116
ЧеширКоДело движется ко Дню Защитника Отечества, а мой возраст к сорока, поэтому самое время лупануть вместо рассказа армейскую историю. Но как всегда с глубинным смыслом, конечно же.
Когда до моего дембеля оставалось всего несколько месяцев, особой тяги к исполнению воинских обязанностей я уже не испытывал, как и многие мои сослуживцы. Весна, солнце и приближение лета усугубляли это обстоятельство в разы. Поэтому после развода (для женщин поясню: развод – это не раздел имущества, а что-то типа утренней планерки, где начальники раздают ценные указания, а подчинённые бегут их исполнять. Ну или хотя бы делать вид, что исполняют).
Так вот, после развода, когда «молодые» отправлялись на всяческие полезные работы, я взял моду просачиваться сквозь их стройные ряды и направляться в спортгородок к турникам и брусьям. Как никак, скоро лето, а домой нужно возвращаться в хорошей физической форме, а не размякшей котлетой.
Таких «спортсменов» было человек пять и мы просачивались и передвигались по одному, чтобы не привлекать внимание окружающих. Встречались уже на стадионе.
На территории нашей бригады находилось несколько частей, а возле спортгородка стоял незаметный домик, в котором «служили два товарища» из одной службы, которую, наверное, я называть не буду. Насколько я понял, их задачей являлся сбор информации, агентурная работа и прочие прелести работы с личным составом наших частей. Я с ними не пересекался, но тем не менее они сыграли некую косвенную роль в этой истории.
В тот злополучный день я, по устоявшейся традиции, направлялся в спортгородок после развода. Проходя мимо этого волшебного домика, я услышал, что меня кто-то окликнул по фамилии. Обернувшись, я увидел лейтенанта... Пусть его фамилия будет Дурачков. Он был всего на пару лет старше меня – недавний выпускник военного училища. Он не отличался особым умом, не обладал авторитетом среди солдат, но славился своей исполнительностью. Так вот, завидев меня, он решил выяснить, куда это я направляюсь. Я честно признался, что иду качать бицепс и немного трицепс, так как Родине нужны сильные бойцы с мощными руками. Дурачков кивнул и тут же побежал докладывать об этом командиру моей роты. Назовем его капитаном Громиловым, так как мужик он был монументальный.
Казалось бы – ну что здесь такого? Решил один солдат вместо копания чего-нибудь глубокого, широкого и обязательно ровного, заняться спортом, но, как выяснилось впоследствии, некоторое время назад среди моих сослуживцев завелся стукачок, который постоянно бегал к «двум товарищам» и вел с ними откровенные беседы, рассказывая обо всем, что происходит в части. Наверное, он докладывал о том, кто храпит, кто плохо чистит зубы, а кто не ложится спать в 22:00. Это мне неизвестно.
На тот момент я об этом не знал, но об этом был прекрасно осведомлен Громилов. Сложив два плюс два, он пришел к выводу, что стукачок этот – я. Иначе, чего бы это я делал возле волшебного домика, когда все копают ровное и прямое? Ну, честно говоря, на его месте я бы тоже заподозрил себя, узнав о таких прогулках мимо волшебного домика.
Громилов решил прикинуться шлангом и вместо того, чтобы поговорить со мной один на один, избрал тактику измора. С того дня моя жизнь стала наполнена самыми разнообразными приключениями. Есть армейское слово «втухать». Этим я и стал заниматься чуть ли не ежедневно. Я попадал на чистку картошки, на вывоз мусора на свалку, на все, что угодно. На каждом разводе Громилов отправлял меня в самые дальние дали, давая какие-то магические поручения, которые порой неаозможно было выполнить. Где бы ни встретил меня Громилов, он тут же оскаливался в жуткой улыбке, а его мозг моментально генерировал очередное умопомрачительное задание. В общем, у него была какая-то тактика и он ее придерживался.
Не могу сказать, что я прям страдал, но чувство несправедливости не давало мне покоя. Я понимал, в чем он меня подозревает, но так как я не был причастен ко всем этим историям с доносами, мне было крайне неприятно ощущать себя таким человеком в глазах кого бы то ни было. Но повлиять на эту ситуацию я никак не мог, поэтому старался относиться к ней стоически – все равно до дембеля оставалось пару месяцев.
