Жалкие огороды русских крестьян по свидетельству очевидца.

Александр Николаевич Энгельгардт, химик и профессор, за «распространение среди студентов ненадлежащих взглядов» был в 70-х годах 19 века сослан под надзор полиции в свое родовое село Батищево в Смоленской губернии. Там он создал из плохонькой усадебки - чрезвычайно успешное фермерское хозяйство, а заодно еще и ознакомился с бытом и порядком местного крестьянства - о которых написал свои знаменитые «Письма из деревни.»
Энгельгардт пытался понять причины регулярного голода и хронической нищеты крестьян – и хотя во многом он винил и неправильно проведенную реформу освобождения крестьян из крепостничества, и произвол чиновников, но не мог не признать и того, что крестьяне в целом на земле хозяйничать не умели и не хотели, даже если речь шла об их собственных, например, огородах.

5 пикчей via

Крестьяне выращивали рожь, овес, гречиху, конопельку на пеньку – и что из этого осенью продавали, на то и жили, оставляя в хозяйстве минимум зерна для прокорма себя и живности, при этом к концу зимы уже начинали голодать и резать скот, тоже уже худой с голодухи, потому что корма нет, все равно падет. Массовый забой скота приводил к тому, что иногда мясо стоило дешевле ржи. « Прошедшей осенью у нас говядина обходилась скупщикам скота по 80 копеек за пуд, знаю даже несколько покупок по 50 копеек пуд. Между тем ржаная мука была от 1 рубля до 1 рубля 10 копеек за пуд. Мужик приводил на рынок корову, продавал ее за бесценок и на вырученные деньги покупал ржаную муку.»

При этом крестьянские огороды, которые могли бы поправить ситуацию, обеспечив и людей, и животных, хотя бы корнеплодами и квашеной снедью, - находились в полном небрежении, нередко хозяева не выращивали там вообще ничего, кроме бурьяна.

«Открытие выставки было торжественное. Молебствие совершал сам преосвященный. Публики мало. Присутствовали при открытии только начальство, распорядители выставки, которые отличались от прочих большими зелеными кокардами из шелковых ленточек - почему зелеными? потому ли, что зеленый цвет есть цвет надежды, потому ли, что сельский хозяин летом, конечно, живет среди зелени? Человек пять-шесть экспонентов, несколько учеников земледельческого училища, присланных на выставку, несколько дам, пришедших, очевидно, для молебствия. Съехавшихся на выставку из губернии сельских хозяев изображали мы двое, то есть я и Сидор: я был представителем земледельцев-помещиков (только один я во всей губернии нашелся, что поехал на выставку), Сидор представителем крестьянского сословия. Взглянув мельком на выставленные в главном здании хлеба и овощи, можно было подумать, что огородничество у нас в губернии процветает, потому что были выставлены такие тыквы, кукуруза, артишоки, капуста, -- ума помрачение! Сидора в особенности заинтересовали тыквы, когда он узнал, что их можно есть. Большие кочни капусты ему тоже понравились, потому что у крестьян на капусте обыкновенно бывает только хворост, а если и случаются кочешочки, то не больше хорошего яблока.

- Это, должно быть, огородники выводили, А. Н.?
- Разумеется.
- Ну, так. Знают эти огородники.

У наших крестьян огородничество в крайне плохом состоянии, белой капусты даже у самого зажиточного крестьянина вы не увидите, и для приготовления капусты обыкновенно употребляется свекла, зеленый капустный лист -- хворост -- и свекольник, вследствие чего капуста выходит серая. Крестьяне наши убеждены, что огородники, которые снимают огороды по господским домам и у которых отлично растут всякие овощи, потому выращивают хорошие овощи, что "знают", то есть умеют наговаривать, ворожить.»

Энгельгардт, пытаясь разобраться в ситуации и помочь крестьянам своего Батищева, в конце концов пришел к удивительному выводу –
тяжелое положение с продовольствием в деревне в том числе объясняется крайне скудным традиционным рационом, при котором крестьянин соглашается считать за «еду» только несколько привычных блюд, а на все прочее смотрит как на баловство, и хотя и может есть с голодухи непривычные блюда, но ему и в голову не придет, что ими можно питаться постоянно. Едой были – хлеб, щи, гречневая каша – всё.

Например, горох - чрезвычайно плодовитую и нетребовательную культуру - крестьяне выращивали мало, в основном для детей, поедающих зеленые стручки летом, да еще из сухого гороха пекли иногда лепешки-горошники на праздники, варили кисель, но никому не приходила в голову мысль заготовить побольше этой детской забавы и иметь на голодные недели всегда довольно гороховой похлебки с салом. Картофель смоленские крестьяне тогда только-только приучались есть, огурцов растили и солили мало, про тыквы, как мы знаем, и не слышали, репу и брюкву давно разучились толком и есть, и растить – и так далее. Плодовые кустарники и деревья тоже не были распространены, кроме редких яблонь самого дурного качества, за которыми не было никакого ухода – за ягодами ходили в лес дети и старики, и особого значения в хозяйстве ягоды тоже не имели.
Пчеловодство считалось делом колдунов, как, впрочем, и любое непривычное занятие.
И на роскошные огороды самого Энгельгардта, которые профессор обустраивал с помощью нескольких своих батраков, крестьяне смотрели как на барскую прихоть. И хотя и соглашались, что с такими-то огородами никакой голод не страшен, вовсе не стремились брать с него пример, потому что понятно же – колдует барин…