Интересные снимки известных людей 20.11.24

Александр Кайдановский


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Эта фотография сделана 25 июня 1958 г, а не в 1941.


Это сообщение отредактировал ПроХфессор - 21 ноя 2024 в 08:05

Цитата

13

Херассе у него правая рука!

Цитата (Адмиралец @ 21.11.2024 - 00:52)

Цитата (esssta @ 20.11.2024 - 19:52) Наталья Фатеева Интересная могла бы быть пара, с Мироновым, но его маман, костьми легла против такой невестки...

Фатеева ещё та шалава была. Все роли через постель. Маман Миронова это знала.

Всем фоткам плюс, Сенчина красотка.
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Майя Плисецкая


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Старая гвардия

Цитата (KOPOHEP @ 20.11.2024 - 23:13)

Всегда нравилась Сенчина и внешностью, и голосом.

Это да. А какая она здесь красивая, в юности....

Даже помыслить не могу чтобы сейчас взял кто то написал сценарий фильма "Мы из джаза"

Ведь это полет фантазии в чистом виде, легкий, непринуждённый и чистый. Каждый раз глядя этот фильм думаю об этом, фильм про джаз в стиле джаза

Зимний вечер в Гаграх чем то схож, интересно, не один ли режиссер

зы чутье меня не подвело, оба фильма Шахназаров снял
Это сообщение отредактировал petrovichEkb - 21 ноя 2024 в 09:52

Солнечные лица, как будто лучик доброго света в сегодняшнем сером мире забрезжил от этих старых фотографий.
Воистину отражение той эпохи, когда люди умели, хотели и могли дарить радость другим.

Людмила Сенчина в Афганистане


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата (esssta @ 20.11.2024 - 20:17)

Фрунзе Мкртчян

Бессмертная слава и трагическая судьба. Вот уж действительно…

…Кто-то в гении выбился, кто-то в начальство.
Не жалейте, что вам не досталось их бед…
Размещено через приложение ЯПлакалъ

Георгий Данелия о пробах Инны Чуриковой на роль соблазнительницы Розочки для фильма "Тридцать три":

Чурикова зашла в кабинет, где уже сидели соавторы сценария Ежов и Конецкий.
— Сценарий прочитала? — спросил я.
— Да!
— Сниматься согласна?
— Ой, конечно!
— Ну, иди в группу, я освобожусь, потом поговорим.
Чурикова вышла.

— А кого она будет играть? — спросил Конецкий.
— Розочку.
— О***л? Розочка — это Бриджит Бардо, Мерилин Монро!

Я вышел, пошел в комнату группы, где меня ждала Инна, и попросил ее зайти ко мне в кабинет снова минут через двадцать:
— Но ты уже не ты. Ты — королева красоты, Мерилин Монро или что-то в этом духе. Сниматься не очень хочешь, нас слегка презираешь, но — снизошла.

Через десять минут ко мне в кабинет зашла женщина-вамп. Инна немного изменила прическу, ярко накрасила губы и накинула на плечи шелковый шарфик. Она высокомерно кивнула соавторам, небрежно бросила сценарий мне на стол и сказала низким чарующим голосом:
— Прочитала. Я подумаю.
Кинула уничтожающий взгляд на соавторов и, покачивая бёдрами, удалилась.

— А эта как? — спросил я.
— Эта уже может быть, — сказал Ежов.
— Она похожа на ту, — сказал Конецкий, — но большая разница!


Размещено через приложение ЯПлакалъ

​​Галина Волчек про Олега Ефремова:

«Трудно было быть рядом с таким человеком. Очень трудно. Он был настолько же требователен к себе, как и к ученикам, к актерам. А иногда даже невероятно требователен к окружающим. Его надо было очень сильно любить, чтобы понять, и суметь простить ему все. У меня самой на него было очень много обид, но, конечно, я ему все прощала. Он понимал, что есть один дом-театр-вера, и он относился к этому не просто, как к словам. Олег был требовательный, не то слово, но когда речь касалась чего-то важного для театра, он становился просто непримиримым. Помню типичную историю, это был уже четвертый курс – я должна была играть в пьесе Розова "В добрый час" маму. Я, кстати, была самая молодая на курсе, поступила в Школу-студию в 16 лет – хотя Игорь Кваша потом говорил, что, когда остальные ребята посмотрели на меня сзади, такую, с пучком накрученных волос, все подумали, что я - это мама. Так вот, к Розову. Я очень волновалась – по роли на этом экзамене я играла маму Олега Табакова, хотя моложе его на полтора года. Легла раньше, чтобы быть в рабочей форме, и уснула раньше времени, в которое привыкла засыпать. Вдруг раздается звонок.

