Прикольные вещи, созданные людьми, у которых золотые руки, но немного двинутые идеи

Какую только хуйню не выдумывают

Интересно на первом фото, если ссать и держать писюн,... ёбаный стыд о чём я думаю.

..

..

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 20:32)

17. Дизайн колонок в виде собак. Ох уж эта человеческая фантазия

классно, имхо!
ЗЫ
и поменьше, в виде кошечек

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 21:17)

***

Люстра истинного ЯПовца

Рюкзашка-рубашка смотрится прикольно сзади!

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 20:28)

3. Такой стол стоило бы отнести в какой-нибудь феШИНебельный отель

Щели на столике мусором забьютца. Столик нужно из пивных крышек делать, а потом эпоксидкой залить.

Цитата (Vivivdarium @ 29.09.2018 - 10:33)

Валенки с карманами это охуенно. В пятерочке где нибудь просят тебя дать 6 рублей, а ты снимаешь валенок и начинаешь им ебашить по кассе, а оттуда бабло сыпится...

Такие детские валенки еще в советские времена продавали.

Цитата (AGS17 @ 29.09.2018 - 10:10)

Если у вас запор откройте среднюю дверь

В эту же тему "борьбы с запорами"...
Сразу извиняюсь за длинноту повествования.
Кафе в Воронеже. ИНТЕРЬЕР (в том числе) со стеклянными капсулами, в которых "выращиваются" гомункулы в человеческий рост. И всё остальное - в том же духе. ТУАЛЕТ с тяжеленной (это важно!) дверью, по виду, как дверь в бомбоубежище (со "штурвалом"). С трудом заходишь внутрь... и тут выключается свет. В темноте раздаётся хруст трескающегося стекла под ногами. И внизу постепенно начинает высвечиваться такая картинка: преисподняя с кипящей лавой. А ты стоишь над пропастью на стеклянном полу, который на твоих глазах расползается у тебя под ногами! И назад пути нет (вспомним про дверь из бомбоубежища).
Вот тут, как говорил классик, остаётся только "губы промакнуть"
Спасибо за внимание!

Колонки Half-Life напомнили.

Цитата (Liger74 @ 28.09.2018 - 20:35)

Цитата 1. Нет ничего надёжнее человеческих рук Если это попадёт в мои человеческие руки, то страшные переломы, причиненные этим "рукам" даже сварка не вылечит. Оно ведь как, нужно нажать чутка, а оно хрусть и пополам©.

Так надо аккуратно! Пааальчиками!

Отправлено с мобильного клиента YAPik+

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 21:19)

Этот стул скелет за $ 22 000.

Даже боюсь представить молодость того доброго старичка, который касается на этом кресле
?

Отправлено с мобильного клиента YAPik+

Вещь, созданная дебилами для дебилов

Это сообщение отредактировал Чигабуга - 29 сен. 2018 г. в 13:25

Самое безумное, что я видел.

Цитата (Alzheimer9 @ 29.09.2018 - 09:17)

Цитата (Hatebur @ 28.09.2018 - 19:44) Цитата (Liger74 @ 28.09.2018 - 21:35) Цитата 1. Нет ничего надёжнее человеческих рук Если это попадёт в мои человеческие руки, то страшные переломы, причиненные этим "рукам" даже сварка не вылечит. Оно ведь как, нужно нажать чутка, а оно хрусть и пополам©. Как пассатижи говно,конечно ж Вот если начальника-долбодятла за нос прихватить - да и пойдет,пожалуй. Так тож для орехов. Щелкунчик типа

Может быть и для орехов...

...

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 20:29)

6. Если бы баскетбол придумали в 17 веке

Это сообщение отредактировал efi33 - 29 сен. 2018 г. в 15:26

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 20:32)

17. Дизайн колонок в виде собак. Ох уж эта человеческая фантазия

где то я уже это видел))

Цитата (insaider @ 29.09.2018 - 00:15)

Эти подвески с настоящей раменской лапшой внутри

А в Раменском делают какую-то особенную лапшу?

