Поезд Москва - Владивосток, личный опыт

...

И вот мы первый раз видим ВЛ85, который is a serious power. Как никак самый мощный в мире электровоз, работающий на магистральных линиях.

Вскоре прибыли в зиму, где наш ЭП1 сменился на ЭП1П.

...

...

За окном показались первые следы разрухи

...

Короткая остановка в Черемхово - возможность покурить. Для нас то такой проблемы не было, но для многих она была актуальной, особенно когда между остановками часов 6. Решалась она покупкой лотерейных билетов у проводников, которые, правда, не спасали от ментов.

Уже в темноте прибыли в Иркутск. И бегом в магазин, надо было купить еды. Население вагона снова поменялось. Неизменны остались Люба и Николай. Николай, к слову, ехал до Белогорска, оттуда ему надо было в Благовещенск. Когда мы вернулись в свой вагон, я понял: заряжать свой телефон я буду только по ночам, потому что вагон заполнился подростками лет 14-16, которые организованной группой ехали... в "Океан". Это такой крутой лагерь во Владивостоке. Ехали они от военно-патриотического клуба и оказались отличными ребятами, играли на гитаре и особо не шумели. Четверо из них ехали через стенку от Любы, так что она и ими была недовольна.


К полуночи мы оказались в Слюдянке и смотрели на чернеющую гладь Байкала. Если едешь на "России", южный берег Байкала проезжаешь днём и любуешься им. Но мы не сильно расстраивались на этот счёт, на обратном пути мы планировали задержаться в этих краях и хоть чуть-чуть познакомиться с этим красивейшим местом. Поэтому, находясь в Слюдянке, мы чутко присматривались к погоде и температуре, и было ясно - будет холодно.


Утром была длинная стоянка в Улан-Удэ, которую мы проспали, что немного расстроило. В любом случае, я ещё думаю там оказаться, ну это так, к слову.


В 5й день предстояло 2 длинных перегона, примерно по 6 часов: Улан-Удэ - Хилок, Хилок - Чита. Курильщики были в восторге. Ребята умываются организованно, их руководитель вообще хорошо следит за дисциплиной, но без перегибов. Поменяли постельное бельё, к слову лишние комплекты нашлись с трудом. А вот и Хилок. Немного пробежались в тапочках по шпалам, чтобы снять спрятавшийся в горах ЭП1

А потом мы не могли оторваться от окна, периодически высовываясь в него. Степи, степи. Холодные, кажется, что безжизненные. Нет-нет да и увидишь кое-где остов брошеного автомобиля

Река Хилок - верный спутник аж до Читы

Не привык я к таким просторам, к такому безлюдью. Вызывают октрытое восхищение и желание посмотреть их поближе, получше познакомиться. Мысли о том, какая, должно быть, тут сильня природа, и как тяжело тут живётся людям.

Рассказал Лёхе анекдот про чифир. И тут он заметил, что у Николая из стакана торчат несколько хвостиков от чайных пакетиков. То и дело он рассказывает свою историю каким-то людям. Что отсидел 13 лет, вроде как за убийство, был уважаемым человеком на зоне, что едет к дочке в Благовещенск, внука посмотреть. Что братва ему дала с собой денег и ещё 100 тысячна карточку переведёт, как даст знать, где устроится.

И так из раза в раз. Слушать эти разговоры - своеобразное удовольствие. Очень уж речь характерная. Никаких "садись", "спросить", "имеешь". "-Ты присаживайся. Чего на столе нет - того нет, а чем располагаю - пожалуйста. Вот ты сам откуда? Могу я поинтересоваться?" - своего рода фольклор. Каждое слово взвешено.

Люба пристаёт к подросткам, что шумно обсуждают что-то своё у себя в кубрике. "Мальчики, не материтесь!", пацаны и правда иной раз позволяли себе крепкое словцо, но я бы не сказал, что они матом разговаривали.

Пообщалась с нами, кто мы такие, зачем путешествуем. Лёха на тот момент закончил универ и работал юристом в одной фирме, я же был студентом 5го курса дневного отделения, что не мешало мне работать техником в Шереметьево. -А как же ты поехал? Сейчас же учебный год? -Прогуливаю - честно ответил я. У Любы чуть волосы на голове не выпали от такой наглости.

...

Ближе к Чите ощущуение разрухи не ослаблялось, то тут, то там мелькали брошеные дервени, набегавшие облака придавали мрачных оттенков пейзажу. А вот и Чита. Снова меняется население вагона. Николай, Люба и пионеры едут с нами дальше.

...

...

На нижней полке напротив нас расположился Петрович. Расположился и достал трёхлитровую банку пива, из которой не спеша пил. Петрович - крупный усатый мужик, лет 40. Позже к нему подошёл не менее крупный, но более молодой парень и стал пить пиво с ним, закусывая рыбой.
Бедная Люба!

Мы подъезжали к ст. Карымская, где была ещё одна сравнительно длинная остановка. Запомнилась эта станция интересным пешеходным мостом

Выяснилось, что Петрович и его товарищ - вахтовики, едут в Амурскую область на вахту. Добывать золото. Но нашему вагону сравнительно повезло - большая часть их бригады ехала в соседнем. В том, где дети от Тюмени до Иркутска ехали. С другой стороны, всё свободное от пионеров место заняли буряты, которые тоже ехали куда-то работать, и с ними было не мало хлопот. Потому что они начали пить. И в отличие от вахтовиков, пить они совсем не умели, вели себя буйно. Люба уже в край задёргала проводников, и в вагоне появилась милиция, т.е. полиция, дело шло к высадке. Их старшего куда0то увели, вроде составили протокол, и оставили в поезде до первой жалобы пассажиров. С Любой это могло случиться через минуту, но буряты на какое-то время притихли.


Напарник Петровича после просьбы Любы тоже оставил его, приглашая в свой вагон пить водку. Петрович был благодарен Любе, она стала для благовидным предлогом не пить с толпой. "Хоть на одну вахту трезвым приеду".


Ночью была стоянка в Чернышевске-Забайкальском, где народ вдоволь покурил, обновил запасы съестного и спиртного.

"Ангел живёт в Сочи, ну а чёрт в Могоче!"

Было ясно, морозно, в Москве так иногда в ноябре бывает. Стоянка была минут 15, мы особо далеко не уходили.

Едем дальше, народ в поезде вяло просыпается, за окном становится неприлично красиво. Но для снимков открывали ненадолго, не хотелось людей в вагоне морозить.

...