️"Спишь?" – говорит Олег. Мы к тому времени уже называли друг друга по именам, отношения были простые, дружеские. "Да, сплю уже, - говорю. - Хочу перед завтрашним прогоном выспаться". "Ну и зря ты спать легла, - говорит. - Ты думаешь, ты хорошо сыграла? Ты плохо сыграла. Отвратительно!"

Конечно, оставшуюся часть ночи, до рассвета, я не могла найти себе места. На репетиции вся тряслась. Он так смотрит на меня – ну давай, играй. Я, дрожа, сыграла этот прогон с мамой Табакова на сцене. А потом Олег подходит ко мне, целует, обнимает. "Хорошо сыграла, вот умница!" – говорит. "Зачем ты так ночью меня ругал?" - говорю, чуть не плача.

А он, знаете, что ответил? Что если бы он меня похвалил, я бы успокоилась и играла плохо, бездарно. Вот такой он был. Вот если бы вы спросили – как обрисовать одним словом индивидуальность Ефремова? Я бы сказала: улыбка. Улыбка! В кино, помните, "Три тополя на Плющихе", потом "Берегись автомобиля" – эту улыбку нельзя забыть, он вкладывал в нее всего себя».


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Если утром где-то заболело,
радуйся тому, что ты живой.
Значит вялое, потасканное тело
как-то реагирует порой.
Вот ты пробудился спозаранок,
организм твой ноет и свербит.
Не скорби о том, что ты подранок,
а проверь-ка лучше аппетит.

Если и со стулом всё в порядке,
смело челюсть с полки доставай.
Приступай-ка к утренней зарядке,
на ходу протезов не теряй.
И, сложив себя из всех кусочков,
наводи фасон и марафет,
нацепи и галстук, и носочки,
Распуши свой тощий перманент.

Главное, под ветром не качаться,
чтобы не рассыпаться трухой..
А вообще, ты выглядишь красавцем -
на молодку бросил взгляд лихой.
Силы подкрепив свои кефиром,
ты готов сражаться с целым миром,
показать всем кузькину мамашу,
чтобы, ёлки-палки, знали наших.

Если ж нету спазмов спозаранок,
коль кефир не пьёшь, не ешь баранок,
может, час неровен, тебя нет,
коль пусты и душ, и рукомойник,
может, ты уже того, покойник.
Сослуживцы вешают портрет.

Так привет вам, утренние боли,
вы благая весть, что я живой,
что ещё я порезвлюсь на воле
с этой вот молодкой озорной.
Раз продрал глаза, всего ломает,
чую, рвётся жизненная нить..
А молодка позы принимает.
Дура, надо в скорую звонить!!!

Эльдар Рязанов


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Цитата (Lars575 @ 20.11.2024 - 18:14)

Дроздов с сосисками! Классное фото

Я думал это хот доги)
Размещено через приложение ЯПлакалъ

«В детстве мы росли как трава в поле! Гуляли на ветру, на солнце и в любви. Все лето бегали босиком. Семья наша была рабоче-крестьянская, родители нас любили абсолютной любовью. При этом труд мы знали с малочки. Все, чему научилась в детстве, я и сейчас умею и помню. Руки не забывают.

