Путин объявил войну в Интернете

На неделе мы узнали, что посадить президента страны в тюрьму – это не страшно.

Вы, конечно, проверьте сами, вдруг меня глаза подводят, но вроде Франция все еще на месте. Не расплескалась весенним ручьем по карте Европы на отдельные княжества, не утонула в кровавой каше междоусобицы. Это самая удивительная новость недели: оказывается, экс-президента страны можно посадить в тюрьму за коррупцию. И ничего страшного не случится. А у нас вот экс-президент на свободе юбилей справил… Действующий президент объявил войну в Интернете, весна все же – время давить букашек. Губернаторы увлеклись самобичеванием, а Ксению Собчак родная мать записала в ряды бомжей.

Еще десять лет назад «арабская весна» показала, что Интернет в целом и соцсети в частности – это новый булыжник в руках «пролетариата». Прагматичные европейцы сообразили это довольно быстро и принялись затачивать свое законодательство под регулирование соцсетей. Потом дошло и до нас. Но у нас же как? В любой непонятной ситуации бери топор. И бей своих, чтобы чужие боялись.

Так и пошло: то закон Яровой, то суверенный рубильник для Интернета. Только поспевай соображать, подписано ли «иностранный агент» к ссылке на соцопрос «окрошка на кефире или на квасе» или «признано экстремистским» к словосочетанию, в котором есть слова «русский» или «православие».

Вот сейчас Владимир Владимирович всю неделю посвятил неправомерному контенту в соцсетях. На коллегии МВД заявил о «хорьковых целях» сетевых негодяев, позже мысль развил:

«Ублюдок такой там сидит, понимаете, букашка, раздавить его не жалко... Как только полиция зашла, в штаны наложил в прямом смысле этого слова».

Это Путин говорил о тех, кто подталкивает детей к суициду. И здесь-то все ясно как белый день, и можно понять эмоциональность. Но не только о них. Сотрудникам МВД он дал расширенное толкование:

«Необходимо совместно с коллегами из других ведомств вести мониторинг интернет-пространства, активнее выявлять в Сети тех, кто втягивает несовершеннолетних в противоправные действия». И, безусловно, то, что «несовершеннолетних втягивают и в незаконные несанкционированные уличные акции, – это, конечно, нарушение закона, и в соответствии с законом же на это нужно реагировать обязательно».

Учитывая лексику уровня «хорек», «букашка» и «ублюдок, наложивший в штаны», – это война. Прямое и недвусмысленное объявление войны. Помните «мочить в сортире»? Давно это было, но мы уже и до сирийских сортиров дошли. Короче, пощады не будет. А при том, что понятия «втягивают» и «противоправные» в нашей стране весьма широкие и туманные (любят у нас так писать законы), а значит, непонятные, то смотри выше – пункт про топор.

Думаете, обойдется? Но тут вот, например, на неделе москвича обвинили по статье за организацию незаконных массовых акций. Что же он натворил? Он за неделю до анонса «фонариковой» акции навальнистов у себя в соцсети пошутил, что надо в знак протеста фонариком под одеялом морзянкой сигналить. Хорек?..

Или, например, разъяснения про «умное голосование» (на самом деле нет, не умное, но неважно) – это втягивание в противоправные действия? Учитывая, что еще чуть раньше Путин поставил ФСБ задачу:

«Конституционные гарантии граждан свободно, в рамках демократических процедур, избирать своих представителей должны быть защищены от любых провокаций».

И дальше – про то, что нужно проводить грань между естественной политической конкуренцией и действиями, которые «направлены на подрыв стабильности и безопасности нашего государства, на обслуживание чужих интересов, тех, про кого в народе говорят, кто из-за бугра платит за эту деятельность, но платит в своих интересах, а не в наших». При таких вводных рамки «втягивания» при желании будут безграничны.

А желание сохранить власть по итогам выборов – оно ведь сродни инстинкту самосохранения. Например, сенатор Нарусова на неделе, удивившись, что нет закона о недопустимости одиночных пикетов (шикарная запись – посмотрите, кто не видел), сравнила людей в таких пикетах с вонючими бомжами. Родную дочь не пожалела – Ксению Собчак, которая любит с плакатиком постоять...

Да, сейчас у нас самым главным гражданам ничего не грозит. Один вот Михаил Сергеевич, моей страной накормивший толпу, всенародной свободой растерзавший ей плоть, даже 90 лет справил. Радостный, счастливый и свободный, хотя казалось бы…

А ведь не дай Бог сметем клептократию – будет, например, как во Франции? Это Саркози обвиняют в коррупции и торговле влиянием, а у нас обвинения посерьезней будут. И, как показывает опыт той же Франции, не развалится страна (сколько ни уверяй нас в обратном). Наоборот, крепче станет, когда увидит, что есть справедливость и правда. Вот скажи мне: в чем сила, брат? То-то.

На местах у нас произошла умилительная штука. Ну, знаете, когда ребенок взрослого копирует, отчитывает, положим, еще более мелкого, это же всегда улыбку вызывает. В начале недели врио губернатора Белгородской области Вячеслав Гладков провел эксперимент: попытался записаться к себе на прием, но не смог. Признался, что три месяца не может добиться того, чтобы в правительстве была организована качественная запись на прием к нему по личным вопросам. Другой губернатор – Забайкальского края, Александр Осипов – попытался во время совещания по коронавирусу записаться на прививку. И тоже ничего не вышло. И оба поведение начальника скопировали: мол, не хотят чиновники работать – других найдем. Милота же, правда? Врио губернатора три месяца не может наладить элементарную работу своей же приемной. Но виноват не он – бояре плохие.

Или все же тот, кто таких бояр нанял, кормит их и систему эту стабилизирует. Не нам судить. Нам, в отличие от французов, по Конституции не положено.

источник