Подвиг героев-вавиловцев

18 января 2018 года минуло 75 лет со дня прорыва блокады Ленинграда. В этот скорбный юбилей хочется вспомнить и подвиг ученых-вавиловцев из Всесоюзного института растениеводства, что на Исаакиевской площади.

8 фото via

До 1940 года руководителем института был Николай Вавилов, который сумел собрать в стенах института богатейшую коллекцию растений- около 300 000 образцов

В блокадные дни ученые-вавиловцы сохранили эту коллекцию - десятки тонн семян, зерна и картофеля.

Сохранили в том числе и ценой своей жизни. В здании на Исаакиевской площади в коробках и мешках лежали десятки тонн семян, клубней картофеля, а ведь именно в эту первую блокадную зиму нормы хлеба были сокращены до минимума: рабочим - по 250 граммов пополам с отрубями, остальным - 125 граммов.

Так, Александр Гаврилович Щукин, ответственный хранитель коллекции технических культур (арахиса и масличных), умер от голода в декабре 1941 года за своим письменным столом.

В январе 1942 года от голода умер хранитель риса Дмитрий Сергеевич Иванов. В его рабочем кабинете остались тысячи пакетиков с зерном.

Весной 1941 года на Павловской опытной станции под Ленинградом сотрудники института, как обычно, высадили коллекцию картофеля.

1200 европейских образцов — иные из них уникальные, во всем мире таких больше не было. На грядках — 10 тысяч горшков с различными видами южноамериканского картофеля.

В дни блокады хранительница коллекции картофеля Ольга Александровна Воскресенская из своей квартиры перебралась жить в подвал института, чтобы быть поближе и присматривать за уникальной коллекцией.

Когда Ольга Александровна слегла от тяжелой простуды, эстафету хранителя картофельной коллекции подхватил ее коллега - Вадим Степанович Лехнович.
Ежедневно, истощенный от голода, он проделывал путь от своего дома на улице Некрасова до Исаакиевской площади, чтобы топить подвал и проверять на дверях хранилища пломбы.

Американская журналистка Джорджи Эйн Гейер в статье «900 дней самопожертвования», опубликованной в журнале «Интернэшнл уайлд лайф», спрашивает, почему ленинградские ученые за коллекцию заплатили жизнью: «Русский дух? Самопожертвование? Желание сохранить материальные ценности?»

Завершающая