Развот. 5 лет. Фстреча., Слезы и аццкая ебля пряма в супирмарките

Ахуенная, на мой фсглят, новасть приписдила к нам ис далекава гишпанскава края. Некий дон Педра, решил забижать в супермаркет на предмет затарить немнога синьки и быстрапригатавляемаво даширага. С тех пор как он развелся са сваей супругай это был ево абычный рацеон. Ну а паскока прецтаяла раждественская ночь он решил взять нескалька аднаразавых тарелок шоп пажрать как челавеку. И тут ево серце бешино закалотилось пад нестираной пять лет рубажгой. В заляпаных спермой мятых бруках праизашло непанятнае шивиление.


-"Че эта за хуйня са мной, карамба, тысяча каридцких быкоф мне в жеппу?" - спрасил сам сибя дон Педра. - "Нада завязывать жрать сухой дашираг - да дабра не давидет". Но дело было савсем не прадуктах быстрава петания. Он увидил перид сабой такую, да боли в яйтсах, знакомую жеппу в анфас. Нималадая женсчино иратична нагнулась, вибирая навагоднии игружги на нижней полке, аткрывая на абазрение пару крепких, аптянутых стречами полужопий. Он не перепутал бы эти палужопия ис тысичи. Это была тылавая часть пакинутой им 5 лет назат супруги.


У дона Педра защемило серце - "Зачем же я ее тагда... скавароткой па ибалу?... ну падумаишь, ну нашол голава Гомеса пат краватью, может у нево запанка закатилсо... может у нево на запанке весь кастьум диржалсо? И хуле, Санча пряталсо за занавескоме... еслип я играл в прятке, тожа п там спряталсо... ну и разносчек пицы, ну падумаиш в адних трусах - тагда жарко ниибацо было, шкуру с сибя снимешь..." - невесело размышлял дон Педра, глядя быфшей жине прямо в анус.


Он падашол к жеппе и негромка ей сказал - "Здраствуй, Канчита... давно нивидились...". Жеппа ат неажиданнасти громка всхрапнула и типерь вместо палужепий на дона Педро сматрело ебало ево жены, немнога несимитричное, видима после рихтофки скаварадой. -" Педра... эта ты... я так тибя ждала" - из глаз Канчиты пакатились слезы. Ана кинулась Педре на шею. Педра уже не мок этава всево стирпеть и усадил Канчиту прямо на полку с раждествнскими зайцоме.


Разарваф на сибе и на быфшей жине адежды он устроил на стелажах такую аццкую вебрацию, ат каторой заработали фсе мехничиские игружге. Зайцы били в барабаны, медведя пели 'джингл белл', деды марозы пускали в воздух радужныи шариги а калонна слонегоф тыкала хобатами друк друга в анус. Вызваные джидаи ничево не магли сделать. Падхадить к парачке было слишком апасно. Можна было лехко палучить телесные увечия ат бешино балтаюсчихся рук и нок, а также ат падаюсчих с верхних полок фарфоравых ангелоф с луками и яйцоме.


Пастепенно бльустители парятка непраизвольна вашли в такт и синхронна с донам Педрам начили передергевать затворы. Падтянулись тагже и пакупатели с кассироме. Супирмаркет начил напоминать садом с гаморой - драчи с нами, драчи как мы, драчи лучше нас. Ат аднавременнава аргазма Канчита заарала так, што лопнуле окна в макдоналдсе напротиф. Заицы атбили паследнюю дропь и затихли. В магазине нависла наприжонная тишина.


Джидаи, увидиф, что састава преступления нет, зачихлили абратна атсриляфшиеся арудия и вышли из магазина. Фсе вирнулись к пакупкам и жизть патекла сваим черидом. Дон Педра нежна абнял новоабритенную любофь и низаметна выкинул ис карзинки ненависный дашираг. Новый гот абисчал быть удачным... © Атэц Батько

ничиго не спиздел, тока нимнога приукрасил