Цитата (Пакосяпа @ 29.09.2018 - 10:34)

Интересно на первом фото, если ссать и держать писюн,... ёбаный стыд о чём я думаю.

Всё верно, нет никакого бесстыдства . Это не пассатижи а обычные "держиписюны"

Цитата (SESHOK @ 29.09.2018 - 07:49)

Не реклама но всеже....

Низачот. Тру-романтик сердечко кепчуком бы нарисовал

Цитата (Okkama @ 29.09.2018 - 11:09)

Рюкзашка-рубашка смотрится прикольно сзади!

А так?

ВАУ!!! Классический гипс!

Цитата

– Но почему именно «гипс»? – У Ведровуа это центральная метафора. Представь сбитого грузовиком Бога… – Бога? – переспросил я и перекрестился. – Грузовиком? – Ведровуа так переосмыслил Ницше. Не хотела задеть твои религиозные чувства, извини – я знаю, что вам сейчас закачивают. Неважно – Бога, патриарха, царя, пророка. Одним словом, фигуру отца. Ему переломало все кости, и он мертв. Его надо скорее зарыть – но… Как это у Блока: «толстопузые мещане злобно чтут дорогую память трупа – там и тут». И вот, чтобы продлить себя и свое мещанство в будущее, толстопузые злобно заявляют, что Бог на самом деле жив, просто надо наложить на него гипс, и через несколько лет – пять, десять, двадцать – он оклемается. Они лепят гипсовый саркофаг вокруг воображаемого трупа, выставляют вооруженную охрану и пытаются таким образом остановить время… Гипсовое искусство – это искусство, которое своим виртуальным молотом пытается разбить этот саркофаг. Или, наоборот, старается сделать его еще крепче. Подобное происходило почти во всем мире и принимало самые разнообразные формы. – И чем все кончилось? – Ты придуриваешься? – Нет, – ответил я, – я работаю. Гипсовый век ведь уже завершился? – Да. – Так что, Бог в саркофаге пришел в себя? Мара терпеливо улыбнулась. – Трудно сказать. – Почему? – Про саркофаг постепенно забыли. – Почему забыли? – Потому что в нем оказались мы все. – Ага, – протянул я. – Понятно. И какой век начался после гипсового? – Не знаю, Порфирий. Наше время еще ждет своего Ведровуа. Но текущую культурную парадигму принято называть «новой неискренностью». Гипсовое искусство угасло вместе с остатками свободы… Если ты записываешь, про свободу так сказала не я, а Ведровуа. Вообще, это сложные для непрофессионала темы, потому что с гипсовых времен многие слова изменили смысл. Если ты будешь просто нырять за ними в сеть, ты можешь многое не так понять. – Как это слова изменили смысл? – спросил я. – Что, стол стал стулом? Или наоборот? Можно пример? – Можно, – сказала Мара. – Ну вот хотя бы… Одно из важных понятий гипсовой эпохи – «русский европеец». Ты знаешь, что это такое? Я заглянул в сеть. – Конечно. «Русский европеец» – косматая сторожевая собака, популярна у немецких и французских старых дев. По слухам, ее можно приучить к любодеянию языком, натирая интимные части тела пахучей колбасой или сыром, что само по себе не является нарушением норм еврошариата. Неприхотлива, хорошо переносит холод. Служит в погранвойсках на границе с Халифатом… – Хватит, – сказала Мара. – Вот видишь. А до Халифата так назывался русский приверженец гуманистических ценностей и норм. Но теперь эту информацию можно раскопать разве что в примечаниях к какой-нибудь монографии. Если ты просто забьешь эти слова в поисковик, тебе навстречу вылезет много-много няшных песиков. Как ты только что видел сам. Поэтому лучше слушай меня. – Ладно, – ответил я, – буду слушать. С периодизацией и терминологией примерно понял. А почему гипс такой дорогой? – Знаешь, – сказала Мара, – это не все искусствоведы до конца понимают сами. Хотя объяснить, конечно, может каждый. – Ты понимаешь? – спросил я. – Я… Я могу объяснить, – улыбнулась Мара. Улыбка у нее была полулимбическая типа три, открытая и честная. Теоретически должна была вызывать доверие. Но у меня почему-то не вызывала. – Объясни, – попросил