В 1850 году они прибыли в Нью-Йорк. Там у господина Мандельбаума дела пошли еще хуже. А к тому времени Фредерика уже родила сына.
— Вез мир, милый бог! — воскликнула Фредерика. — И этому жалкому поцу я отдала лучшие годы своей жизни! Но нихуя: у меня таки есть впереди лучших лет. Потрачу их с пользой.
И пошла на панель. Она была маленькой, хрупкой и изящной — всего полтора метра ростом. Имела большой успех у клиентов. В семью пришло благосостояние. Так Фредерика содержала семью несколько лет. Между делом родила еще двух дочерей.
— А дочки-то от меня? — спрашивал иной раз муж.
— Почему бы нет? — загадочно отвечала Фредерика. — Ты же можешь делать мне беременную голову. Значит, можешь сделать и беременный живот. Покушай лучше курочку.
Супруг успокаивался, и продолжал торговать старьем. Но после двух родов Фредерика вдруг заметила, что при росте 150 см стала весить 140 кг.
— Ой вей, — сказала Фредерика. — Такой богатый тухес заслуживает лучшего обращения.
И призадумалась, чем бы заняться. Ответ нашелся сам собой.
— Что-то дела идут не очень, — в очередной раз пожаловался муж. — Старье никому не нужно.
— Потому что торговать нужно новьем, шлимазл ты этакий. Ладно, что с тобой делать, кушай курочку, — ответила Фредерика.
И наладила перепродажу краденого. Через скупку супруга вышла на мелких воров и грабителей, скупала все, что можно было продать. Потом сумела выйти на воров покрупнее. Дела пошли так заебато, что Фредерика купила большой магазин в центре Нью-Йорка. Там она хранила краденые товары, и там же их сбывала. Здание и бизнес были оформлены на супруга.
— Так у меня теперь большое дело! — радовался муж.
— Конечно, — отвечала Фредерика.
— А как же им управлять? Я таки должен что-то делать?
— Ой, пусть тебя не волнует этих глупостей! Покушай лучше курочку.
Супруг кушал курочку, а Фредерика рулила большими делами. Наладила связи в высших кругах, щедро платила полиции. Сам глава полиции города Джордж Воллинг говорил:
— Миссис Мандельбаум — замечательный человек, настолько же увлеченный своим бизнесом, как любой биржевой брокер с Уолл-Стрит.
— А как же скупка краденого? — заикались иной раз наивные горожане.
— Ой, да бросьте, хуйня какая, — отвечал Воллинг. — Главное ведь, чтобы человек был хороший.
Еврейская община Нью-Йорка тоже очень любила Фредерику. Она умела в галантное обхождение, регулярно посещала синагогу и хорошо кушала в гостях.
Больше всего Фредерика любила торговать предметами роскоши. Скупала и продавала ворованные меха, бриллианты, дорогие шелка, приговаривая:
— Шикарным женщинам нужен шикарный шик.
И питала слабость к дорогой мебели, ее дом был уставлен раритетными креслами, потому что богатому тухесу нужно богатое сиденье.
Влияние Фредерики выросло настолько, что она стала финансировать и планировать ограбления банков, налеты на поезда, шантаж высокопоставленных персон. А еще задумалась о кадрах, которые, как известно, решают все. В те годы Нью-Йорк кишел беспризорниками. Фредерика подбирала их с улиц, и обучала ремеслу.
— Я таки открою свой Хогвартс с блэк-джеком и шлюхами, — решила она.
И открыла школу воровства. Там детей обучали всяким волшебным штукам, делая из них карманников, взломщиков и воров. Самых способных Фредерика брала на работу. Молодые воры прозвали ее Мамаша Мандельбаум.
— А как же нравственность? — уныло задумывался муж.
— Ой, я вас умоляю, — ухмыльнулась Фредерика. — Кому я делаю плохо? Детишки сыты, и при деле. А ты покушай курочку.
Супруг продолжал кушать курочку, а Фредерика обучала не только парней, но и девушек.
— Чем гнуть спину горничными или надеяться на мужа, делайте свой маленький дамский гешефт, — говорила она, и готовила грабительниц, хипесниц, шантажисток.
Школу мамаши Мандельбаум окончили и ее две дочери. Все они делали свой маленький дамский гешефт, при этом обогащая и мамашу.
К 1884 году маленький дамский гешефт Мамаши Мандельбаум составлял примерно около 5 миллионов долларов. Так что она воплотила как минимум 5 великих американских мечт.
Но тут в округе Нью-Йорк сменились прокурор и начальник полиции. Они наняли агентство Пинкертона для расследования деятельности Мамаши. Хитровыебанные сыщики подсунули даме меченый отрез шелка, сказав, что он краденый. С этого и началось следствие по делу Мамаши.
Государственная машина работала медленно, но верно.
— А зохен вей! — сказала Мамаша Мандельбаум. — Похоже, пиздец моему гешефту.
Ее арестовали, но выпустили под залог, потому что весь бизнес был оформлен на мужа.
— Что же делать? — испугался супруг.
— Кушай курочку.
Мамаша Мандельбаум сбежала в Канаду, прихватив с собой около миллиона долларов и хорошую горстку бриллиантов. О судьбе супруга и детей ничего неизвестно. Фредерика Мандельбаум была богатой женщиной, но ужасно тосковала по своему бизнесу. Говорят, приезжала в Нью-Йорк инкогнито, ходила по памятным местам, и плакала.
Умерла она в 1894 году. Вероятно, от тоски по делу и невозможности делать свой маленький дамский гешефт. )))
(С) Диана Удовиченко
yaplakal.com