Букеле

Однажды в находящемся хер знает где в Центральной Америке Сальвадоре решили полностью уничтожить преступность.

До этого Сальвадор занимал первое место в мире по количеству убийств на душу населения: 103 на 100 тысяч человек (для сравнения – в России самый высший уровень был в 1995 году, когда убивали 30 на 100 тысяч, сейчас – 6-7). Люди в куче районов не могли выйти на улицу, чтобы их не застрелили или не ударили ножом ради старого телефона или пары ношеных ботинок.
И вот президентом в 2019 году становится 37-летний Найиб Букеле, чьи предки-арабы когда-то переселились в Сальвадор из Палестины. Он был как чёрт из табакерки, и не представлял ни одну из партий.

Через 5 лет уровень убийств в Сальвадоре составлял 1,9 на 100 человек. Грубо говоря, преступность сократилась в 50 раз.
Теперь это на редкость безопасная страна.

Что же такого сделал Букеле? Да, откровенно говоря, ничего нового.

В Сальвадоре живёт 6,5 миллиона человек. Букеле арестовал уйму граждан, и построил новую тюрьму «Центр содержания террористов» на сорок тысяч заключённых, откуда за все годы не смог сбежать ни один человек. Он сказал – если бандит попал в тюрьму, он должен оставаться там пожизненно. Принадлежность к уличной банде – уже достаточно, чтобы держать преступника в камере вечно. Помещения по 150 человек. Днём нельзя лежать. Свет не выключают никогда, он горит 24 часа в сутки. Никаких прогулок. Кормят неважно – рис, фасоль, лепёшки. Ноль курицы и мяса. Ни вилок, ни ложек – ешьте руками.
Свидания с родственником разрешены, только если заключённый при смерти. Если один зэк нарушил режим, то наказывают всю камеру – например, лишением обеда.

За 6 лет власти Букеле в стране поместили за решётку 78 000 человек. Для маленькой республики это чуть менее, чем дохуя. Говорят, что похватали и изрядно невинных, и для них шансов оправдаться почти нет. Могут дать год заключения, но решение, выпускать ли при окончании срока, принимает не судья, а начальник тюрьмы. И продлять его он может бесконечно.
Но большинству народа на это плевать.
Люди получили возможность свободно гулять по улицам впервые за много лет, а это для них значит многое. Что такое уличная преступность в Латинской Америке, Георгий видел в Бразилии и Венесуэле, где даже кафе-мороженое охраняют автоматчики, а у женщин на улице рвут серьги из ушей.

Народ сальвадорский говорит – тюрьма страшная?
Хули, тогда ведите себя прилично, и не попадёте туда.
Когда случается, что гребут безобидных людей с татуировками (а отличие уличных банд в Сальвадоре – татуировки), он указывает – нефиг колоть татуировки.
Все согласны, что иногда в камеры попадают и невиновные, но прочим хочется спокойствия и безопасности, чтобы их дома ночами не грабили и наркотой близ школ не торговали. Архиепископ Сальвадора сказал: в мире слишком зациклены на правах преступников, а права честных людей никого не волнуют. Пусть будет лучше так, чем как раньше.

Букеле выдвинулся на второй срок.
Оппозиция обозвала диктатором, Букеле согласился и написал в Твиттере – «Я самый клёвый диктатор в мире» (кстати, на него подписано 7 миллионов человек – всё население Сальвадора и ещё чутка). Он получил 84,65 % голосов. В стране уничтожили надгробия банд, чтобы о них не было памяти, и Букеле сослался на опыт денацификации Германии.
Журналистам стали давать 15 лет за любую инфу о деятельности банд. При этом, коррупция при Букеле расцвела, и бабло чиновники тащат будь здоров. Но народу сие по барабану, благо нет преступности. Сам Букеле любит Трампа, но говорит, что нехуй американским правозащитникам обелять бандитов.

Прям интересно стало съездить, честное слово.

Правда, я себе уже 15 лет по законам Букеле заработал, рассказав о бандах в Сальвадоре.

Так что даже прям и не знаю.

© Zотов