Если вдуматься, я росла в послевоенную пору. Родилась через шесть лет после окончания войны. Время было трудное: голодное, босоногое. Но если на детство смотреть как на полстакана воды, то у меня он был наполовину полным, а не пустым. Полным!
Родители были молодые, нас четверо детей, дружно жили, бабушка с дедушкой рядом. В доме всегда пахло пирогами. Я просыпалась, а солнце уже светило. Зажмурившись от счастья, вылезала в окно и, раздвинув вьюны, бежала самая довольная. Знаете, глаза прикрою, а эта картинка стоит у меня перед глазами, не проходит. Время ее пощадило, не стерло. Я была мечтательницей и фантазеркой и не любила ватаги. Могла на облака часами смотреть и фантазировать…Мечтала ли я стать артисткой? Да что вы. Нет, конечно. К нам вагон-клуб приходил один раз в месяц, и то нас, детей, туда добром не пускали. Это потом, когда подросли, стали разрешать кино смотреть.

Робкая мысль о том, а не попробовать ли мне в артистки, пришла ко мне в старших классах. И то приходилось скрывать, одноклассники бы обсмеяли. Там, где я росла, престижной профессией считались врач, учитель. А то артистка! Этого слова в той жизни и не существовало. Театра в глаза не видели. Да что там театра, музея вблизи не было».

Нина Усатова


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Сешок, как всегда- охуенчик! Замечательные люди, замечательные люди
Размещено через приложение ЯПлакалъ

​​«Я успела засветиться в небольшой роли в мелодраме «Когда деревья были большими», там меня Владимир Фетин и приглядел. Он уже был известным режиссером, его «Полосатый рейс» стал прокатным хитом. Пригласил на пробы. Рассказ Шолохова начинался с того, как красноармейцы нашли героиню в сарае пьяной, с задранной юбкой. У меня не было ни малейшего опыта — ни актерского, ни женского, чтобы играть распутную лихую бабу. Режиссера пробы тоже не порадовали. Он сказал: «Смотришься на экране школьницей-двоечницей».

И вдруг три месяца спустя приходит телеграмма: меня вызывают на съемки в станицу Раздорская. От радости надела туфли на шпильке, начесала пучок на голове и поехала. Каблук сломался, как только оказалась на дощатой пристани. Прихрамывая, появилась перед Фетиным и Евгением Леоновым — моим партнером. Евгений Павлович растерялся:
— Как я буду сниматься с такой жерделой? (Так называется лоза, из которой плетут забор.)
— А вы подставьте скамеечку, — нашлась я.

Володя потребовал: на время съемок никакой обуви, маникюра, духов. Меня поселили в доме у местной жительницы. Жара стояла страшная, нередко ложилась спать на раскладушке прямо в винограднике. Просыпаешься, а над тобой нависают черные «дамские пальчики». В сараюшке хранились помидоры величиной с голову, источавшие божественный аромат. Просыпаешься в пять утра, идешь срываешь с грядки помидор, макаешь в крупную соль, лежишь и ешь. А потом помогаешь хозяйке полоть, поливать, красить забор.

Станица была зажиточной, самый модный ресторан не мог бы сравниться с местной столовой — там подавали и раков, и гусятину, и рыбу. Я пропиталась духом этого места, а еще вспомнила, как мы с однокурсницей Эллой Шашковой работали уборщицами, и белый лист в голове начал заполняться впечатлениями, которые шли в копилку роли.

Евгений Павлович был истинно народным любимцем, не единожды поцелованным Богом. Между нами сложились добрые отношения. Иногда он меня подкалывал: «Ну что, дылда, не забыла текст?» Но по большому счету сниматься с ним было счастьем.

Леонов был преданным семьянином, обожал жену Ванду и сына Андрюшу. Они приезжали навестить отца. Помню Андрюшу четырехлетним рыжеволосым смешным и трогательным парнишкой. А в прошлом году мне довелось вручать ему премию в питерском Театре имени Андрея Миронова, есть такой на площади Толстого. Увидела его и произнесла: «Сынок, как же ты вырос, а я и не заметила».

Людмила Чурсина


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Режиссёр Леонид Гайдай и его жена — актриса Нина Гребешкова ехали в переполненном вагоне метро. На одной из станций зашла очень эффектная женщина. Режиссёр не мог не обратить на неё внимание:
— Нина, посмотри на ту женщину! Вот это называется классическая русская красота!
— Где? Где? — начала оглядываться Гребешкова, которая была на две головы ниже супруга.
— Да вон же стоит!
— Да не вижу я никого!
— Ну, вон же, у дверей… Почему не видишь? — удивился режиссёр. Потом присел так, чтобы его голова оказалась на уровне головы жены, посмотрел на спины вокруг и огорчился:
— Нина! Как же ты так живёшь?!


