Турист

Турист из меня очень хуёвый. Вообще полное говно. И убедился я в этом лично и на собственном примере. Однажды я пошел в поход.

У каждого человека есть такой ебанутый друг, который умеет одной рукой ставить палатку, другой варить уху из мокриц и мухоморов в котелке, который висит на его половом хуе. При этом он одновременно выясняет направление ветра, собирает валежник и ставит капкан на белого медведя.
Этакий человек- экстрим. Человек- Чунгачгук. Этакий Фёдор Конюхов на минималках. Его жизнь это курс по выживанию. Битва с тундрой и барханами, блядь.

Нахуя это ему надо никто не знает. Он живет в благоустроенной квартире с унитазом и паровым отоплением, но его зовет неизвестность, желание подтереться кирпичом и сожрать гусеницу, потому что в ней дохуя белка.
Кстати о белках. Белку он тоже может сожрать.

У него возникает уверенная эрекция от счастья, если ему удается построить шалаш для ночлега из говна и палок или спастись от дождя в туловище мёртвой лошади.

Такой друг был и у меня.
-Ты должен пойти в поход. Это путь самурая. Это путь мужчины- говорил он мне- Там ждет тебя зелёное море тайги и изгиб гитары желтой. Там ждут тебя закаты и рассветы. Там ждет тебя кедровая романтика и кристальный воздух. А ещё водка. Ты мужик или хуй пойми?
Надо сказать, что "на мужика" раньше меня частенько ловили и подбивали на всякие подозрительные мероприятия. Сейчас я на это не ведусь.
И вот я, пойманный на этот пиар, пошёл.
Когда мы, пройдя сквозь ебаный бурелом и срань господню миллионпиццот километров, пришли к месту ночлега, я был похож на пленного фашиста, которого очень долго гнали от Сталинграда до Берлина без остановок на перекур и питание.

-Ну, наконец-то, блядь!- заорал я- Зачем? Скажи мне зачем, мы пришлю в такие дичайшие ебеня спать? Мы ведь могли спать дома. Или если уж тебе так хочется, в лесу, но поближе к городу!Давай скорее спать! Я на хую вертел твою кедровую романтику, потому что я не чувствую ног. И рук. И ничего не чувствую. Ты долбанный маньяк.

-Это с непривычки- снисходительно сказал он мне- Это пройдёт.
Но нет. Не прошло. Более того, произошло еще много неинтересных событий, которые я увязываю в один логический узел: "ебаляваштуризм".
Сначала меня за жопу укусил муравей. Казалось бы не велика печаль.Но тут даже муравьи были не обычные, а какие-то особенно злые. Боль была адская, как будто вас за жопу укусила лошадь.

Потом на меня разлили суп. Потом я сел на вилку. Потом я пошел спать, но не смотря на свирепую усталость, сначала я не мог уснуть из-за того, что друг пел свои песни под гитару некрасивой тёлке, которую он взял с собой.
Пел он настолько ужасно, что окрестные медведи не сожрали нас только потому, что у них из ушей пошла кровь, а потом пошла кровь из глаз, когда они увидели его тёлку, и они убежали подальше от этого проклятого места.
А потом, когда он охрип и увел свое исчадие ада в палатку ебать, я не смог уснуть из-за миллиардов комаров, которые жрали плоть мою и пили кровь мою.
Потом вернулся мой друг, предложив намазаться чем-то от комаров. Это что-то сделано из иприта, потому что от вони у меня резало глаза и слезала кожа. Хуй с ним, пусть уж лучше комары, подумал я и впал в забытье.
Мне снились кошмары, и мне кажется, уже тогда я заработал свой первый седой волос.

Утром я встал и пошел умываться на озеро. Как Крошка Енот, блядь,я увидел того, кто сидит в пруду, то бишь свое отражение и получил микроинфаркт. На меня смотрел я. Вернее то, во что я превратился. Человек с опухшей рожей и грустными глазами. Грустнее моих глаз не было в мире. И даже глаза главного раввина Израиля были грустнее процентов на пятнадцать. Если бы вы посмотрели фильм про Хатико шестьсот пятьдесят раз, вы были бы немного веселее, чем я.
Поэтому я послал нахуй этот изгиб гитары жёлтой и больше никогда не ходил в поход. А вы говорите, романтика блядь. Мошка гнус. Шашлыки из белки. Говно лося.
Пойду на диване полежу. По ходу за карантин заработаю пролежни.

©
Александр Гутин