Будни венеролога: Вошки и борода

Мирка трудится на ниве лечения половых заболеваний уже много лет. Стрижет, так сказать, купоны с гонококков и хламидий. Человек она циничный и непрошибаемый, как большинство венерологов, и никогда не читает пациентам морали.

Девочек вообще лечит со всей возможной деликатностью. У нее наглые малолетки вдруг становятся просто испуганными детьми, которые вместо злобных комментариев: «Что ж ты трахаешься с кем попало!» получают спокойную констатацию заболевания и слова утешения.

Если, как говорил д-р Хаус, «Все врут!», то доктору Мире врут постоянно и самозабвенно, регулярно забывая, что врали в прошлый раз. Гонорею цепляют от взгляда, хламидиоз от прикосновения. Сифилис – это последствие купания в ванне или пользования общественным унитазом. А эпиданамнез Мирке требуется, ибо заболевание заразное. А больной думает только о том, что все, кто узнает, будут ему вслед орать: «Сифилитик пошел!» А Машка, Дашка и Пашка, с которыми он имел половые контакты, так вообще убьют.



И врет, что в голову придет. Врач в таком случае тяжело вздыхает и помогает придумать подходящую ложь. Чтобы жена башку не открутила и на прием пришла. Для лечения кожного заболевания - ассимилированного чешуйчатого псевдомондоза! Не гуглите диагноз. Псевдомондоз чешуйчатый напротив жены на диване храпит. А вот гонорею или хлам, а уж тем более сифилис лечить надо у обоих (троих, четверых, сотенки-другой) партнеров. Иначе – опять позаражаются. Вот и пробирается Мирка через дебри лжи со всей возможной деликатностью.

Но что Мирка терпеть не может – это лицемерие. Когда тетя (чаще всего это именно тети), начинает орать, что все вокруг бляди, мужики – козлы, и только она стоит в белом пальто и твердых шанкрах, которые ей врач нарисовал фломастером, Мирка становится группенфюрером Мюллером. И проводит эпидрасследование так, что гестапо от зависти плачет.

Пришла к Мирке тетя в длинной юбке и платке. Посмотрела на докторицу прозрачным взглядом. И начала…
- У вас имя такое красивое, как священное миро! Я специально к вам пришла! Я вчера была, но тут мужчина был, а я воцерковленная, мне нельзя к мужчине! И что это за блудодейство – разрешать мужчинам осматривать женщин… там!



У Миры с представителями концессий свои счеты, после того как ее чуть абрек не зарезал, у которого в заду нашли… ну, короче, нашли. Так что ее внутренний Мюллер вылупился уже с начала приема.
- На что жалуетесь?
Тетка начала долго рассказывать, что работает в церкви, и что прихожане бывают разные, и что заразили ее «бельевыми вшами». И чешется у нее в паху так, что сил нет. Хозяйственное мыло не помогает.
- Конкретно в паху? Голова, другие части тела?
- Нет, только там… Мужчине это место показывать – срам какой! А вот вчера мужчина был…
- Женщина, врач существо бесполое. А вши в христианстве вообще божьими жемчужинами назвались, ибо подвергали людей страстотерпию. Но мы с вами люди современные, так что показывайте мне место ваших страданий.

Немного припухшая от знаний Мирки смиренница спустила штаны. На коже виднелись следы укусов. В паху, в зарослях лобковых волос, висели гниды. Мирка их посветила лампой чисто из любопытства. Редкая это нынче живность, при повальной моде на интимные стрижки и депиляцию.
- У Тимошки есть картошка, а у Прошки мандавошки. Он отдался за картошку, поделился мандавошкой. – напела про себя Мирка. И продолжила вслух:
- Поскольку есть яйца, то есть гниды, волосы хорошо бы сбрить. Белье перестирать в очень горячей воде, по возможности прокипятить. И помазать кожу лосьоном. Не попадая на слизистые.

- Как это сбрить? – у тети глаза из прозрачно серых стали кроваво-красными. – Я это непотребство делать не буду! Грешно это! Я не блудница! Это только проститутки там бреются! Как вы вообще смели мне такое предложить?
- Хм… - Мирка вспомнила пути заражения лобковым педикулезом и преисполнилась скепсиса по поводу «не блудницы». - Тогда будем выяснять, как заразились. Вы имеете дело со старой одеждой? Носите чужую пожертвованную одежду, юбки?
- Нет! Только свое! Сама покупаю!
- Может, мерили что-то? Брюки, трусы?
- Нет, конечно! Брюки я не ношу! Трусы не меряю, а покупаю и стираю! В горячей воде!
- Спали где-нибудь в гостинице? Пользовались чужими полотенцами, давали свои?
- Я дома живу! Одна!
- Половой жизнью живете?
- Я девство соблюдаю!
Тут уже Мирка подзависла. Тетка выглядела как типичная разведенка. Даже, скорее, брошенка.

- Вы девственница?
- Девство не есть девственность! Я блюду чистоту помыслов!
- Ладно, давайте проще – когда был последний половой контакт?
- Давно!
- Неделю, месяц, год?
- Год! С бывшим мужем!
- Вы в разводе?
- Муж был от лукавого! В церковь меня не пускал! Мясо готовить в пост заставлял!
- Ладно, это не мое дело. Лобковые вши передаются через нательное и постельное белье, полотенца, половые контакты.
- Вот я и говорю – в церкви убогие заразили!
- Вы носили их одежду? – Мирка пошла по второму кругу.
- Нет! Но они на лавках сидят, на полу стоят.
- Сударыня, это лобковые вши! Они через пол и стул не передаются! Они на голове не живут и в одежде тоже! Только в лобковых волосах, еще на бровях и ресницах иногда. У мужчин на бороде.

Тут тетенька вдруг покраснела аки свекла.
- На бороде? – проблеяла она.
- Да, еще на волосах в груди и подмышках.
- Выписывайте лосон! – рявкнула тетя. – Дальше сама разберусь! Устроили тут бардак! Жаловаться буду! Главврачу!
- Это всегда пожалуйста. Кабинет на втором этаже. Главврач у нас тот мужчина, которого вы блудодеем обозвали.

Тетка выхватила назначение и хлопнула дверью. А Мирка задумалась про бороды и пути заражения. Испорченное воображение нарисовало ей попа с роскошной бородой, в которой строем гуляют мандавошки.
- Да нет, не может быть! – сказала она сама себе. – Хотя… почему не может? Если с чистыми помыслами… Надо было ей еще шампунь выписать – бороду лосьоном мазать неудобно.

@BarsovaEva