Иркутская область оказалась не готова ко второй волне ковида.

Последние две недели ленты социальных сетей и чаты мессенджеров переполнены сообщениями «у меня ковид», «у нашего друга ковид», «в соседнем офисе у сотрудницы ковид», «в школе у ребенка в классе ковид»… И ощущение полной растерянности, иногда — отчаяния. Почти в каждом посте, вне зависимости от социального статуса его автора, вопрос: «Что делать?».

Иркутск
«У меня COVID! — написал в фейсбуке популярный теле- и радиоведущий Иван Вильчинский, — болею достаточно тяжело. Поражение 35% легких. В понедельник, 28 сентября, приехал первый врач ко мне домой, 29 сентября взяли анализ. Сегодня 7 октября! Мне даже никто не перезвонил и не сообщил о моем положительном анализе. Блин! Если бы я через свои каналы не добыл информацию о диагнозе, то до сих пор я бы не знал, что болею! Поражение легких 35%, была температура 39, и никто даже не набрал меня, чтоб хотя бы диагноз сообщить. Будьте готовы остаться один на один со своей болезнью».

Иван Вильчинский — известная личность, и если даже ему тревожно, что уж говорить о других.

Иркутский врач-травматолог Вячеслав Чупров узнал о положительном результате теста 16 октября. Семь (!) часов он пытался дозвониться до поликлиники, чтобы получить электронный больничный лист... «Безрезультатно... Все выходные я упорно обзванивал различные номера, с которых меня откидывали к новым номерам... Благодаря моему упорству я все-таки дозвонился до поликлиники, участковый терапевт выдал больничный лист, схему лечения одобрил. КТ, увы, сделать не могу... Так как являюсь заразным, а рисковать здоровьем работников КТ, а также окружающих я не намерен».

Ангарск
Неделю назад портал «Правмир» рассказал о мытарствах 48-летней ангарчанки Жанны Федоровой. Получив положительный анализ на коронавирус, она оказалась отрезанной от мира. В поликлинике ей прямо сказали: «Так как вы ковидный больной, врач к вам не придет. В больницу вас госпитализируют только как тяжелобольного». В направлении на КТ и анализы крови тоже отказали: «Мест на КТ нет, мы отправляем только тяжелых. А анализы у вас не возьмут, так как вы болеете, к вам никто не придет. Ни платно, ни бесплатно». Состояние женщины ухудшилось, отекло горло, стало трудно дышать — и полная неизвестность впереди.

Братск
Здесь прямо во время написания этой статьи разворачивалась трагедия. 12 октября 64-летняя женщина с высокой температурой пыталась дозвониться до врача или в скорую помощь. В скорой просто сбрасывали звонок, в поликлинике сказали: терапевты не ходят по домам, идите сами. И она пошла. Представьте — человек с температурой под 40 вынужден был стоять несколько часов в очереди. Потом еще несколько часов в очереди на мазок…

Известная братская журналистка Елена Кутергина написала об этом полный гнева и боли пост в фейсбуке: «Я пережила ужасную ночь, пытаясь организовать помощь маме моей знакомой. Дочь в Иркутске, мама в Братске. Теряет сознание от температуры под 40. Самостоятельно вызвать не могли ни врача, ни скорую несколько дней. Дочь в панике, умоляет помочь. Пишу знакомым на станцию. Там люди пытаются что-то сделать — просто график к чертям, в сутки — по 500 вызовов, и это только в центре, а что такое Братск с его разбросанностью, вы знаете. Итог: уже в первом часу ночи сегодня скорая приехала — маму госпитализировали с 70% поражения легких».

К сожалению, было слишком поздно. Спустя двое суток женщины не стало.

Если люди не могут дождаться медицинской помощи в крупных городах, то страшно даже подумать о том, что происходит в далеких поселках и деревнях. Там нет медийных персон, фейсбуков, инстаграмов, а часто и самого интернета. Хорошо, если есть родные в городе, которые могут рассказать о беде, как это сделала бывшая ангарчанка Надежда Дорощенко, написав в инстаграме очень резкий пост о критической ситуации в Новонукутске.

Вот фрагмент из этого поста: «Что за беспредел творится в Иркутской области?! @kobzevnasvyazi почему область не готова ко второй волне, о которой говорили с весны?! Прошу срочно помочь моим родным с госпитализацией и их лечением. Моя мама, тетя и дядя больны двусторонней пневмонией. И все в группе риска, возраст 60+. Тетю увезли в Черемхово только после рентгена, который выбила моя сестра. Маму положили в больницу в поселке, но там не хватает препаратов. А дядю вовсе оставили лечиться дома, потому что мест нет в больнице. У меня душа просто разрывается от того, что я не могу им помочь. Один наш родственник уже умер от ковида. Я не хочу потерять остальных!»

Благодаря широкому резонансу ее крик был услышан, Надежде лично позвонил губернатор. Обещал помочь. Но параллельно звонили другие высокопоставленные лица разного уровня с просьбой удалить пост, «чтобы не поднимать волну».

