«Ларису Ивановну хочу!»: как снималась советская комедия «Мимино»

После выхода в прокат ленты «Мимино» песню «Чито грито…» напевал весь СССР, а фразы Валико и Рубика разобрали на цитаты. История простого деревенского летчика, который влюбился в столичную стюардессу, пришлась по душе зрителям. За незамысловатой историей наблюдали с интересом, штурмуя кинотеатры, где фильм шел с неизменными аншлагами. Сегодня мы расскажем о том, как создавалась легендарная комедия.

Режиссер Георгий Данелия изначально хотел снять ленту с незамысловатым названием «Ничего особенного», но параллельно у него была идея для еще одного фильма – о заурядном летчике, который летает на крохотном вертолете между деревнями. Обе задумки казались режиссеру интересными, но однажды пообщавшись с писателем Ибрагимбековым и выслушав его доводы в пользу романтической истории о большой и малой авиации, Данелия наконец определился с тем, какой фильм будет снимать.

Сценарий фильма писался практически на ходу, многие комедийные ситуации рождались уже во время съемок. Выбор исполнителя главной роли и вовсе произошел по воле случая. Выбирая между Мкртчяном и Леоновым, Данелия подбросил монетку. Сейчас кажется, что выбор актера – идеален, но по воле случая все могло быть совсем иначе.

Как только Кикабидзе появился в деревне, где шли съемки, со всей округи началось паломничество почитателей его таланта. Грузины съезжались отовсюду, мечтая выпить чачи или домашнего вина с любимым актером. Никакие отговорки не помогали уберечь Кикабидзе от ежедневной повинности пить с жителями близлежащих деревень. Ситуация разрешилась только тогда, когда актер шепнул одному из посетителей, что у него нехорошая болезнь – триппер. Слух быстро распространился, и Кикабидзе был спасен.

Хоть вся история выдуманная, в фильме нашли отражение несколько реальных эпизодов. Пожалуй, один из самых запоминающихся, – сцена в суде, где рецидивист давал подсказки молодому адвокату Светлане Георгиевне. Имя героине дано в честь дочери Данелия, которая действительно вела адвокатскую деятельность и как-то на одном из своих первых заседаний пережила в точности то же самое. Над разволновавшейся девушкой сжалился преступник и подсказал, какие вопросы ему задать.

Судьба фильма была непростой: в разные годы из него по цензурным соображениям вырезались эпизоды. Изначально фильм был выпущен в двух вариантах: в версии для фестивальных показов не было эпизода о разговоре с Тель-Авивом, так как цензоры в Госкино опасались осложнений отношений СССР и Израиля. При Брежневе из фильма вырезали эпизод, в котором в лифте Валико и Рубик встретили двух японцев, и те обронили фразу: «До чего же все эти русские на одно лицо!»
При Андропове была вырезана фраза: «Израиль, клянусь мамой! Слушай, ты в Кутаиси давно был?» при звонке из Германии в Телави. При Черненко фильм лишился эпизода с Савелием Крамаровым, который стал считаться предателем Родины. Антиалкогольная компания Горбачева стала причиной, по которой убрали эпизод о кутеже в ресторане «Россия». Приятно то, что впоследствии все эпизоды (кроме первого) были возвращены в картину.

via