Евгений Кузнецов. Люди из стали

Продолжим собирать информацию в преддверие Великого 9 Мая.
Об окончании сообщу.

Последний рейд Кузнецова: как четыре Т-34 ворвались в логово «Тигров».

Годы идут без остановки. С каждым днём остаётся всё меньше очевидцев той ужасной войны, забравшей миллионы жизней. Но память о героических поступках, особенно о тех, что оказались в тени крупнейших битв, обязана сохраняться.
Один из таких эпизодов — взятие небольшого, но имевшего большое стратегическое значение городка Грайворон в августе 1943 года, где решающую роль сыграл танкист Евгений Кузнецов, чьё мужество до сих пор остаётся малоизвестным.
7 августа 1943 года Грайворон очистили от гитлеровцев. На первый взгляд — рядовой случай на фоне масштабной Курской битвы.
Совсем нет! Этот городок, редко отмеченный на картах, внезапно приобрёл огромное значение в борьбе за южный фас Курской дуги.
Занятие Грайворона позволяло окончательно замкнуть окружение вокруг мощной немецкой группировки, блокированной у Томаровки. Это был финальный штрих в создании «котла», из которого врагу уже не выбраться.
Начало августа 1943-го ознаменовалось решительным контрнаступлением советских войск на юге Курской дуги. Соединения Воронежского фронта совместно со Степным фронтом развернули Белгородско-Харьковскую операцию.
Утром 3 августа грохот множества орудий возвестил о старте наступления. Советские танковые группировки проломили вражескую оборону и устремились к Харькову и Богодухову.
К вечеру 5 августа манёвр 6-й гвардейской армии под командованием генерала И. М. Чистякова по окружению томаровско-борисовской группировки почти завершился.
Свободным оставался лишь узкий проход между подразделениями 14-й гвардейской танковой бригады у села Ивановская Лисица и 5-м гвардейским танковым корпусом в районе Головчино (само село всё ещё удерживали немцы).
Воздушная разведка обнаружила тревожные данные: у Ахтырки скапливалась крупная немецкая танковая колонна, спешившая на выручку окружённым.
Любое промедление грозило катастрофой. Требовалось срочно захватить Грайворон, чтобы полностью замкнуть кольцо и ликвидировать томаровско-борисовскую группировку. А затем — наступать дальше на Ахтырку, разбить подходящие резервы и открыть путь для удара в обход Харькова с запада.
Обстановка была напряжённой: пехотные части отстали от быстро движущихся танковых соединений на 25–40 километров!
Командующий Воронежским фронтом Н. Ф. Ватутин осознанно шёл на большой риск, приказывая танкистам заходить глубоко в тыл противника. Он рассчитал верно: чем глубже рассечена вражеская группировка, тем неминуемее её уничтожение.
Перед 14-й гвардейской танковой бригадой стояла крайне сложная задача: сковывать врага на своём участке, а основными силами (12-я гвардейская танковая и 3-я гвардейская мотострелковая бригады) вместе с 241-й стрелковой дивизией прорвать оборону западнее Ивановской Лисицы.
В прорыв должна была войти 13-я гвардейская танковая бригада полковника Л. И. Баукова — передовой отряд корпуса. Ей предстояло стремительно продвинуться к Грайворону и взять его с ходу.
С юга к городу прорывались другие силы. 49-я танковая бригада (3-й механизированный корпус) и 20-я танковая бригада (6-й танковый корпус) из 1-й танковой армии генерала М. Е. Катукова, а также 21-я гвардейская танковая бригада (5-й гвардейский танковый корпус генерала А. Г. Кравченко) 5 августа вышли на рубеж Одноробовка — Ивашки — Александровка.
Катуков поставил 5-му гвардейскому корпусу задачу освободить Грайворон. Однако основные силы корпуса были заняты уничтожением Томаровской группировки.
Ближе всех к цели оказалась 20-я гвардейская танковая бригада полковника С. Ф. Шутова, перерезавшая путь отхода немцев из Борисовки на Грайворон у села Головчино.
Бригада вела жестокий, неравный бой, отражая атаки с двух сторон: из Грайворона наступала немецкая 11-я танковая дивизия, пытавшаяся прорваться к окружённым в Томаровке, а те, в свою очередь, отчаянно старались вырваться из «котла».
Чтобы помочь бригаде Шутова продержаться до подхода главных сил, генерал Кравченко пошёл на дерзкую хитрость. Он приказал 1-й роте 152-го батальона 21-й гвардейской танковой бригады (находившейся восточнее Грайворона, у станций Ивашки и Одноробовка) совершить налёт в тыл противника.
Цель — отвлечь на себя силы грайворонского гарнизона, вызвать панику, «взбудоражить» немцев, как говаривал комкор, до прибытия основных сил.
В этот смертельно опасный рейд отправились семь танков Т-34. Шансов вернуться у экипажей почти не было. Три машины затаились в засаде у моста перед селом Масычево. Остальные четыре, с пехотинцами на броне, на предельной скорости ринулись к Грайворону.
Командовали ими лейтенанты Кузнецов, Псарь, Головченко и Аршанский. Они ворвались в город через мост через реку Грайворонка. Завязался неравный бой. Силы были слишком несопоставимы…