я. – Видишь ли… Гипсовый век – это последнее время в истории человечества, когда художнику казалось… Нет, когда художник еще мог убедительно сделать вид, что ему кажется, будто его творчество питается конфликтом между свободой и рабством, правдой и неправдой, добром и злом – ну, называй эти оппозиции как хочешь. Это была последняя волна искусства, ссылающегося на грядущую революцию как на свое оправдание и магнит – что во все времена делает художника непобедимым… Я понятно выражаюсь? – А сейчас разве нельзя сослаться на революцию? – спросил я. – В рекламе ведь постоянно ссылаются. У них каждый новый айфак – это революция. – Сейчас можно использовать революцию как метафору технического прогресса, – сказала Мара. – Но нельзя сослаться на восстание против гнета. Не потому, что арестуют, хотя и это, конечно, тоже, а потому, что трудно понять, против кого восставать. Гнет в современном мире не имеет четкого источника. А тогда был ненавистный саркофаг. Гипсовые оковы, как говорит Ведровуа. Но уже тогда с этой апелляцией к грядущей буре наметились серьезные стилистические сложности, которые в конце концов и закрыли гипсовую нишу. – Какого рода сложности? – спросил я. – Надо быть историком, чтобы понять. Сложно петь о революции, когда за углом ее на полном серьезе готовит ЦРУ или МГБ. То есть можно, конечно, но ты тогда уже не художник, а сам знаешь кто. С добром и злом тоже начались проблемы – от имени добра стали говорить такие хари, что люди сами с удовольствием официально записывались во зло… – Понимаю, – сказал я. – И, главное, спорить с другими становилось все опасней и бессмысленней, потому что общепринятые в прошлом парадигмы добра были деконструированы силами прогресса, сердце прогресса было прокушено ядовитыми клыками издыхающей реакции, а идеалы издыхающей реакции были вдребезги разбиты предсмертным ударом хвоста, на который все-таки оказался способен умирающий прогресс. Ну, в общем, началось наше время. – То есть искусство гипсового века – это как бы последняя волна светлого революционного искусства? – Ну да, именно «как бы». Если по Ведровуа, на продажу здесь выставляется символический гиперлинк на честность и непосредственность восстания… Как бы прощальное отражение искренности в закрывающемся навсегда окне. Поэтому гипс иногда так и называют – «последняя свежесть». Я сделал паузу в двенадцать секунд, словно переваривая полученную информацию, а потом спросил: – А что именно в этом гипсе было свежим? Мара вздохнула – ее, похоже, начала утомлять моя непонятливость. – Его последнесть, – сказала она. – В гипсе содержалась последняя в культурной истории убедительная референция к свежести. К самой ее возможности. Уже не сам свет, а как бы прощальная лекция последнего видевшего свет человека обществу слепых. Ксерокопия света. – Как это может быть ксерокопия света? – Вот в этой невозможности и состоит вся суть гипса – то, что делает его таким уникальным. Это не наблюдение самого света, а фиксация того факта, что свет когда-то был. С тех пор мы имеем дело с ксерокопиями ксерокопий, отблесками отблесков… И потом, не забывай – это были последние времена, когда люди в своем большинстве занимались любовью телесно. Это было социальной нормой почти везде, кроме Японии. На самом деле, если ты пропитаешься этим периодом, ты начинаешь чувствовать невыразимо трогательную щемящую ноту, которая проходит через все гипсовое искусство. – И за эту ноту платят столько денег? Мара кивнула. – Знатоки чувствуют гипс сразу. И я не буду тебе больше ничего объяснять, Порфирий. Ты сам все увидишь на примерах. То, с чем ты будешь работать, и есть Гипс с большой буквы «Г».

(Ц) В. Пелевин "iPhuck 10"

Цитата (insaider @ 28.09.2018 - 20:29)

4. Бабушкино рукоделие промышленного масштаба

вот еще одно