Нельзя так с Олежей

Едва Петров с женой отъехали от дома за новогодними покупками, Петров понял, что забыл кредитку. В квартиру вернулись оба, дверь открыли сами. Жена шмыгнула в туалетную комнату, а Петров взял с комода в прихожей карточку и невольно прислушался.

Из-за закрытой двери детской донеслось: – Здравствуйте, здравствуйте, господа! С вами Олежа. Знаете, я тут подумал и...

Да, так начинается типичный стендап «Знаете. Я тут подумал и…».

«Ну вот, и до детишек поветрие докатилось» – отметил Петров.

– Подумал, что водить машину и секс можно с четырнадцати лет. – говорит его парень в микрофон и искусно делает губами музыкальную перебивочку выжидающего характера «Пам-пабам. Паба-ба-ба-бам», как бы давая аудитории насладиться и приготовиться к следующему фееричному откровению.

Петров невольно ухмыльнулся, а мальчуган уточнил:

– Точнее, водить с четырнадцати, а то раньше ноги до педалей не достают, а вот секс с двенадцати. Потому что мне двенадцать, и тут я уже до всего достаю... Ха-ха, да?.. Пам-пабам. Паба-ба-ба-бам.

Петров перестал ухмыляться.

– Сейчас предки уехали за покупками. – продолжает юный стендапер, не ведая что его слышат.
– Вернутся, сунут под елку фуфло и скажут «Олежа, это тебе от доброго Деда Мороза и Снегурочки». Но мы-то давно знаем, что доброго Деда Мороза и Снегурочки нет в природе. Только очень-очень жадные, мать их. Пам-пабам…

Из уборной вышла жена. Застав Петрова тревожно прислушивающегося к происходящему в детской, присоединилась.

– А ещё, этот Дед Мороз, он же Батя Пекло заставляет Олежу делать гимнастику и чистить зубы перед сном. А сам не делает и не чистит, а разбрасывает носки. Мама говорит, это он территорию метит. Мать их, пусть метит, но зачем заражать-то?.. Ха-ха, да?.. Пам-пабам…

Жена широко ухмыльнулась.
«Это ты, голубушка, не слыхала до каких «педалей» уже достает твой отпрыск…» – тяжело ухмыльнулся в ответ Петров. Торжество супруги было кратким.

– Как-то Олеже вырвали ниткой с дверью зуб. Взамен зубная фея оставила под подушкой сто рублей. Олежа залез в интернет – вырвать зуб стоит в больнице от тысячи, мать их! Кидалово! Олежа взял из кошелька феи полторы штуки, нельзя так с Олежей. Ха-ха, да?.. Пам-пабам…

Жена перестала ухмыляться.

– Однажды, батя купил трубку, а Олеже обещал оторвать голову, если он закурит. А мама обещала заклеить Олеже рот своим пластырем никоретте. О, эти гребаные двойные стандарты... Гуантанамо на Текстилях…

Последовала многозначительная пауза и:

– Но они ничего не сказали Олеже про домашний бар, мать их! Ха-ха! Признаюсь, французский коньяк и виски дерьмо, но Олежа принципиальный, нельзя так с Олежей. Ха-ха, да? Пам-пабам…

Петров задохнулся. Он-то уже грешил на славный дом «Реми Мартин», что тот грешит не только нотками черного кофе в букете, но и самим растворимым кофе «Жокей» блядь, а оно вон чего, оказывается!
«Ах ты мелкий паршивец! Я узлом завяжу твое маленькое наглое жало! Что ты понимаешь в дорогом французском коньяке, чтобы запускать его в элитный напиток? Водки в холодильнике тебе нет?» – страшно негодовал Петров.
Он взялся за дверную ручку, чтобы воздать должное самому кощунству под невинной маской дитя, но жена удержала, а кощунство продолжило.

– Однажды, Олежу хотели отдать в музыкальную школу на скрипку. Олежа сломал пальцы. Хотели отдать на бальные танцы, Олеже пришлось сломать ногу. Решили нанять репетитора по китайскому. Олеже осталось сломать язык, но он сделал куклу вуду, и репетитор сломал себе челюсть, катаясь на велике. Так Олежа сломал систему, мать её! Пам-пабам…

Петровы едва не расстались со своими синхронно отвалившимися челюстями. Репетитор и правда еще долго будет изъясняться жестами, а потом заново учиться балакать хотя бы медленно по-русски, а быстрый напевный язык Поднебесной ему, вероятно, вообще будет противопоказан, как несовместимый со здоровьем суставов и психики...

– Однажды Олежа просил собаку. Вместо собаки ему купили старшего брата Валеру. Как знакомо, да?.. Что сделал Олежа? Олежа призвал Валеру в армию! Позвонил в военкомат и сдал явки, где ныкался брат, потому что нельзя так с Олежей и собакой. Ха-ха, да?.. Пам-пабам, паба…

Заметенный на тихоокеанские галеры Валера, стал последней каплей.

– …ба-ба-бам! – мрачно прервал стендап Петров, входя в комнату и вытягивая из штанов ремень.
– Хахада!.. – злорадно констатировала мама.

Олежа все понял и с нарастающей слезой в голоске затянул новогоднее «В лесу родилась ёлочка, в лесу она рос… росла… росла? Н… Не? Уме…умерла?..», с заискивающей жалкой улыбкой, как бы шутя, но всерьез, пытался мальчик отгадать свою дальнейшую непростую судьбу. Пан или бестелесный пропан?..

– Здравствуйте, здравствуйте, господа! С вами опять Олежа, ой! Я немного скованно двигаюсь, но не обращайте внимания. Просто, Олежа делал стендап, когда напали вооруженные до зубов враги, ой! Нельзя так с Олежей... Знаете, я тут подумал и...

А. Болдырев