Борька жил не тужил. Планов громадьё. Работа хорошая на "железке", женился сразу после армии, дочка растёт, квартиру дали в трёхквартирном доме, отопление, правда, печное, так не беда.
Уголь Борька завозил регулярно, складывал в сарайчик, который никогда не закрывал, но поселилось у парня в голове подозрение, что соседи, с которыми он жил, которые с ним всегда вежливо здоровались, банально тырят у него топливо. Оно не жалко, привезти не проблема, но таскал он его в одиночку, а жгли, видимо, коллективно. Но не пойман, не вор... А выяснять отношения не хотелось.
В очередной раз разгрузив уголь, Борька пошептавшись с женой, уехал в командировку. А через три дня, с лопатами, дрынами и кольями его ждали соседи. Он успел пригнуться, когда над головой просвистел топор. Он легко уклонился от удара лопатой. Но бабка Марьяна достала в прыжке его скалкой. Отвлекшись на бабку, Борька пропустил удар соседа. Уже связанного, с табличкой на шее "Вредитель" его повели по квартирам соседей.
Там его глазам открылись страшные виды. У Бабки Марьяны некогда белая стена возле печки превратилась в закопченное сооружение. У Михалыча печка напоминала подбитый немецкий танк, сожженный в неравном бою советскими танкистами. Закопченная конструкция съёжилась и перекособочилась. Заслонка почти отвалилась и повисла на одной заклепке, от чего печь приняла вид залихватский, и слегка напоминала сумасшедшего.
Борька ржал, как придурошный. Бабка Марьяна ревела, Михалыч все время приговаривал : "И насрали в патефон"
Соседи грозно спрашивали - Ты почему нам не сказал, что вместо угля кокс привёз?! Его ж чуть-чуть надо. У нас печи поплавились. Температура горения другая. Ты почему не сказал - орал Михалыч. - Граждане - хохотал Борька - Вы у меня уголь тырили, и теперь возмущаетесь, что не то привёз?!
Вспомнилась байка про яжемать, которая пришла к соседу и требовала, что бы тот оплатил интернет, который он раздавал бесплатно по вафле, ибо етой ТП надо смотреть дом 2 а он сука не платит за инет.
да нифига не котолампово. у меня знакомый в коттедже живет в частном секторе. привез угля, тот не очень хорошего качества оказался. ну он и привез кокса, чтоб с углем мешать. очень быстро кучка кокса поубавилась - соседи маргиналы кругом, тырят прямо со двора. а через недельку он злорадно наблюдам соседей, идущих с новыми колосниками и верхними плитами с печей!
У нас в деревне сосед порох в поленья пихал что бы не пиздили. В один прекрасный момент сам же в топку и бросил такое полено. Въебало знатно. Благо пожарники быстро приехали и потушили.
У родителей друга дача была рядом с хранилищем угля ТЭЦ. Вот как то зимой решили у него в бане попарится. Сопляки 18 летние, ума то нет ещё. Набрали угля мешок, дровами растопились и пару вёдер угля туда.
В общем тушили баню пожарные с ПЧ этой ТЭЦ. Весело было.
Это сообщение отредактировал Foxliar - 17 июл 2019 в 11:13
читал или кто то говорил, что кокс просто так не подожжешь а еще байку читал, как мужик заебался дрова пилить-колоть для всех соседей и в крутил в пару полен холостые охотничьи пару печей разъебало и все устаканилось
Зощенко - Дрова И не раз и не два вспоминаю святые слова – дрова. А. Блок
Это подлинное происшествие случилось на Рождестве. Газеты мелким шрифтом в отделе происшествий отметили, что случилось это там-то и тогда-то.
А я человек нервный и любопытный. Я не удовлетворился сухими газетными строчками. Я побежал по адресу, нашел виновника происшествия, втерся к нему в доверие и попросил подробнее осветить всю эту историю.
За бутылкой пива эта история была освещена.
Читатель – существо недоверчивое. Подумает: до чего складно врет человек.
А я не вру, читатель. Я и сейчас могу, читатель, посмотреть в ясные твои очи и сказать: «Не вру». И вообще я никогда не вру и писать стараюсь без выдумки. Фантазией я не отличаюсь. И не люблю поэтому растрачивать драгоценные свои жизненные соки на какую-то несуществующую выдумку. Я знаю, дорогой читатель, что жизнь много важнее литературы.
Итак, извольте слушать почти святочный рассказ.
– Дрова, – сказал мой собеседник, – дело драгоценное. Особенно, когда снег выпадет да морозец ударит, так лучше дров ничего на свете не сыскать.
Дрова даже можно на именины дарить.
Лизавете Игнатьевне, золовке моей, я в день рождения подарил вязанку дров. А Петр Семеныч, супруг ейный, человек горячий и вспыльчивый, в конце вечеринки ударил меня, сукин сын, поленом по голове.
– Это, – говорит, – не девятнадцатый год, чтоб дрова преподнесть.
Но, несмотря на это, мнения своего насчет дров я не изменил. Дрова дело драгоценное и святое.
И даже когда проходишь по улице мимо, скажем, забора, а мороз пощипывает, то невольно похлопываешь по деревянному забору.
А вор на дрова идет специальный. Карманник против него мелкая социальная плотва.
Дровяной вор человек отчаянный. И враз его никогда на учет не возьмешь.
А поймали мы вора случайно.
Дрова были во дворе складены. И стали те общественные дрова пропадать. Каждый день три-четыре полена недочет.
А с четвертого номера Серега Пестриков наибольше колбасится.
– Караулить, – говорит, – братишки, требуется. Иначе, говорит, никаким каком вора не возьмешь.
Согласился народ. Стали караулить. Караулим по очереди, а дрова пропадают.
И проходит месяц. И заявляется ко мне племянник мой, Мишка Власов.
– Я, – говорит, – дядя, как вам известно, состою в союзе химиков. И могу вам на родственных началах по пустяковой цене динамитный патрон всучить. А вы, говорит, заложите патрон в полено и ждите. Мы, говорит, петрозаводские, у себя дома завсегда так делаем, и воры оттого пужаются и красть остерегаются. Средство, говорит, богатое.
– Неси, – говорю, – курицын сын. Сегодня заложим.
Приносит.
Выдолбил я лодочку в полене, заложил патрон. Замуровал. И небрежно кинул полешко на дрова. И жду: что будет.
Вечером произошел в доме взрыв.
Народ смертельно испугался – думает черт знает что, а я-то знаю и племянник Мишка знает, в чем тут запятая. А запятая – патрон взорвал в четвертом номере, в печке у Сереги Пестрикова.
Ничего я на это Сереге Пестрикову не сказал, только с грустью посмотрел на его подлое лицо и на расстроенную квартиру, и на груды кирпича заместо печи, и на сломанные двери – и молча вышел.
Жертв была одна. Серегин жилец – инвалид Гусев – помер с испугу. Его кирпичом по балде звездануло.
А сам Серега Пестриков и его преподобная мамаша и сейчас живут на развалинах. И всей семейкой с нового году предстанут перед судом за кражу и дров пропажу.
И только одно обидно и досадно, что теперича Мишка Власов приписывает, сукин сын, себе все лавры.
Но я на суде скажу, какие же, скажу, его лавры, если я и полено долбил и патрон закладывал?
Чота гонит Сергей Серёгин:))). Я кокс каждый день жгу у себя в кузнице. Так вот он без принудительного поддува не горит. Совсем.Вот антрацит да, и горит без поддува, и температуру разгоняет, что колосники текут.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
Так им и надо ворюгам!
yaplakal.com