Отмена кошерного забоя - нож в спину евреям Европы.

После того как Европейский суд дал зеленый свет запрету кошерного забоя, посол Израиля в Бельгии назвал это катастрофой и ударом по еврейской жизни. Главный рав Бельгии высказался о дискриминации с антисемитским душком. Глава Европейского еврейского конгресса Моше Кантор пообещал бороться с вердиктом. Глава ассоциации бельгийских евреев Менахем Марголин в очередной раз опроверг предпосылку о жестокости кошерного забоя.

Сколько же раз история будет повторяться? С кем вы говорите? О чем вы говорите? Неужели вы думаете, что они и вправду пекутся о животных? Если же вы понимаете, что это не так, к чему оправдания и негодование?

Антисемитизм был, есть и будет. Его могут объявлять вне закона, но он живет в сердцах и растет вместе с человеческим эгоизмом. Его не искоренишь ни резонами, ни призывами, он первичен, и чтобы справиться с ним, надо докопаться до его сути. Люди инстинктивно ощущают вину евреев, и чем хуже идут дела, тем сильнее это неизбывное чувство. Так повелось издревле, и ничего нового здесь нет.

Еврейский народ испокон веков, с момента своего “зачатия” был противопоставлен вектору общего развития и на протяжении истории боролся за единство каким оно должно быть. Все наши взлеты и падения, победы и поражения – это тернистый путь к доброй взаимосвязи вопреки торжествующему разобщению.

И хотя вот уже две тысячи лет мы лежим в забытьи, в отрыве от своих корней, но народы не забыли. Невозможно забыть о том, что не отпускает. Их ненависть не угасла, пускай они и не понимают ее причин.

Но мы-то должны, наконец, понять. Ведь без этого у нас нет будущего. Без этого костер под нами можно легко разжечь одной спичкой. Да, времена изменились, но люди – нет.

Современное антиеврейское законодательство ЕС в высшей степени естественно. Давайте перестанем недоумевать и возмущаться. Европейцы “поджарили” нас в прошлом веке, но разве тогда они были бóльшими варварами, чем сейчас? Вовсе нет. Просто внутренне они вообще не хотят принимать нас как народ, имеющий право на существование в мире. В их глазах мы не заслуживаем даже элементарной справедливости.

И если мы хотим говорить с ними по существу, то должны послать свой сигнал. Сигнал о том, что мы проснулись и готовы на своем примере показать им путь к единству. На самом деле это единственное, что им от нас нужно.

Если же мы и дальше будем тянуть время, они примут новые законы – тотально запретят еврейскую жизнь как не соответствующую европейским ценностям. Брит-мила – порча детей, праздники – пропаганда расизма, неполиткорректности женоненавистничества и мало ли чего еще, а наши традиции – это, вообще, набор тяжелейших предрассудков…

“Но как же так? – вопрошаем мы. – Ведь во многом это коснется и мусульман. Вот и халяльный забой тоже оказался под ударом…”

Пожалуйста, давайте без иллюзий и самообмана. “Гостям” с Ближнего Востока они распростерли объятия, а нас спокойно обрекли на Эвианской конференции. Линия гибка: когда дело доходит до евреев, можно пойти как бы и против мусульман. Этого требует сама человеческая природа.

Вот почему в решении Европейского суда так мало логики. Он признает ограничение вероисповедания, но оправдывает это “справедливым балансом”. Он заботится об умертвляемых животных, но только в частном случае, имеющем явно “еврейский характер”. Он приводит оруэлловские доводы, которые лишь подчеркивают бедовость и безосновательность вердикта.

Мы еще увидим, что халялю дозволено то, что не дозволено кашруту. Мы еще увидим, как евреям раздают медали за освобождение Европы от себя. А потом оставшиеся, вконец непоколебимые, попадут уже под другую раздачу…

Раньше в таких ситуациях у нас было два варианта: куда угодно или на кладбище. Теперь добавился третий вариант – Израиль. Но для европейских евреев он неактуален. Во всяком случае, пока.

Главная же загвоздка в том, что они все еще не понимают ни причин, ни последствий происходящего. В голове у них туман, скрывающий угрозы, заглушающий скрежет ножей, которые уже начали точить. Они не сознают того, что европейский период завершен, а американский завершается. Они не замечают, не желают замечать, что в глобальном мире еврею некуда деться. На Мадагаскаре и в Уганде уже нет мест. Для нас нет.

Я не знаю, как достучаться, как пробить эту скорлупу непоколебимой глупости, прежде чем ее пробьет настоящая беда.

Да, мы на редкость упрямый народ. Мы умеем стоять на своем. Но поймите: это вовсе не наше! Наше – это единство над всеми различиями. Все остальное ведет нас к погибели.

©Михаил Лайтман