Маша

Маша ничего не знала ни про чемпионат мира по футболу, ни про китайского мандарина, который то ли друг, то ли враг, совершенно не желала брать в банках потребительские кредиты и страховать имущество от оползней и цунами.

И уж вовсе не собиралась ехать, как все, в Анапу пропахшим копченой курицей и пивом «Балтика» плацкартным вагоном.
Добропорядочные граждане Марью не любили.
Особенно за странный взгляд, который, как им казалось, смотрел то ли внутрь себя, то ли сквозь них. Граждане недоумевали и раздражались, наигранно улыбались ей в лифте, днем сочиняли невероятные истории о падшей девице, а по ночам сквернословили мелом на лестничной клетке.

Но Маняша почему–то абсолютно не обижалась и проходила мимо, едва заметно улыбаясь.


Возмущенные полным отсутствием всякой реакции, те граждане взяли да и написали донос в префектуру, но тогда из домовой книги выяснилось, что Мария умерла четырнадцать с половиной лет назад.

С тех пор в подъезде прочно обосновался запах корвалола, все стали очень вежливыми и старались попасть домой до темноты.

©kirlir