Требуется всадник апокалипсиса

— Требуется всадник апокалипсиса, — прочёл Занудин вслух объявление на сайте вакансий.

Он протёр очки платком и затем высморкался в него так громко, что весь вагон метро завибрировал.

― Полная занятость, стаж не менее одного года в смежных отраслях, коммуникабельность, стрессоустойчивость, инициативность, ― весь этот типичный набор требований не сильно волновал мужчину, он читал их по диагонали и искал ядро объявления, самую суть и, наконец, наткнулся на него, ― о-клад плюс про-цен-ты от вы-ра-бо-тки, ― произнёс он по слогам, мешая читающему книгу студенту, что сидел рядом.

— Вот так и знал, что никакой стабильности. Куда не плюнь — всюду эта сделка и чёрная зарплата! — проворчал Занудин так, что его услышал даже машинист.

Адрес он всё же записал. Так как бóльшую часть дел он завершил, то можно было проверить вакансию.

Офис работодателя находился на улице Люция-Ферова, в доме № 666. Этот дом трудно было не узнать: чёрный как сажа особняк в шесть этажей с горгульями на крыше и своей собственной колокольней очень сильно контрастировал со светло-серыми высотками с застеклёнными фасадами и автоматическими дверями, а также вызывал множество вопросов. Но у Занудина он вызвал один-единственный. Мужчина задержался на полчаса у стойки вахтера, читая нудную лекцию о том, что на здании должна быть табличка с номером, желательно — синяя, иначе люди могут просто пройти мимо.

Очередь в отдел кадров была небольшая: одетый в чёрный плащ мужчина с накрашенными ногтями и глазами, который держал в руках хрустальный шар. Занудин сразу его записал в секс-меньшинства. Опасно скалящаяся женщина, вся перепачканная красной краской и с огромным кухонным ножом в руке. Её он, не скрывая своих мыслей, окрестил в «беспокойную бабу без детей», которой дома не сидится, и вечно такие, как она всюду лезут, отнимая работу у порядочных специалистов. Ещё был молчаливый бородатый тип с большой спортивной сумкой, в которой что-то тикало и жутко раздражало. И, наконец, гиперактивный мальчик, что постоянно носился по коридору, иногда заскакивая на стены и потолок. Он без конца повторял одну и ту же считалку на понятном только ему языке и крутил головой вокруг своей оси.

По мнению Занудина, которым он привык делиться вслух, все эти люди были олицетворением потерянной современности, которая продалась за Тик-Ток и Моргенштерна, и у них нет будущего. Когда он произнёс последнюю фразу, его тут же пригласили на собеседование вне очереди. Все остальные кандидаты начали возмущаться подобному нахальству и собираться на выход.

— Поняли, сопляки! — радовался Занудин. — Люди — не дураки, знают кого брать!

С этими словами он зашёл в кабинет, где за столом сидел хмурый молодой человек, одетый во всё черное. Он сразу понравился Занудину, и они обменялись рукопожатием.

— Скажите, какой у вас стаж работы и где? — начался допрос.

— Кондуктор троллейбуса, сорок лет.

— Очень хорошо! — улыбнулся кадровик и продолжил, — на какую зарплату Вы рассчитываете?

— Вы мне зубы не заговаривайте, — почувствовал неладное Занудин, — если тридцать пять в месяц выходить не будет, можете сразу сюда этого голубя сизокрылого с шаром звать.

— Значит, тридцать пять миллионов душ — так и запишем, — проговорил мужчина, заполняя анкету соискателя.

Занудин ничего не понял, но виду не подал.

— Как у Вас с командной работой? Дело в том, что Вам придётся работать с четырьмя другими сотрудниками.

— Мальчик, — положил Занудин локоть на стол, — да за сорок лет через меня полсотни водителей прошло, две тысячи контролёров, а ещё чёрт знает сколько пассажиров. Открой словарь синонимов и найди там слово «команда» — увидишь моё имя.

Мужчина деловито улыбнулся, а Занудин продолжил:

— К тому же, со временем, я, возможно, помогу Вам сократить штат, взяв на себя часть чужих обязанностей, но не будем забегать вперёд.

— Замечательно! — Занудин явно нравился HR-у, но собеседование продолжалось.

— Как Вы относитесь к абсолютной монархии?

— Превосходно отношусь! Все эти партии — сплошные крохоборы и паразиты, вот раньше как здорово при царе было. Слово — закон! А сейчас? Что не указ, то голосования какие-то, каждый год выборы: мусолят, мусолят, а я ведь во всём этом участвую, потом петиции составляю, жалобы разные пишу, хожу, время трачу своё, а ещё эти социальные опросы…

Молодой человек хотел было его перебить и спросить про стрессоустойчивость, но, взглянув ещё раз на трудовую книжку, где значился стаж и последняя профессия соискателя, передумал.

Когда Занудин, наконец, замолчал, кадровик продолжил:

— Вы верующий человек?

— Только когда задевают мои чувства.

— Назовите свой главный недостаток.

— Мой главный недостаток — деньги, я сюда потому и пришёл! Что за идиотские вопросы тут у вас?

Занудин начинал уставать — было почти шесть часов вечера, а он ещё должен был успеть на почту и в банк, куда он ходил каждый день ругаться, чтобы нагулять аппетит перед ужином.

— Мы почти закончили, — успокаивал его молодой человек. — Есть опыт работы с оружием?

— Метла считается?

— ?

— Я с её помощью как-то взвод пьяных десантников второго августа высадил.

— Хорошо! Знаете, пока что Вы — наш лучший кандидат. Вам даже должность придумывать не нужно, Вы отлично впишитесь со своей фамилией. Я прям вижу, — парень задумчиво начал махать рукой, перечисляя имена: Голод, Мор, Война, Смерть, Занудин. — По-моему, звучит великолепно, с таким составом мы теперь точно план выполним!

Молодой человек протянул руку мужчине, но тот не спешил её жать.

— Знаете, я передумал, — сказал Занудин и встал со стула.

— Как передумали?! Но мы же вас берём!

— Передумал — и всё тут, Вы мне даже кофе не предложили, пока мы сидели, да и в команде с такими клоунами я работать не собираюсь. Ишь ты: Мор, Война — цирк, не иначе. А ещё у Вас на голове рога растут, видать, неудачно женились, а мне в компании неудачников работать не хочется — заразно это. Всего Вам хорошего.

С этими словами Занудин покинул кабинет и побежал трусцой в сторону почты, набирая на ходу отзыв на сайте вакансий. Уже через полчаса у работодателя ООО «Преисподняя» появился первый отзыв, размером и литературностью не уступающий «Тихому Дону», и одна захудалая звёздочка. Больше на вакансию никто не откликнулся, конец света перенесли на неизвестный срок.

Александр Райн