Паразит.

— Васька! Паразит ты, леший! Ну-ка быстро иди сюда!!!
Баба Нюра привычно сметала с пола разбитую чашку и продолжала ругать Ваську, заранее зная, что тот до завтрашнего утра на глаза ей не появится.
Раньше, когда Василий был ещё молодой и глупый, он прибегал на бабкины крики. Но, получив пару раз тряпкой и веником по заду, стал умнее. И теперь по интонации и мощности децибел безошибочно определял степень опасности. Когда можно появиться вечером, а когда и через два–три дня.
В этот раз в погоне за мышью он случайно смахнул со стола забытую чашку. В прошлый – рассыпал пакет с крупой, а до этого было ещё много мелких недоразумений. И всё из-за вредных мышей. Но баба Нюра почему то продолжала ругать Ваську, хотя, по большому счету, он тут был ни при чём. Он просто делал свою работу и исправно отчитывался, принося бабке на подушку задушенных мышей, кротов и крыс.

Утром, проснувшись и увидев очередной «отчёт», баба Нюра мелко перекрестилась и завела старую песню:
— Васька! Паразит! Зачем ты мне это опять в кровать тащишь? Выгоню, чёрт, леший!
А увидев разбитую чашку, завелась пуще прежнего. Но, справедливости ради, надо сказать, что на людях хозяйка своего кота нахваливала. Мол, и мышелов отменный, и чистюля, и ласковый.
Василий старался не подвести и охранял небольшой бабкин урожай со всем усердием.
А иначе мыши в подполе подчистую уничтожили бы всю картошку и морковь. Да и крупой бы не побрезговали. А разбитую посуду и другие неурядицы Василий философски списывал на сопутствующие неизбежные потери.

В этот вечер баба Нюра налила в блюдечко молока и долго звала кота, но он куда-то запропастился и категорически отказывался появляться:
— Кис-кис-кис, Вася, паразит. Куда пропал? Молоко скиснет. Ну, и чёрт с тобой...
Бабка решила нажарить себе на ужин картошки. Открыла крышку погреба, и кряхтя, стала спускаться вниз по ступенькам. Согнувшись в три погибели и подслеповато щурясь, она добралась до отсека с картошкой. Когда глаза привыкли к полутьме, баба Нюра увидела Ваську. Он судорожно дышал. Правая передняя лапа распухла, став в два раза толще левой.
А рядом на картофельных клубнях лежала здоровенная мёртвая гадюка.
«Господи! — охнула баба Нюра, живо представив себе, как ей в руку впиваются ядовитые клыки. Уже только от этого сразу подскочило давление и сердце стало биться с перебоями. — Васенька, спаситель ты мой. Ты что же, помирать вздумал? Я сейчас, сейчас. Потерпи. Ах ты, паразит, вот же угораздило. Как же я без тебя?».

Подхватив кота, баба Нюра выбралась из погреба, схватила сумку с кошельком и прямо в тапках побежала к соседу.
— Пашка! Пашка! Выручай! Срочно отвези меня в райцентр.
— Что случилось, баб Нюр? Чё за спешка, на ночь глядя?
— В ветеринарку мне надо. Ваську гадюка кусила. Отвези, Христом богом молю. Я с тобой потом рассчитаюсь и за бензин, и за беспокойство.
— Ща, баб Нюр. Жене скажу и едем.

Возле ветеринарной клиники баба Нюра выбралась из машины. Поминутно охая и причитая, достала кота, который, тяжело дыша, висел как тряпочка и шустро засеменила в приёмную.
— Доченька, – обратилась она к дежурной. – Помоги, пожалуйста. Спасите Васеньку, а то у меня кроме него и нет никого.
Беглого взгляда на несчастного кота было достаточно, чтобы сразу поставить диагноз.
— Змея? Когда был укус?
— Сегодня. А точно не скажу. Я его в погребе нашла и сразу к вам.
— Срочно под капельницу.

Ваську унесли. Примерно через двадцать минут врач вернулась в приёмный покой и обратилась к бабе Нюре:
— Давайте оформим документы. Вы, значит, хозяйка? Как Вас зовут?
— Анна Сергеевна. Смирнова.
— Так, как зовут кота? Сколько ему лет?
— Вася, шесть ему, вроде. Вы уж спасите его, пожалуйста. С Васей я и поговорю, и кино посмотрю, и зимой с ним теплее. Опять же, где я ещё такого мышелова найду? Вот и от змеи меня спас.
Баба Нюра расплакалась.
— Успокойтесь. Мы сделаем всё, от нас зависящее. Вам придётся оставить его у нас в станционаре на ночь. Завтра приезжайте, будет понятно: что и как.
— Доча, скажи, а дорого это?
— Не переживайте. Заплатите только за лекарства. Я уверена, всё будет хорошо. Кот у Вас — богатырь! Выкарабкается.
— А Вас-то как величать?
— Вера Анатольевна.
— Дай Вам Бог здоровья, Верочка.

В машине баба Нюра спросила у Паши:
— Паш, ты меня завтра с утра сможешь сюда довести?
— Баб Нюр, я завтра на работу в семь выезжаю...
— Вот и я с тобой.
— Дак больничка-то с девяти.
— Ничего, я подожду.
— Ну хорошо. Завтра подъеду.

На следующий день Вера Анатольевна, идя на работу, увидела на лавочке возле клиники вчерашнюю клиентку. Старенькая бабушка с надеждой поднялась ей навстречу:
— Как там мой паразит?
— Сейчас посмотрим.
***
Спустя полчаса баба Нюра, прижимая к груди кота, шла к автобусной остановке, гладила по голове Ваську и приговаривала:
— Вот, Вася, Верочка сказала, что через три дня будешь как новенький. Я тебе сметаны куплю. Да не магазинной, а домашней, и колбасы. Заслужил. Ты только живи подольше, паразит ты этакий.

Автор Алексей Байков
Размещено через приложение ЯПлакалъ