Размещено через приложение ЯПлакалъ

«Я собираю анекдоты с 36-го года. И вот мне рассказали анекдот. «Больной спрашивает врача: «Доктор, я буду жить?». А врач ему говорит: «А смысл?». Представляете? Вот такой упаднический анекдот. И все смеются. А почему смеются? Потому что верят, если это достойно осмеяния, то всё пройдет, всё наладится. Улыбайтесь почаще!»

Юрий Никулин


Размещено через приложение ЯПлакалъ

«Однажды в приёмной раздался звонок от шефа. Поднимаю трубку, Олег Павлович говорит, что во вчерашней газете он прочёл объявление, что на какого-то ребёнка вылилось кипящее масло. «Найди мне эту газету, — потребовал он. — Позвони в приёмную главного редактора и выясни телефон родителей». Он не помнил, какая газета, и оказалось, что она не за вчера, а за позавчера.

Хорошо, что мы их еще не выбросили и нашли это объявление. Я позвонил, попросил телефон родителей мальчика. Мне не хотели давать телефон, но имя его действовало на всех магически.

Когда я маму этого мальчика соединил с Олегом Павловичем, разговор их был короткий, буквально секунд 20–30. И часа через два она уже звонила со служебного входа. Я спустился, отдал ей конверт, и, судя по увесистости, сумма там была немаленькая. Она взяла, сказала: «Спасибо», но как-то сухо, и ушла. Было видно, что женщина не в себе.

Прошёл, может быть, месяц. И вдруг звонок со служебного входа, поднимаю трубку и слышу, как какая-то женщина, еле сдерживая слезы, говорит: «Я буду у него дома полы мыть, я буду ему руки целовать — он спас моего ребенка». Это было настолько эмоционально, что у меня был шок, а женщина продолжала: «Я буду за него молиться, я его отблагодарю». «Ему ничего не нужно», — сказал я. Олег Павлович всегда говорил: «Помощь должна быть анонимной, не нужно это афишировать».

Поэтому артистки, устраивавшие благотворительные концерты, начинали попрекать Табакова, что он отказывается в них участвовать. Я на это могу спросить: «Кто вы все такие?» Он помогал стольким людям! И делал все это за счет только своих денег. Либо обращался, как он говорил, к дружкам своим».

Воспоминания Кирилла Трубецкого про Олега Табакова


Размещено через приложение ЯПлакалъ

«А жизнь ведь проста. Она, правда, не всегда сахар, но простоту жизни надо понимать сердцем, а не головой. Сердце никогда не усложняет жизни.

Сердце у человека одно, а извилин в голове - миллиарды. Голова рождает сложности. Слушайся своего сердца».

Анатолий Солоницын


Размещено через приложение ЯПлакалъ

Про меня Захаров как-то написал, что Леонов сложный, непростой человек. А актер и должен быть непростым. И все не так просто было в моей жизни. Я, например, после театральной студии пришел в Театр Станиславского, а там директорствовала женщина-прокурор. Студии закрывались, картин снималось мало. И мы стали делать что-то вроде открыток с фотографиями из спектаклей. И это хорошо продавалось: мы этим кормились. Оклад-то шестьдесят пять или семьдесят пять рублей был.

Мне всегда казалось, что наше поколение не достигает уровня тех мастеров, у которых училось. Мы все время снижаем требовательность. Особенно к себе. И чаще всего в вопросах вкуса. Нет в крови у актера, что того-то делать нельзя. Нет сейчас никаких комиссий запретительных, и слава Богу. Но должно быть внутреннее табу. Мне все последние годы не хватает в искусстве застенчивости. Немножко все так настырны, тенденциозны, знают «про что». Настоящее искусство чаще не объяснишь — «про что».

Евгений Леонов


Размещено через приложение ЯПлакалъ

;;


Размещено через приложение ЯПлакалъ