Наши в Финляндии

Все истории не художественный вымысел и имели место в действительности, имена героев изменены, так что если кто узнал себя - не признавайтесь)

Историй несколько, пока напишу две, если вызовут живой отклик - напишу ещё.

История первая.
Не шутите с эстонцами...

Кто часто ездит через пропускной пункт Торфяновка, тот знает, что у финнов на посту периодически работает смена пограничников из Эстонии. Уж кто знает, по обмену ли, по контракту или по зову сердца, но факт остаётся им же. Русских они не любят особенно сильно и эта нелюбовь, надо сказать, взаимная.

И вот одним поздним вечером наш соотечественник Василий, отвезя людей в Хельсинки, возвращался на любимую Родину. Как говорил классик, смеркалось. Автострада была пустая и Василий, включив дальний свет, спокойно двигался в сторону границы под убаюкивающий напев Сектора Газа. Вдруг на дороге возник силуэт и замер, подняв уши. На Василия стеклянным взглядом смотрел заяц, ослепленный дальним светом, и не шевелился. "Каренин, блядь" - мелькнула последняя мысль в голове Василия и раздался глухой звук удара в бампер.

Съехав на обочину, Василий вышел из машины и осмотрел бампер своей белой Шкоды. Тот был местами треснут и в этих местах особенно зловеще смотрелась кровь и что-то еще. Не желая быть дорожным патологоанатомом, Василий сел обратно за руль. Настроение было ни к черту: финнам можно было предъявить разбитый бампер (по их не совершенным законам государство в ответе за диких зверей и возмещает ущерб, нанесённый ими), но это вызывать полицию, оформлять, объяснять, проще было за свой счет сделать бампер уже в Питере, тем более что опыт уже был, заяц был у бампера не первым, до него был лев, то есть Пежо.

Заведя мотор, Василий потихоньку поехал дальше в сторону границы. Прибыв на пропускной пункт с распевучим названием Ваалимаа, Василий заметил пограничника, пристально рассматривающего его машину. Общаться с ним не было ни сил, ни желания, поэтому Василий уже собрался пройти на паспортный контроль, но тут его остановил вполне логичный вопрос "Чтоо у вас случилоось?", заданный земляком Урмаса Отта и Анне Вески, с удивлением глядевшим на окровавленный бампер васильевской машины.

Жизненный опыт Василия говорил ему, что лучшим способом расположить к себе собеседника является удачная шутка. Как назло, никаких уместных шуток в голову не приходило и тут на помощь пришла она...смекалка. "Эстонца сбил" - выпалил Василий и криво усмехнулся, как ему казалось, усиливая эффект шутки. Эстонец (это всё-таки был он) переливался всеми цветами ЛГБТ-флага, после чего сухо произнёс "ваш пааспорт, поожалуйста" и добил контрольным "ждите здесь". Через 10 минут Василий получил свой паспорт с перечекнутой визой и пожеланием побыстрее покинуть территорию пункта. Всем друзьям Василий потом жаловался на полное отсутствие чувства юмора у эстонцев, которое он, Василий, был вынужден компенсировать своим.

История вторая. Маркиз Карабас-Барабас...

У многих петербуржцев, сумевших сколотить какой-никакой капитал, всегда есть мечта о домике в деревне, особенно если эта деревня...финская. Лично мне всегда была непонятна эта тяга, хочется тишины и покоя - арендуй этот домик на короткий или долгий срок, выйдет все равно дешевле. Но нет, для наших людей недвижимость, особенно за границей- это надёжность даже не уровня ААА, это оплот и тыл. Это уже потом, при попытке продать этот тыл, наши сограждане понимают как вляпались, ибо оказывается, что этот тыл за такие деньги нужен был только им.
Это была прелюдия. Теперь, собственно, людия. Один петербуржец Дима, сумевший открыть и раскрутить несколько неплохих ресторанов, в какой-то момент понял, что может позволить себе осуществить стародавнюю петербургскую мечту. После недолгих поисков был найден домик в живописной финской деревеньке с труднопроизносимым и нереальнозапомнить названием. К домику прилагалась немаленькая территория земли и...о боже...прудик. Самый настоящий, с рыбками. Решение было принято мгновенно и вот уже не Дима, а целый Дмитрий становится финским латифундистом.
Прибыв в свои владения, Дима был приятно удивлён гостеприимности своих соседей, они все стремились с ним познакомиться и засвидетельствовать свою вечную дружбу. Причина была, как оказалось, прозаична: по финским законам, прудик находился на диминой территории и чтобы иметь возможность в нём закинуть удочки, нужно было получить письменное димино дозволение. Это вам не в родной стране, где если нет забора - то всё, извините, общее. Растрогавшись, Дима подмахнул всем соседям бумажки и на радостях они ещё все вместе подмахнули тем же вечером.
Жизнь текла, зима сменяла лето, а лето - зиму, и вот как-то Дима, задумавшись о таких метаморфозах, не заметил, как превысил скорость аж на 40 кмч, за что был остановлен финскими полицейскими. Поскольку там предлагать взятку - это предлагать себе реальный срок, Дима смиренно дождался немаленького штрафа и поехал философствовать дальше.
Как мы уже поняли, зима сменяла лето, а одна виза - другую. И вот, подав на очередную финскую визу, наш герой получает отказ. Будучи в шоке, Дима записывается на приём к консулу, показывает бумаги на недвижимость, фотографии пьянок с финскими соседями, но консул неумолим: за неуважение к финским законам, выразившееся в столь циничном нарушении, и т.д и т.п.
От такого горя Дима начинает прибухивать, уже без столь милых его сердцу чухонцев, ностальгируя по домику и прудику, как ему приходит письмо из той самой финской деревеньки. В нём соседи справляются о здоровье Димы, не случилось ли чего, давно не видели, скучают и переживают. И между делом интересуются разрешением на рыбалку в прудике, ибо срок того как раз истёк, а без него нельзя.
В ответном письме Дима сообщил, что Финляндия из дружественного государства превратилось во весьма враждебное по отношению к нему, Дмитрию, отказав во въезде, а посему разрешения рыбачить дать не может, потому как в той заповеди еще было сказано: и в горе и в радости надо быть вместе. И поскольку у Димы горе, то соседи тоже должны пострадать вместе с ним.
Надо отдать должное, соседи были понятливые: они составили петицию от всех жителей деревни в финский МИД, в котором указали, что Дима является полноправным жителем их деревеньки, что без него и атмосфера не та, и пьётся не так душевно. Ну и про прудик между делом указали. Были настойчивы в своих обращениях. И свершилось: в виде исключения Диме выдали визу, обязав соседей взять Диму на поруки. Что те с удовольствием выполнили при первом же возвращении латифундиста. Как там дальше у них сложилось, я не знаю. Но в прудике рыбачить разрешил...