Эти «лица» даже не понимают, насколько жалко и трусливо они выглядят. Волна уже поднялась, она идет, грозя снести все на своем пути. Воздух наполнен тревожным ожиданием — такого не было в первую волну пандемии, тогда казалось, что коронавирус где-то далеко. Сейчас беда коснулась практически каждого. И неизвестно, что делать, куда бежать. «Вчера резко высокая температура поднялась, — пишет в фейсбуке Татьяна из Иркутска, — почки болят, дышать сложно. Звонила в поликлинику с вопросом — что делать? Тест, сказали, платный, у нас четыре человека в семье».

На этом фоне — множество фотографий огромных очередей в диагностический центр: люди стоят, чтобы сдать анализ.

«Человек 50 находились перед центром, — пишет Евгения, — кто стоял, кто сидел на немногочисленных лавочках. На улице не июль. Люди стоят часами. Здесь и здоровые, и больные, вернувшиеся из поездок и готовящиеся к госпитализации. Анализы принимает один (!) человек! Хочется спросить чиновников от минздрава: у вас же целый штаб организован для борьбы с коронавирусом. Может быть, членов этого штаба поставить на забор анализов, если они не могут нормально организовать процесс?»

От безысходности люди начали обмениваться в соцсетях рекомендациями, чем лечиться. Мелькают названия препаратов, в том числе антибиотиков, которые выписывают только по рецептам. Со стороны это выглядит безумием, кто-то пишет: «Удалите пост, лечение назначить может только врач, не рискуйте своими и чужими жизнями». На что другие отвечают, что у них просто нет другого выхода, кроме как лечить себя самостоятельно.

«У подруги муж вторую неделю болеет, — делится Ольга, — это фильм ужасов про беспомощность и незащищенность, включая, например, то, что врач повторно на дом не приходит, два часа в очереди в поликлинике с температурой 38, скорая вчера сказала, что мест в больнице нет (направление на руках), не поехали, а сегодня хуже. Что еще делать, как не хвататься за все соломинки».

«Скорую вызвать невозможно. При мне мужчина привез в поликлинику жену с температурой +40, врачей так и не дождались. В поликлинике тест не назначают, КТ тем более. Ложиться и помирать, что ли?» — добавляет Елена.

Люди ругают врачей, руководство регионального минздрава — но только ли они виноваты? Главная причина нынешнего коллапса — в самой системе, которая выстроена, как и все в России, по вертикали. Все решения зависят от одного человека — президента Путина. Одобрил президент — машина заработала, решения спускаются вниз к региональным министрам и далее к заведующим и главным врачам. Ни один главный врач не примет самостоятельного решения без указания вышестоящего начальства. И ни один региональный министр или губернатор шага не ступит без высочайшего соизволения из Кремля.

Эта система худо-бедно справлялась с нагрузкой в условиях относительной стабильности, но в обстановке пандемии, когда нужно принимать решения оперативно и брать на себя личную ответственность, она оказалась абсолютно неэффективной. Что мы и наблюдаем сейчас. Везде в социальных сетях пишут о неготовности больниц, нехватке врачей в поликлиниках, перегруженности станций скорой помощи, невозможности сдать тест и т. д.

Во вторник в программе «Вести — Иркутск» вышел потрясающей силы репортаж из села Грановщина: во время съемок прямо на улице, не дождавшись скорой помощи, скончалась пожилая женщина. Спустя некоторое время выяснилось, что на соседней улице упал замертво еще один человек. Журналист, снимавший сюжет, явно был в шоке: «Все произошло очень быстро, — сказал он, — скорой не было уже почти два часа», а в это время за его спиной прямо на дороге лежал покойник, прикрытый одеялом. Страшно.
Но власть, похоже, этого не видит или не хочет видеть. На последней видеоконференции Путина с членами правительства министр Голикова сообщила, что, хотя ситуация достаточно напряженная и сложная, но она под контролем и что дополнительных ограничений в связи с ней не требуется. А что же ответил президент? Сказал ли он, что управлять медициной как прежде уже невозможно, что надо срочно принимать экстренные меры? Нет. Путин сказал про новую вакцину и предложил продлить срок льготной ипотеки… Ведь у нас все под контролем, правда? А если Путин ничего не сказал, значит, все хорошо.

Поэтому все молчат или снимают с себя ответственность. Решения в существующих условиях действительно принимать трудно, а возможно, даже опасно. Вот мэр Москвы Сергей Собянин еще весной проявил инициативу по введению цифровых пропусков, и как говорят источники в администрации президента, его активность вызвала раздражение в Кремле. Поэтому все молчат и ждут указаний сверху. Но их нет. А в это время люди не могут вызвать врача, страдают в очередях и… умирают. Это система.


Фото из паблика «Инцидент | Иркутск» в «ВКонтакте» от 19 октября. Это МСЧ-36 в Ангарске, очередь в кабинет 112, куда приходят больные с признаками ОРВИ. «Помещение никак не обрабатывается, — комментирует автор, — антисанитария сплошная, дистанция, соответственно, не соблюдается. Потом удивляемся: откуда же столько заразившихся?»

http://liveangarsk.ru/

Иркутск.