На войне самая большая цена жизни.
ХЗ как так получается.
Я грузил убитого взрывом в ГАЗ-66 и боялся ... Чего боялся? Боялся испачкаться кровью. Убитого разорвало в разных местах осколками.
Мне было стыдно из-за страха, но ночь, обстрел продолжался. Никто не заметил.
А потом я нашёл ещё одного. Думал, что живой. Он шептал чего-то.
Мой друг, узбек из Бухары, принёс носилки.
В общем, пока я ждал друга и стоял рядом с раненым - я молился. Прятался от эРэСов за бетонный столб и думал, за какую сторону лучше встать.
Ну, потом несли в санчасть. Там врач сразу определил, что наш раненый убит. Конечно, там светло и я уже увидел, что у него пробито горло, видимо кровь булькала, а я думал, что он шепчет. Просто в темноте всё по другому.
А потом мы шли обратно в палатки, народ тоже. И обстрел уже кончился. Наверное это прошло довольно быстро.
С артполка хуярили Грады. Все перекликивались, спрашивали как дела. По пути подбирали слетевшие солдатские тапки и панамы. Пофигу чьи.
Кто-то сказал что ранили прапорщика! И мы ржали! Осколок попал ему в задницу.
Да, было так же темно, но мы уже "видели".
Минуты между страхом и жизнью. Это тоже жизнь.
Нам было по 18-20 лет.
И мы были совсем не против выпить. И пох, что это сокращает жизнь. После обстрела нам казалось, что этого у нас очень много.
Мы выжили. А я до сих пор не знаю как звали тех пацанов и откуда они призывались.
С Васей Клюцук (Украина, г.Каменец Подольский) соревновались по гирям у нас в палатке. Васька меня обыграл на правой руке, а я его на левой. Ничья! Но я потом отыграюсь, гири-то мои, потренируюсь и выиграю у него!
Нет. Через несколько дней на Панджшере ночью БТР разворачивался в винограднике (не туда заехали, поворот проскочили). И в борт 902, прям в цифру НОЛЬ попал гранатомётчик. Прожёг броню и Ваську горячими осколками в грудь. Он там внутри один был. Санинструктор нашего ПМП. Остальные попрыгали с брони, сверху сидели.
"- Никогда я у Васи не выиграю на правой руке!" - это первое, что я сказал, когда Бульба-почтарь забежал к нам в палатку и сказал про Ваську.
Собирался, собирался приехать к Васе на могилу и не смог.
Так-то уже 60 лет, много друзей ушли. Только с моего призыва весна 84 с нашей автороты 5 парней умерли.
А жизнь всё продолжается.
Жить надо, все там будем.