Ко всему прочему, до меня дошли слухи, что Громилов периодически проводит беседы с моими сослуживцами по поводу моей персоналии. Вызывает по одному, расспрашивает обо мне, задаёт вопросы – мол, какой он человек, а что о нем интересного знаешь? С большей частью нашего коллектива у меня были хорошие, дружеские отношения, но, как и в любом большом мужском коллективе, были и такие, с кем я не сел бы за один стол. Я не знал, с кем именно Громилов вел беседы, не знал и того, что обо мне говорили. Все это настораживало и всячески нервировало.
Жизнь шла своим чередом, до дембеля оставалось не больше месяца и сослуживцы из моего призыва уже начали уезжать домой. Людей не хватало, поэтому в наряды ходили и «старички». Я был в постоянном наряде по парку (для женщин: парк – это не сквер, по которому гуляют влюбленные парочки, а заасфальтированная территория с боксами, в которой хранится техника. И задача наряда по парку заключалась в том, чтобы эту технику охранять от врагов денно и нощно. Для охраны у ворот парка стояла вышка, стоя на которой я и следил за врагами пристально и сурово).
Была теплая майская ночь. Я стоял на вышке, раздумывая о том, что совсем скоро все закончится и я отправляюсь домой. Подальше от всех этих Дурачковых, Громиловых и прочих людей, не обладающих навыками анализа, психологии и элементарной логики.
Внезапно у ворот появились два человека. И кто же это мог быть? Конечно же, Громилов с Дурачковым. Даже и не знаю, по каким делам они прибыли в часть в такое время, но меня это и не касалось. Отправив напарника за ключами на КПП, я приготовился к какому-нибудь очередному феерическому заданию по добыванию нефти на Луне.
Пара минут прошли в тишине. Затем Громилов, видимо, сгенерировал идею и гаркнул своим командирским голосом:
– ЧеширКо!
Я ещё не был ЧеширКо, но, видимо, Громилов что-то подозревал уже тогда.
– Я, товарищ капитан, – печально вздохнул я, приготовившись к тому, что мне сейчас придется, например, собрать вертолет из подручных средств и улететь бомбить Ирак.
– Знаешь что?
«Знаю», – мрачно подумал я, но вслух ничего не сказал.
– Вот что я тебе скажу, ЧеширКо... – Громилов помолчал, а потом поднял голову и посмотрел на меня, – я бы с тобой в разведку пошел.
Это цитата. Именно так он и сказал.
Я молча смотрел на Громилова, он смотрел куда-то вдаль, Дурачков молчал и нервно курил – ему явно была неприятна вся эта ситуация – беда какая, шпион оказался не шпионом. Но мне было плевать, что там думал исполнительный Дурачков. Собравшись с мыслями, я все же задал этот вопрос:
– Нашли стукача, товарищ капитан?
– Угу.
Я не стал спрашивать фамилию человека, из-за которого я очень весело провел последние пару месяцев, но вместо этого почему-то решил, что имею право выдать какое-нибудь нравоучение.
– Вот видите, как бывает, товарищ капитан, не разобрались, а человек пострадал. Нехорошо же, правда?
– Бывает... – буркнул Громилов.
Извиняться он, конечно же, не стал – не по чину, но мне было более чем достаточно и того, что он сказал минутой ранее.
В это время подоспел мой напарник с ключами, открыл ворота и запустил офицеров внутрь.
Я не знаю – кто был стукачом, не знаю – был ли он вообще, не знаю – что повлияло на то, чтобы капитан при другом офицере решил сказать мне такие слова – отзывы моих сослуживцев обо мне или просто чувство внутренней справедливости Громилова. Ничего этого я не знаю и никогда уже не узнаю.
Свой срок я дослужил без приключений и вернулся домой день в день. А что самое главное – со спокойной душой и чистой совестью. Справедливость все же восторжествовала.
Мне было двадцать два года, но эта история глубоко отпечаталась в моей памяти. Я на всю жизнь запомнил одну простую истину. Правда – она всегда найдет путь, просочится как вода сквозь любую преграду. Как бы ни было тяжело, как бы ни казалось, что все и всё против вас, если вы знаете, что правда за вами, но никак не можете повлиять на ситуацию – ждите. Наступит момент и вы поймёте, ради чего вы ждали. Уверен, что некоторые из вас прямо сейчас находятся в подобной ситуации – не опускайте руки, не отчаивайтесь. Всему свое время.
И ещё. Обязательно занимайтесь спортом, но только в строго отведенное для этого время. А то, знаете ли, кого только ни встретишь по пути к спортзалу в неурочный час...
Вот такая история.
С наступающим праздником всех причастных!
yaplakal.com