Была ли альтернатива штурму Берлина?

Штурм Берлина стал знаковым событием, одной из самых главных битв Великой Отечественной войны наряду с обороной Москвы, битвой на Волге и «Огненной дугой». Некоторые авторы в современной России ставят под сомнение нужность штурма столицы Германии, аргументируя своё мнение – мощью укреплений, силой и отчаянием гарнизона, величиной потерь. Говорят, что надо было начать осаду, возможно, подождать союзные англо-американо-французские войска, чтобы они приняли участие в штурме, отвлекли часть сил вермахта на себя.

25 фото © Александр Самсонов

Но эти люди не понимают очень важных вещей: советский солдат шёл до Берлина долгие кровавые годы, он не хотел делить Победу с кем-либо. Берлин должны были штурмовать части Красной Армии, только польские части могли разделить с нами радость Победы. Дав немцам время на дополнительную подготовку города к обороне, мы только бы увеличили потери. Дали бы Гитлеру и его приближённым дополнительное время на тайные переговоры с «союзниками», к тому же при общем с союзниками штурме, вермахт мог поступить, как на западном фронте – отступать без серьёзного сопротивления, а против нас вести ожесточённое сопротивление. В итоге Победа бы досталась, как и знамя над Рейхстагом, не нам – весь мир бы увидел, что победил Запад, а не Советский Союз. Это был бы огромный психологический удар по Союзу.

Первые бои на окраинах Берлина начались 21 апреля – к Берлину прорвались части 1-го Белорусского фронта. Потом шла подготовка к штурму, сама операция по захвату столицы Рейха шла с 25 апреля по 2 мая 1945 года. 25-го части 1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов замкнули кольцо окружения вокруг Берлина.

Подготовка немцев к обороне

Немцы были большие мастера в ведении войны, во второй половине войны они разработали целую систему переоборудования городов в «крепости», города-«крепости» должны были держаться и в полной изоляции, с воздушной поддержкой. Оборону облегчал тот факт, что Берлин - это огромный город, с большим количеством каменных, бетонных сооружений. Дороги перекрывали массивными баррикадами 2-2,5 метра в высоту и 2-2,2 метра в ширину, строили из камня, бетонных плит, рельс, деревьев. Они держали выстрел танковой пушки и орудий 76-122 мм. Некоторые улицы вообще полностью перекрыли, в других баррикадах оставили 3-метровые проезды, в случае появления врага его перекрывал вагон, набитый песком, землёй, камнями. Подходы искусно минировались. В домах и админзданиях создавались узлы сопротивления. Всего в столице подготовили до 400 мощных оборонительных «бастионов», вооруженных орудиями и пулемётами. Входы и выходы к мостам также закрывали баррикадами. Была создана танковая рота «Берлин» (10 танков «Пантера» и 12 танков Pz.IV), танки, которые были неспособны к самостоятельному движению, вкопали в землю, как огневые точки, на западе и востоке города. Было три мощных объекта ПВО, массивные бетонные башни высотой около 40 м (флактурмы), они были вооружены 128-, 88- и 20-мм зенитными орудиями (это Flakturm I в районе Тиргартена, Flakturm II во Фридрихсхайне на востоке города и Flakturm III в Гумбольтхайне на севере). Объекты ПВО могли сражаться не только с авиацией врага, но и сухопутными силами. В столице создали 9 секторов обороны: восемь по окружности и один в центре, чем ближе к центру, тем сильнее была оборона. Важную роль играли подземные коммуникации, включая метро, по ним передвигались резервы, отходили, наносили удары уже в «тылу» советских войск.

Главной слабостью обороны была численность гарнизона, командование вермахта, понадеявшись на мощные укрепления Одерского фронта, держалась за них до последнего. В итоге восточнее Берлина окружили 200-тысячную 9-ю армию генерала Т. Буссе (франкфуртско-губенская группировка), она пыталась прорваться в Берлин, но не смогла, её добили только 2-го мая. Она могла бы, при своевременном отходе, удвоить (а возможно почти утроить) гарнизон Берлина. По нашим оценкам город обороняли не менее 200 тыс. бойцов вермахта, 3 тыс. орудий, примерно 250 танков, а также 200 батальонов немецкого народного ополчения. Но последний комендант Берлина генерал Вейдлинг приводит цифру в 100-120 тыс. человек гарнизона и примерно 50-60 танков на начало штурма города. Для такого гигантского города это было немного, именно поэтому немцы обороняли не каждый дом, как в ряде других городов, а отдельные здания и объекты, кварталы.

Наши силы, штурмующие Берлин, на 26 апреля 1945 года насчитывали 464 тыс. человек и примерно 1500 танков. Сам город штурмовали: 1-я и 2-я гвардейские танковые армии, 3-я и 5-я ударные армии, 8-я гвардейская армия (из 1-го Белорусского фронта), 3-я гвардейская танковая армия и часть подразделений 28-й армии (1-го Украинского фронта). В последние дни штурма столицы Германии в боях участвовали подразделения 1-й Польской армии.

Штурм

Красная Армия использовала проверенный ещё в Сталинграде опыт штурмовых групп: пехотные подразделения численностью взвод-рота-батальон усиливались танками, САУ, сапёрами, «химиками» с дымовыми шашками, огнемётами, артиллерией. К 27-му апреля советские воины вышли к центральной части города, все подразделения пробивались к Рейхстагу. К вечеру 28-го подразделения 3-й ударной армии 1-го Белорусского фронта вышли в район рейхстага.

