Мой друг - Пупочник-2.

Ночь настала как обычно в 23-00 и я, предупредив зверье о наступлении сонного промежутка, растянулся под одеялом. Уснул как всегда мгновенно, но…

…По молодости я спал так, что не слышал криков будильника, истерящего на тумбочке около уха.

Хотя был один будильник, способный меня разбудить. Я только потом понял, почему продавец так дьявольски ухмылялся, когда я попросил «самый громкий». По привычке поставил новый будильник возле уха и, как оказалось, Иерихонская труба по сравнению с ним, это пастушья свирелька просто. После того, как сработал этот будильник, я подорвался с кровати еще задолго до того, как проснулся. От оглушающего звона рухнула какая-то защитная перегородка в мозгу, отчего звук из ушей мгновенно проникал в кишечник, а оттуда уже вылетал по линии наименьшего сопротивления. И сердце пообещало, что еще раз вот так проснусь, и оно выскочит вместе со звуком из того же места…

После этого, неожиданно, пришел пятый десяток лет и я начал просыпаться не только под обычные будильники, но и даже когда на кухне тихонько вспёрднет кот.

…Глаза открылись в два ночи часа от того, что, совсем рядом, кто-то ненавязчиво постукивал пудовой гирей по эмалированному тазику. Это было так внезапно, что в заднице резко распрямилась пружина и подкинула меня с кровати. Пока бежал на кухню, стук прекратился и в обитель еды я ворвался уже в полной тишине.

Все было как всегда, на диване тихонько спал и подгазовывал во сне Пупочник, отчего хвост его то поднимался, то опускался, выполняя функцию дозирующего клапана.

Вокруг было темно и тихо. Может показалось? Ну, раз пришёл на кухню - попил водички, еще раз, как можно подозрительней посмотрел на Пупочника и пошел спать. Вдогонку мне неслись звуки, причмокивающего во сне кота.

Следующий раз сон покинул организм где-то около трех ночи. Прислушавшись я догадался, что кухню с дружеским визитом посетила орда диких татаро-монгольских всадников и устроили там Курбан-байрам с традиционными жертвоприношениями. Это я понял по веселым крикам Пупочника. Видимо он тоже принимал участие в празднике, со стороны приглашенного.

Как обычно, на кухню я ворвался в полной тишине. Всадники, еще до моего прихода куда-то попрятались, а Пупочник смотрел на меня ясным взором, как бы говоря, ты что тут забыл, среди ночи то?

Вот тут-то, глядя в эти честные, полные искренности глаза, я начал что-то подозревать.

Пупочник! Я был строг и проницателен. – Если ты… Еще раз… Если я проснусь… Уши на жопу… Хвост в ноздри засуну!

Пупочник был само недоумение, что и выразил своим внутренним звуком - «Угггрррр» И только хвост подозрительно шевелился, пытаясь заткнуть выход справедливого негодования из Пупочника.

В половину четвертого утра мне захотелось пить. Это желание возникло скорее всего из-за того, что на кухне, обдолбанный лось в период гона, пытался насиловать холодильник, одновременно исполняя национальную песню грустных лосей, которым никто не дает. Даже самая страшная лосиха. Песня подозрительно напоминала тирольские напевы, в которых мелькало до боли знакомое «Угггрррр»

То, что я был прав, подозревая внезапного лося, подтвердил Пупочник, когда я традиционно ворвался на кухню.

- Это все лось – честно глядя в глаза поведал мне Пупочник. – Я ему говорил, что нельзя, но он же большой и сильный! ... А я же маленький и слабый! Иэх… – И при этом как-то подозрительно сожрал крошку чего-то, повисшую на усах.

Что там происходило ночью, для меня так и осталось тайной. Хочется верить Пупочнику, что он тут не причем, но вот этот слишком честный взгляд… Слишком уж он честный, для такой хитрой морды.