Раньше я писал только на темы политики. Работая в одном солидном московском издательстве, уже много лет я привык освещать визиты главы государства в разные страны и прочие околокремлевские штучки. Я был в пуле и этим все сказано. Деньги платили не просто хорошие, а очень даже неплохие. Потусуюсь где-нибудь на саммите в Брюсселе или форуме в Токио. Джин, виски, мартини. Девушки-журналистки в рот смотрят, каждое слово ловят.
- И у самого-самого интервью у камина так и запросто?
Ну, тут снисходительно расскажешь с разными мелкими деталями и утром одна из них уже подает завтрак в шикарном пентхаузе.
Но это я до кризиса рассказываю. Долбануло по издательству сильно. Я в октябре из пула, в январе с вещами на выход. В марте наехал банк. Двухкомнатная на Плющихе – мечта идиота-политтехнолога. Очередной взнос уже три раза профукал. Я и так и этак. Фото показывал. Тут Путин и я на заднем фоне. Тут те же и Берлускони. А вот здесь я и Путин. «И что вам стоит немного подождать, пока все не вернется на круги своя».
Начальница кредитного отдела – Маша Свиридова. Рыжая такая - стерва. «Прошлое в проценты по кредиту не конвертируется. Слышали как вас того из хорошей жизни и фэйсом об асфальт. Завтра же служебные приставы на пороге или деньги на бочку»! А ведь как раньше было – и Виталий Павлович, и вы наш самый любимый клиент и передавайте привет тем наверху. Тьфу. Нужно–то каких-то двадцать тысяч зеленых. Жалко с Плющихи съезжать, привык-с.
И тут Светка с третьего этажа, вместе мусор выносим. - Хочешь подработать. Заказ горит. Иронический детектив с элементами эротики. Автор – Донцова. Сдавать через неделю. Деньги сразу. Слышала – у тебя проблемы? Скоро вся Москва будет в курсе моих заморочек. Согласился сразу, как только пакет с мусором мимо контейнера бросил. Это был единственный шанс зацепиться за плющихинские тополя, и я им воспользовался.
Три чашки кофе. Две в себя, третью на клавиатуру, хорошо, что мимо. Яндекс – Донцова – отрывок из какого-то «убийства в подворотне». Есть! Стиль пойман. Нужен сюжет. - Давай, Виталик, давай. Ты же столько всякого там наверху насмотрелся – на три романа хватит. Итак, поехали:
«Стояла темная ночь…»
Начало далось легко. Я закурил потушенную позавчера до дня рождения в январе мамы гаванскую сигару и продолжил:
«Начальник кредитного отдела Маша Свиридова вышла из дома не подозревая о прячущимся возле мусорных контейнеров маньяке…»
На следующих тридцати страницах я расправлялся с этой рыжей стервой. Маньяк был списан с нашего зав. отделом международной политики Михаила Самуиловича Либерзона. На тридцать первой странице я расслабился и позволил гражданке Свиридовой вырваться из потных либерзоновский лап. Теперь на авансцену необходимо было выпустить молодого, ироничного следователя. Следователя я начал писать с себя любимого. Шляпа а-ля Делон, итальянские очки от Гуччи, взгляд от Тарантино. Либерзона было решено поймать и кастрировать примерно на 320 странице. Маша Свиридова, вся униженная и растерянная, отдается молодому, но ужасно перспективному следователю. Итак, прокладываем любовную линию… Я ей покажу, как проценты по кредиту требовать. Ноги мыть заставлю на сто первой странице. Яичницу жарить в три часа ночи. Собачку гулять в шесть и на морозе. Всю пятую главу реветь будет!
Зазвонил телефон. Я оторвался от клавиатуры и посмотрел в зеркало. Вместо молодого и обаятельного следователя на меня смотрел Михаил Самуилович Либерзон. Я помахал головой, прогоняя видение, и поднял трубку.
- Виталий Павлович, здравствуйте. Это вас из ДЭЗа беспокоят. У вас тута счета за март не оплачены по коммуналке…
Представителя ДЭЗа я сбросил во время погони за Либерзоном с двадцатого этажа панельной многоэтажки. Тот летел очень долго, ударяясь о балконы и лоджии, пугая детей и беременных женщин. Затем на асфальте по нему проехал большой дорожный каток. Два раза. Маша Свиридова в это время стирала молодому и обаятельному следователю рубашки, убирала его квартиру, и мыла недельный запас посуды. Мыла стирая слезами макияж с лица. Маникюр с белых, ухоженных ручек сползал самостоятельно.
