Сорок лет без дедушки

Александр Гутин

В этот день сорок один год назад умер дедушка Брежнев.
Леонид Ильич Брежнев из моего детства был каким-то уютным. В нем все сошлось.
Дедушка? Дедушка. А дедушки все хорошие. Они любят деток и угощают их конфетками.
И хотя Леонид Ильич меня не угощал, теоретически мог.
Медальки. А все пионеры знают, что медали это хорошо. У моего дедули тоже есть медали. Потому что он молодец.
Значит и Леонид Ильич молодец.
Когда Леонид Ильич что-нибудь говорил в телевизоре, то спокойно и непонятно. Так же мой дедуля читал газету «Известия». Спокойным голосом про совершенно непонятное.
Я был ребенком, я не понимал, что такое застой. Да и вы тоже не понимали.
Я даже представить не мог, что дедушка Брежнев может взять и помереть. Потому что так не бывает!
Но нет. Бывает. Леонид Ильич взял и помер. Мне тогда было уже тринадцать лет, поэтому слова «теперь нам пиздец», сказанные старшеклассником, который стоял справа на траурной линейке, я понял и принял серьезно.
Ну, да. Теперь нам пиздец, подумал я, глядя, как утирает слезу директор школы, как всхлипывает пионервожатая, как хватается за сердце классная руководительница.
Во-первых, страна без дедушки жить не может, думалось мне. Что за страна такая, если у нее нет такого дедушки с медалями?
Во-вторых, нас захватят американцы. И хоть жвачка это хорошо, но я не хочу жить в стране, где угнетают всех подряд. Жвачкой пионера не купить.
В-третьих, ничего не поделать. Без дедушки нам не выстоять. И теперь мы будем тоже угнетены, хотя и с жвачкой. А может даже с джинсами.
Об этом я сказал своему однокласснику Владику.
Тот меня выслушал и ответил:
-Человек, у которого есть жвачка и джинсы, не может быть угнетенным.

Прошло много лет. Я был не прав. Пиздец не произошел. Со дня смерти Леонида Ильича было много пиздецов. В принципе, он происходит и сейчас. Да и сам по себе дедушка Брежнев тоже был воплощением пиздеца.
Если бы можно было изобразить пиздец, я бы изобразил его в виде знака бесконечности. Вот так: ∞.
Потому что пиздец это единственная константа. Мы меняемся, времена меняются, дедушки и их медальки меняются, а пиздец вечен и неизменен.
Что касается моего одноклассника Владика, то сейчас он живет в городе Сан-Франциско, штат Калифорния. У него много жвачки и джинсов, и он много работает. Иногда пишет, что заебался. Иногда не пишет совсем. Может себе позволить, как совершенно никем неугнетенный человек.


Размещено через приложение ЯПлакалъ