В настоящее время есть миф, что немецкие бойцы, вооружённые фаустпатронами, «сожгли русские танковые армады» в Берлине. Но это миф, советские танковые армии в городе потеряли меньше танков, чем до штурма, преодолевая противотанковые оборонительные рубежи вермахта, прорывая мощнейшую оборону Одерско-нейсенского рубежа, оборону Зееловских высот. Так, 2-я гвардейская танковая армия С. И. Богданова в битве за Берлин потеряла от фаустпатронов противника примерно 70 танков. Хотя 2-я танковая действовала в отрыве от стрелковых дивизий, имея только свою мотопехоту, в других танковых армиях потери были ещё меньше. Всего за время с 22 апреля по 2 мая 2-я армия понесла безвозвратные потери в 104 танка и САУ - это 16% от численности парка бронемашин к началу операции. 1-я гвардейская танковая армия М. Е. Катукова за этот же период потеряла 104 танка и самоходных артустановок – это 15% бронемашин. 3-я гвардейская танковая армия П. С. Рыбалко в самом городе с 23 апреля по 2 мая потеряла 99 танков и 15 САУ (23% парка машин). Всего от фаустпатронов было подбито примерно 200-250 машин, из почти 1800 потерянных за всю Берлинскую наступательную операцию, то есть от огня вражеских танков и артиллерии погибло намного больше.

...

...

Большую помощь в штурме оказала ствольная и реактивная артиллерия, орудия ставили на прямую наводку, они оказались эффективнее танков и были почти не уязвимы для «фаустников». Так, в бою за баррикаду на Сарланд-штрассе потеряли два танка ИС-2, артиллеристы 44-й артбригады поставили в 180 метрах от баррикады 152-мм гаубицы МЛ-20, 12-тью выстрелами артиллеристы пробили проход и уничтожили гарнизон узла сопротивления. Если штурмовая группа не могла взять опорный пункт врага, его громила артиллерия. Даже «Катюши» умудрились использовать на прямую наводку: рамы снарядов устанавливали в домах на подоконниках и стреляли по домам напротив, лучшей дистанцией считалась на 100-150 метров, снаряды пробивали стены и взрывались внутри, круша все вокруг. В штурме использовали и 203-мм гаубицы Б-4 образца 1931 года, так, на перекрестке Лиден-штрассе и Риттер-штрассе 6 снарядов прямой наводкой хватило, чтобы уничтожить подготовленный к обороне дом. Стволы 280-мм мортир Бр-5 и 305-мм гаубиц Бр-18 образца 1939 года били с 7-10 км.

На фото: 203-мм гаубица-пушка образца 1931 года (Б-4).

В ночь на 29-е захватили мост Мольтке через Шпрее, утром 30-го после жестокого боя взяли министерство внутренних дел, дорога на Рейхстаг была открыта. С ходу его взять не удалось, его защищали элитные подразделения Рейха (как и Рейхсканцелярию) - части дивизии СС «Нордланд», эсэсовский французский батальон из дивизии «Шарлемань», латышский батальон 15-й гренадерской дивизии СС, эсэсовцы охранных подразделений А. Гитлера. 30-го покончил собой А. Гитлер. Вечером 30-го через пролом в стене, взорванной сапёрами, штурмовая группа ворвалась в здание, к 9.45 овладели первым этажом. Утром 1-го мая над Рейхстагом был поднят штурмовой флаг 150-й стрелковой дивизии, но бой продолжался ещё целый день, немцы засели в подвале и капитулировали только в ночь на 2-е мая.

Капитуляция гарнизона

Вечером 30-го в штаб 8-й гвардейской армии генерала Чуйкова прибыл генерал Кребс, он сообщил о самоубийстве Гитлера и предложил прекратить огонь, заключить перемирие. Сообщение было передано Жукову, тот сообщил Сталину, Сталин подтвердил установку на безоговорочную капитуляцию. Битва продолжилась. 1-го мая у вермахта остался лишь район Тиргартена, правительственный квартал, в этот день капитулировали бетонная башня ПВО Flakturm I («Зообункер») и цитадель Шпандау.

Ночью 2-го немецкое командование попросило прекратить огонь, в 6 часов утра генерал Вейдлинг и ещё три генерала сдались в плен, через час он подписал приказ о капитуляции, который через громкоговорители был доведён до обороняющихся. По мере сообщения, немцы начали сдаваться в плен, к концу дня 8-я мая армия «зачистила» центр города. Некоторые подразделения, которые не пожелали сдаться, стали пробиваться на запад, но были рассеяны и уничтожены, через Эльбу смогли перебраться немногие. Так, подразделения СС, оборонявшие Рейхсканцелярию, во главе с бригадефюрером СС В. Монке попытались прорваться на север ночью 2-го мая, но были уничтожены и пленены.

На фото: цитадель Шпандау.

...

Потери двух фронтов в штурме столицы Германии (1-го Белорусского и 1-го Украинского) примерно 50-60 тыс. убитыми, пропавшими без вести, ранеными. Оправданы ли они? Для нынешних правозащитников - нет, но уверен, что, если бы их рассуждения послушали наши воины, штурмовавшие логово зверя, они бы домой ползли в кровавых соплях.

Штурм Берлина – это зенит нашей победоносной армии, она принесла столько жертв, но выполнила свою миссию. Именно поэтому враги Руси в настоящее время льют грязь на Победу Красной Армии, стараясь её очернить, чтобы выбить из наших сердец самый святой наш праздник – День Победы…

...

...

...

...

...

...

...

У меня всё...