Уф! Кого бы еще припечатать? Гоша Куроедов – три года - пять штук и уже ясно, что не отдаст. А ведь сколько водки и прочих напитков в общаге было совместно уничтожено, скольким девчонкам было обещано…
Гошу я отдал Либерзону. Пока тот готовил раствор серной кислоты в ванной, Гоша сидел связанный скотчем на кресле и смотрел по телевизору передачу «Долги надо отдавать вовремя».
Я немного подумал и рядом с Гошей посадил патрульный экипаж ГИБДД, оштрафовавший меня на днях за превышение скорости на Садовом кольце в час пик. Либерзону был выдан дополнительный запас серной кислоты. Телевизору прибавлен звук.
Тут я вспомнил, что детектив все-таки иронический и в самый последний момент ворвавшийся в квартиру следователь спас гаишников и Куроедова. Либерзон ушел через балкон. Командир экипажа ГИБДД вытряхивал из краги купюры и пытался вручить их своему спасителю. Гоша валялся в ногах и просил открыть пробку в ванной.
Маше Свиридовой была подарена на день рождения Камасутра. Ночь была незабываемой. Читали и пробовали. Пробовали и читали. Либерзон подсматривал в бинокль из подъезда напротив и облизывался. Жить ему оставалось всего пятьдесят страниц.
Нашего главного редактора, подписавшего приказ о моем увольнении по причине профнепригодности, я выбросил на высоте пять километров из кабины реактивного истребителя. Его секретарша, презрительно ухмыльнувшаяся после моего выхода из кабинета шефа, была отдана самцу гориллы в Сухумском зоопарке. Бывшие коллеги по работе отправлены в известный гей клуб распространять там листовки с фотографией Юрия Михайловича Лужкова. Соседка по подъезду, сделавшая замечание по поводу тушения окурка в цветочном горшке попала в гарем известного сомалийского пирата. Официантка из кафе, обсчитавшая недавно на сто рублей, теперь пятая жена водителя такси из Каира. Собачка соседа, поднявшая ногу на мое колесо, отдана корейским гастарбайтерам. Маша Свиридова отдавалась еще несколько раз и все время при этом ревела. Михаил Самуилович Либерзон был торжественно кастрирован на 320 странице.
Все!
Я вытер пот со лба и огляделся. Стояла темная ночь. Я взял пакет с мусором и вышел на улицу. Сзади подошел какой-то тип в черном плаще.
- Папаша, закурить не найдется?
После удара по голове и трехнедельного лечения в Склифе меня навестила Светка с третьего этажа. - Я твой детектив нашла и отдала нашему выпускающему. Вот тебе сигнальный экземпляр и чек. Публика уже требует продолжения. Либерзон – такая душка получился. Ну, прямо копия нашего директора. Кстати, тебе из банка звонили по поводу закладной на машину. Из службы судебных приставов, что за границу не выпустят. С бывшей работы, какой-то ноутбук требуют. Ну что, будешь продолжение писать или как?
Какой там, нафиг, Зотиков! Кино давным-давно снято
Великолепный (1973) Magnifique, Le Франсуа Мерлин - писатель криминальных расказов. С точностью часового механизма он каждый месяц пишет новый роман для своего редактора Шарон. Каждая история рассказывает об одном и том же герое - Бобе Сент Клере, влиятельном и лихом секретном агенте.
Боб находит выход из любой ситуации. Ему удается выбраться из самой сложной ловушки. Это супермэн, который может очаровать любую женщину. Единственное удовольствие в жизни Франсуа - это его соседка Кристин, которую он иногда случайно видит из окна.
С невероятной фантазией он решает отразить свою собственную жизнь в своей работе. Шарон, его редактор, становится подлым Карлофом, главой секретной службы Албании, Кристин превращается в Татьяну, соблазнительную обольстительницу, которая помогает Бобу Сент Клеру в его рискованных заданиях.
Начали за здравие, кончили заупокой. Неясно с точки зрения сюжетной линии, зачем героя ёбнули по галаве... Впечатление, што у аффтора кончилась гаванская сигара и он решил свернуть крео пабыстрому.
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии. Авторизуйтесь, пожалуйста, или зарегистрируйтесь, если не зарегистрированы.
1 Пользователей читают эту тему (1 Гостей и 0 Скрытых Пользователей)
yaplakal.com