Москвич возмущается о понаехах

10 причин ненависти к понаехавшим.

Понаехавшие остаются

Всякий понаехавший остается в Нерезиновске навсегда, это аксиома. Даже если он прикатил за образованием и планировал вернуться домой со своим красивым дипломом. Даже если он приехал подработать. Некоторые вообще приезжают в гости, а потом оказывается, что их на цепь посадили, и цепь эта от стен Кремля дотягивается только до городов-спутников, а дальше – ни-ни. И ладно бы не было у них другого имущества, кроме этих самых цепей – но ведь они тоже хотят квартиру, машину и дачу, чтобы как у всех. И вот на месте пруда с коренными лягушками вырастает башня о пятидесяти этажах, а на месте уютного двора – парковка. И в этом доме живут, а в этих машинах стоят в пробках. «Кто все эти люди?!» – недоумевает москвич. Кто-кто. Понаехавшие.

via

Понаехавшие – снобы

Единственное развлечение провинциалов – пить водку и ругательски ругать зажравшихся москвичей. Именно этим они занимаются на своей малой родине до того, как понаедут в град стольный. Поэтому всякий понаехавший москвичей заранее ненавидит, и еще в поезде начинает точить зубы и когти. И если понаехавший знакомится с приветливым местным, у него трещит шаблон и рушится парадигма, а это очень страшно. Но выход есть. Всякий понаехавший на вопрос «Откуда ты?» Отвечает примерно так: «Я из города Н. Это, вообще-то, в России, чтоб ты знал». Москвич в ответ мог бы сказать, что в школе ему не преподавали альтернативную географию, и он вовсе не думает, что за МКАДом простирается ледяная пустыня, населенная разрозненными дикарскими племенами. Но он так не говорит. Он каменеет лицом и быстро прощается. А понаехавший радуется – вооот, все москвичи черствые засранцы, которые провинциалов за людей не считают. Я так и знал!

Понаехавшие отбирают у местных рабочие места

Причем все рабочие места. Провинциалы обожают рассуждать о том, что коренной житель слишком много воображает о себе, и считает ниже своего достоинства улицы мести или баранку крутить. Неправда и гнусный поклеп. Просто местные не хотят убирать за понаехавшими и водить автобус, набитый понаехавшими. По пробкам, которые, конечно, тоже возникают из-за понаехавших.

Понаехавшие нарушают личные границы
Провинциалы отчего-то уверены, что московское метро – это такой вид транспорта. Ха-ха. Местные в этом транспорте проводят половину жизни и справедливо считают его вторым домом. Они там читают, смотрят кино, вяжут носки внукам и делают уроки. И вот кому, скажите, понравится терпеть в собственном доме гостей, которые пихаются локтями, путаются под ногами и задают дурацкие вопросы? И, главное, ругают еще дом – тесновата, мол, квартирка, а коридоры слишком длинные. А сами в том коридоре встанут и пялятся на лампочку, а ты их обходи. В гостях они так себя не ведут, а в метро – каждый божий день. И их таких тысячи там, тысячи!


Понаехавшие оскорбляют чувство прекрасного

И все остальные чувства. Они поливаются духами с головы до ног. Они окают, гэкают, неправильно ставят ударения и используют словечки типа «вехотка», «ездию», «убиралася» и «однёрка», от которых у местных закипает кровь и начинает бить фонтаном из ушей. Они надевают все лучшее сразу. Зимой еще ничего, но летом это очень, очень страшно. Мальчики носят пластиковые тапки, майки в сеточку и шорты Абибас. Девочки носят босоножки на шпильках, мини-платья с декольте и голой спиной и вечерний макияж с утра. Как, вот как на это можно смотреть и не плакать кровью?


