Вор украл телефон и взял на его владельца кредит. Пострадавший более двух лет избавлялся от долга

В июле 2020 года Павел не обнаружил у себя телефона — он говорит, что мобильный украли ночью. Купив новый телефон и восстановив сим-карту, он зашел в приложение банка, чтобы проверить баланс, и заметил, что счета пусты, зато на нем висит долг: заполучивший мобильник человек оформил кредит на 480 тысяч рублей через банковское приложение и сразу вывел деньги на другие счета. В тот же день Павел подал заявление в полицию, там возбудили уголовное дело по статье о краже с банковского счета, а заявителя признали потерпевшим.

Однако кредит оставался, и осенью 2020 года Павел пошел в суд — он хотел, чтобы кредитный договор признали недействительным, а также требовал взыскать с банка судебные расходы в размере 35 тысяч рублей. Свои требования он обосновал тем, что спорный договор не подписывал, его волеизъявление на заключение этого договора отсутствовало, а анкета и СМС-сообщение не дают банку права выдавать кредит, не проверив личность заемщика.

Суд с доводами Павла не согласился: приложение, установленное истцом на мобильный телефон, позволяло оформить кредит и перевести деньги путем подписания электронной подписью без введения дополнительных сведений. На момент заключения кредитного договора у банка не было информации о том, что Павел телефон утратил, а то, что он признан пострадавшим по делу о краже, на его отношения с банком никак не влияет. Деньги ему предложили требовать с того, кто их украл.

— Заемщик вправе требовать от лица, совершившего уголовное правонарушение, возмещения всех причиненных убытков. При этом данное обстоятельство не освобождает заемщика от исполнения обязательств по оспариваемому кредитному договору, — заключил Хорошевский районный суд Москвы и отказал в удовлетворении исковых требований.

Павел попытался оспорить решение, но ни апелляционная, ни кассационная инстанция на его сторону не встала. Тогда должник дошел до Верховного суда.

Верховный суд изучил дело и обратил внимание на некоторое противоречие: с одной стороны, суды говорят, что кредитный договор заключен по всем правилам, а с другой — признают, что истец вправе предъявить требования о возмещении ущерба к вору. Получается, они не сомневались, что договор от имени Павла был заключен без его участия? Но тогда получается, что договор заключен неправомерно. Самого договора в материалах дела, кстати, нет — и это тоже нарушение.

Верховный суд вернул дело в апелляционную инстанцию. Помимо прочего, ВС РФ обратил внимание на то, что кредитный договор был заключен посредством удаленного доступа и предоставленные средства были тут же переведены на счета третьих лиц. А Конституционный суд считает, что при таких обстоятельствах кредитной организации следует принимать повышенные меры предосторожности.

— Действиям банка, являющегося профессиональным участником этих правоотношений, с точки зрения добросовестности, разумности и осмотрительности при заключении договора и исполнении обязательств судами в нарушение приведенных выше положений закона и его толкования никакой оценки не дано, — подчеркивается в определении Верховного суда.

Адвокат Павла Юлия Дунаева рассказала , что Хорошевский районный суд Москвы (по адресу прописки банка) часто рассматривает подобные иски. Почти всегда клиентам отказывают, но дело ее доверителя, дошедшего до ВС РФ, после очередного решения суда может стать прецедентным.

via