5 августа 1943 года Грайворон был буквально переполнен войсками и техникой элитной 11-й танковой дивизии вермахта.
На её вооружении находились новейшие грозные машины: тяжёлые танки «Тигр» и «Пантера». Гарнизон чувствовал себя уверенно, прикрывая пути отступления окружённых немецких частей.
6 августа, в полдень, гвардейцы-танкисты обрушились на врага как снег на голову.
Неожиданность была потрясающей! Ведь опорные пункты в Борисовке и Головчино ещё держались, прикрывая подходы к городу. Три наших танка у моста быстро подбили. Но четвёрка смельчаков прорвалась прямо в центр Грайворона.
На главной улице (сегодня — Тарана, до войны — Трудовая) разгорелся настоящий танковый поединок.
Молодой командир Т-34, гвардии лейтенант Евгений Иванович Кузнецов, действовал с поразительной дерзостью и умением. Искусно маневрируя между домами, он не давал опомниться ошеломлённым гитлеровцам.
Его точные выстрелы ложились прямо в цель: загорелись две «Пантеры», был подбит «Тигр», ещё один средний танк и самоходное орудие. Огнём пушки и гусеницами его «тридцатьчетвёрка» превратила в груды металлолома до 45 вражеских грузовиков с пехотой и боеприпасами.
Не сбавляя накала боя, Кузнецов вместе с уцелевшими танками преследовал панически отступавших фашистов, двигаясь в сторону аэродрома.
Казалось, сама ярость и храбрость вели его машину. Но неравный бой не мог длиться вечно. Не доехав всего 500 метров до аэродрома, танк Кузнецова подбили и подожгли из засады — его поразил ещё один «Тигр».
Пулемётчик погиб сразу, сгорев в машине. Остальные члены экипажа, тяжело раненные, в горящем обмундировании, продолжали отчаянно сражаться до последнего. Сам Евгений Кузнецов получил тяжёлое ранение в живот.
Среди тех, кто стал свидетелем того страшного и героического дня, была юная Вера Алексеевна Кулик, которой в 1943 году едва исполнилось 15 лет. Её дом на улице Луначарского оказался на пути последнего боя кузнецовского танка. Вот что она вспоминает спустя десятилетия:
«Сам бой начался в полдень 6 августа, за сутки до освобождения города. Женщины и дети нашей улицы стали очевидцами последнего боя того танка.
Он летел как на крыльях, на нём было три человека. На углу Февральской и Урицкого танк подбили, и он загорелся. Выжившие танкисты выбрались из пылающей машины и вытащили своего тяжело раненого командира. Раненых укрыла у себя семья Толкачёвых».
Евгения Кузнецова, терявшего кровь, положили в доме под кроватью. Двух других бойцов — Георгия (он представлялся «Жорой») и Владимира — спрятали в погребе.
Вскоре приехали немцы на машине, начали обыскивать дома в поисках советских танкистов. Отважные женщины сумели убедить фашистов, что в доме никого нет.
В полдень следующего дня, 7 августа, Грайворон окончательно освободили. Умирающего лейтенанта Кузнецова успели забрать прибывшие медики.
Жора и Володя, спасённые танкисты, потом писали письма своим спасительницам до конца 1944 года, но позже связь, увы, прервалась.
Где похоронили смертельно раненого Евгения Кузнецова? Почему место его последнего упокоения оказалось утеряно?
Это остаётся одной из печальных загадок той войны. После того отчаянного рейда выжили лишь несколько человек: гвардейцы Г. Усачёв, А. Чуриков и лейтенант Николай Сутулов. Их показания бесценны, но они не проясняют судьбу могилы командира.
Подвиг не прошёл незамеченным. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 января 1944 года на основании представления командующего Воронежским фронтом генерала армии Н. Ф. Ватутина гвардии лейтенанту Евгению Ивановичу Кузнецову посмертно присвоили звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
Освобождение Грайворона 7 августа 1943 года стало не просто локальной тактической победой. Оно ознаменовало полный разгром немецких войск в тактической полосе обороны на Белгородском направлении южного фаса Курской дуги.
Кольцо вокруг томаровско-борисовской группировки сомкнулось, план немецкого контрудара из Ахтырки был сорван. Это был важный вклад в победу на Огненной дуге.
Память о подвиге танкистов, особенно Евгения Кузнецова, жива в Грайвороне. К 35-летию освобождения города одна из его улиц была названа в честь героя-комсомольца.
Это скромная, но вечная дань уважения всем воинам 5-го гвардейского танкового корпуса, проявившим невероятную стойкость и отвагу в боях за освобождение Грайворона.
Их подвиг, даже если о нём знают не все, навсегда вписан в историю Великой Отечественной войны. Изучение архивов, поиск новых свидетельств — наш долг перед павшими героями, чьи имена и дела не должны исчезнуть навсегда.


Это сообщение отредактировал civicman - 24 апр 2026 в 13:32

...

Ещё немного фото

..

..

на этом всё
спасибо за внимание