Понаехавшие тащат за собой культурный слой

Почти полностью состоящий из сами-знаете-чего. Поэтому в маршрутках играет шансон, на тротуарах валяется шелуха от семечек, а летними ночами детские площадки превращаются в караоке-бар. Если пригласить приезжего в гости, он очень удивится, не обнаружив на столе водки и холодца. А если с приезжим поздороваться в подъезде, он испуганно выпучит глаза и убежит. Он же вас не знает! Тут все чужие! Впрочем, понаехавшему можно это простить – в том случае, если он не понаехал из Петербурга. Питерцы – особый случай. Все остальные понаехавшие едут работать, а эти – нести тяжкое бремя белого человека, миссионерствовать и просвещать. Это тот самый случай, когда девушку можно вывезти из культурной столицы, а вот культурную столицу из девушки – никогда.

Понаехавшие страдают манией преследования

И стряхивают на вас всех своих крокодильчиков. Вот вышел понаехавший из вагона, а столичная полиция уже объявила план-перехват. Вот снял понаехавший квартиру, а зловредная старуха из соседней квартиры (одна в трехкомнатной живет, зараза!) уже строчит заявление участковому. Пришел понаехавший на работу устраиваться, а кадровик уже под столом коленом кнопку нажимает: раб пришел, паспорт уже отдал, тащите кандалы. Но это все мелочи. Самое страшное – это сам Город. Мифическое чудовище, еженощно пожирающее провинциалов. Под каждым столичным фонарем закопаны обглоданные косточки, а как же. Старушка-мать в своей провинции все слезы выплакала, не знает, что чадушко сгинуло в бездонной утробе монстра. Переварило чудище добра молодца и не поморщилось. Ну, понаехавшие так часто говорят про Страшный Город, что, похоже, именно это и имеют в виду.


Понаехавшие привозят семью

Живут кланами и диаспорами, первобытно-общинный строй во всем своем великолепии. Как только понаехавший почувствует, что обжился в столице, он тут же притащит к себе маму, папу, братьев и сестер, троюродного дедушку и друга детства Коляна. Черта лысого тоже притащит, если решит, что того как-нибудь удастся запихнуть в съемную однушку. Понаехавший не может общаться с родными по скайпу и навещать их по возможности. Ему непременно нужно, чтобы клан держался вместе. А как выживать-то иначе, как выживать? При этом понаехавший презрительно смотрит на местных, которые предпочитают жить с родителями, а бабушкину квартиру сдавать. Ему, понаехавшему, и сдавать. Маменькины сынки, ха! Ни работать не хотят, ни жить самостоятельно, как взрослые люди. То ли дело он, понаехавший!


Понаехавшие ходят по головам

Мифы и легенды о зажравшихся москвичах и Страшном Городе так плотно набиты в голову понаехавшего, что туда уже не помещается объективная реальность. Всякий понаехавший считает, что покорить столицу – необычайно сложная задача. Это битва! Это война! Даже если понаехавший устраивается охранником в магазин «Пятерочка», он уверен, что все вокруг обильно полито кровью. Его героической кровью. Он выгрыз зубами место под солнцем! Но, чу! Враги не дремлют! Нельзя терять бдительности, надо побольнее кусать, надо бить на поражение. Ну или хотя бы превентивно хамить всем вокруг. А чтоб боялись! Зазеваешься – и москвичи тебя мигом выкинут за МКАД, охнуть не успеешь.

Понаехавшие станут москвичами


А мифы станут реальностью. Пройдет лет десять, и понаехавший обживется, возьмет в ипотеку квартирку в ближнем замкадье и купит себе форд фокус. Женится, заведет себе маленького москвича в японских подгузниках и перевезет в Нерезиновск родителей. Научится стоять столбиком в метро и в Ашане, в очереди в кассу. Построит карьеру и перестанет вздрагивать по ночам, ожидая, что Страшный Город вот-вот придет по его душу. Короче, не понаехавшим станет, а полноправным жителем столицы. И тогда он начнет нудеть и возмущаться. Возмущаться и нудеть. «Понаехали тут! Пробки от них! Прутся и прутся, что им дома-то не сидится в своих Мухосрансках? Москва не резиновая!» Все, погиб понаехавший. И тут же реинкарнировал в зажравшегося, черствого москвича. Которого ненавидят все провинциалы. И москвичи тоже ненавидят. А за что его любить, а?