Секс в лифчиках и смирные дети: журналистка — о том, что ее бесит в кино и сериалах

Давайте признаемся: все мы любим кино и сериалы. Если даже вы не уважаете сериалы, то наверняка не против посмотреть хороший фильм.

Для меня идеальное утро субботы — это пара серий чего-нибудь детективного, кофе и круассан. А за ужином мы с сыном с удовольствием смотрим «Детство Шелдона».

Любовь к многосерийным историям случилась со мной давным-давно, когда друг-робототехник вручил мне несколько компакт-дисков, куда были записаны все серии «Теории большого взрыва». Еще не было такого доступного и скоростного интернета, как сейчас, процветали торренты, а люди делились друг с другом годнотой таким вот интересным образом. Вот как давно это было.

С тех пор просмотрено много всего, начиная от «Друзей», «Секса в большом городе», «Доктора Хауса», «Отчаянных домохозяек», «Миллиардов» и прочей классики, заканчивая совсем уж экзотическими дорамами и малоизвестными шедеврами вроде бразильского «3%» и японского «Алиса в Пограничье».

И знаете, что я заметила?

Что в комедиях, что в трагедиях, что в детективе, что в сериале про отношения — никогда никому не мешают дети. Если это младенец, то он, как правило, спит в люльке или в коляске, пока молодая мать живет свою лучшую жизнь: встречается с подружками при полном параде, готовит, строит отношения, а зачастую даже путешествует или работает. Всегда находится кому посидеть с ребенком. Он не плачет, не болеет, не просится на ручки, не требует грудь каждые 15 минут. Его не нужно всю ночь носить на руках из-за колик, а наутро выглядеть и чувствовать себя как привидение.

Если это ребенок постарше, то он или ночует у друга, или в школе, или у бабушки. Иногда он бывает дома, но в это время спокойно играет в саду или в своей комнате. Его не нужно кормить, развлекать, делать с ним уроки, гулять, разговаривать. Он не лезет ко взрослым с вопросами, не встревает в беседы, не кричит, не вопит и не пытается переключить на себя внимание. Думаю, будет лишним говорить, что в жизни всё иначе.

Единственная роль, которую отводит детям кинематограф — бегать по футбольному полю (условно), пока главные герои разговаривают на трибуне. Хотя нет, есть еще одна роль — с умным видом сказать что-то важное, не по-детски глубокое, после чего герои сразу мирятся / раскрывают преступление / находят смысл жизни.

Не так ли?

Я спросила друзей, что их бесит в кинематографе? Какие штампы, набившие оскомину? И услышала много интересного.

— Меня бесит, когда главный герой или героиня с утра идет на пробежку, потом делает растяжку, принимает душ, готовит завтрак из трех блюд. К 9 она уже на работе, нарядная и полная сил. Вечером она идет на тренировку, потом в бар с друзьями, потом перед сном обязательно секс в лифчиках, — рассказала подруга. — Это невозможное расписание, в обычной жизни ты едва успеешь половину и упадешь без сил. Не говоря уж о том, что никто не занимается любовью в лифчике!

— Да, и спят они тоже всегда в кружевном белье с косточками, а просыпаются с идеальной укладкой и накрашенными глазами, — подхватила другая девушка из нашей компании. — Конечно, конечно, мы верим!

— Меня бесит, когда девушка едет в путешествие в коротких шортах. Потом она блуждает по лесу, попадает в передряги, но на ногах у нее ни царапинки, — рассказала коллега. — Туда же — люди, которые попадают на необитаемый остров, живут там неделю, месяц, год — и всё это время у них чистые свежевымытые волосы!

— Меня бесит в западном кинематографе излишняя толерантность, когда в кино про Англию 14-го века вдруг появляется чернокожий вельможа, — поделился еще один коллега. — При этом я совсем не против толерантности, даже за! Но есть же какие-то разумные границы.

— Есть еще один штамп: когда злодей должен что-то сделать, например, убить кого-то или бросить в пропасть, и он такой — но сначала мы поговорим! — рассказала подруга. — Или когда напряженный момент, нужно спасаться быстрее, бежать, но герои обязательно решают напоследок поговорить о любви или поцеловаться!



тыц