прозвали «помдур». Как-то выходной, мы со студентами собирали плавник по берегу на дрова, и увидели, что под полупрозрачным льдом, стоят неподвижно рыбины, как позже выяснилось налимы. Рассказав про наблюдение Аркадичу, ковырявшемуся в своих железках, мы начали рассуждать на тему, как бы извлечь рыбу из подо льда. Делать лунку — бесполезно, плывет сразу, гарпунить тоже никак, лед сантиметров 7-8 не пробить с первого удара, со второго уплывет.

Услышав про налимов, мой шеф призадумался, потом приказал заправить «Дружбу», выдал каждому по кувалде, и мы вшестером пошли к реке. Студенты отпускали едкие шуточки насчет наших «снастей», я впрочем тоже иллюзий не питал особых. Над омутом стояли красавцы-налимы, штук восемь, каждый размером с доброе полено.

Аркадьевич, проведя рекогносцировку, изрек: «Практиканты! Сегодня вам предоставляется возможность проверить полученные знания». Потом он под наши недоуменные взгляды снял штаны, и голой задницей не делая резких движений сел прямо ад рыбиной на лед.

Посидев с минуту, он встал, и приказал: «Делайте тоже самое, только покучнее, друг к другу, и сидите пока я не приду», Подтаявший лед после ягодичного контакта был прозрачен как воздух Домбая. На рыбине можно было разглядеть мельчайшие детали. Только непререкаемый авторитет и личный пример Гуру не позволил усомниться необходимости садиться голой жопой на лед.

Выбрали каждый себе по налиму, выпучив лаза и скукожив мошонки мы уселись. Тем временем Аркадьевич ушел метров на сорок низ по течению, начал пилить майну в виде полосы длиной метров 10, и шириной с метр. Потом повыкидывав из воды лед, пришел к нам. Не знаю как другие, а я к тому времени же сказал «прости-прощай» своей простате. Встали, одели портки ждем что дальше удет.

Скептически оглядев результаты, Дурнев известил: «Теперь, по команде, синхронно, бьем кувалдой по льду, строго в районе рыбьей головы». Врезали! Лед пошел лучистыми трещинами, но никто не провалился. Опа! «мой» налим, лениво перевернувшись кверху брюхом не спеша двинулся вниз по течению, я за ним.

В проруби мы выхватили четырех тук, один мимо прошел подо льдом. Рыба была живая и прыгала. А уж мы то прыгали как! Пряча в бороде улыбку за нами наблюдал Александр Аркадьевич.
— Теперь поняли, как можно применить сейсмические знания? "
— Поняли-поняли! Только зачем жопу морозить, можно и ладонями?
— А это чтоб налим замер от удивления! Вся партия потом ад нами ржала.

А на следующий день мы изперфорировали весь лед в округе, ходить стало опасно.


© Дмитрий Васильев