48 лет назад над Кольским полуостровом

20 апреля 1978 года стояла чудесная, весенняя, погода. В 265-м истребительном авиационном полку 5-й дивизии Войск ПВО, базировавшемся в Подужемье, рядом с Кемью, завершилась предварительная подготовка к предстоящим плановым полетам. В конце рабочего дня личный состав, за исключением дежурных сил, был распущен по домам.

В 20 часов 54 минуты по московскому времени экраны радиолокационных станций на полуострове Рыбачий зафиксировали воздушное судно. Пассажирский авиалайнер явно нарушал советское воздушное пространство. Самолет шел со стороны Скандинавии, углубляясь в зону над Кольским полуостровом.

) — Это было привычно. Ведь по тревоге, "дээсы" (дежурные силы) поднимали довольно часто - граница была рядом и в зону ответственности полка входил участок протяженностью в 1270 км, от Алакуртти на севере до Вяртсиля на юге, и разведывательные полеты самолетов стран НАТО во главе с США не были большой редкостью. Но дежурные офицеры сразу поняли: этот «залёт» - не случайный. Напряжение нарастало во всей системе ПВО страны, на всех командных пунктах от Мурманска до Москвы. Как вспоминал полковник в отставке Борис Самойлов (в тот момент оперативный дежурный КП): доклад о нарушителе он получил, когда цель была еще над морем, в километрах 300 от границы. Высота полета 9000 м., скорость 900 км/ч. Дежурные средства приведены в готовность. Стали выяснять обстановку: следует доклад - это наш Ан-12, возвращается на базу после выполнения задачи в Баренцевом море. "Ан" с такими параметрами полета?!!! Через минуту новая информация - возвращается морской разведчик Ту-95.Штаб Северного флота опровергает - на подлёте наших машин нет, все над океаном.
В 21 час 19 минут самолет-нарушитель в районе Мурманска пересек госграницу и стал углубляться на территорию Кольского полуострова, одного из наиболее охраняемых стратегических районов СССР, где располагались базы Северного флота и объекты ядерной инфраструктуры. С аэродрома Африканда, на перехват ему одновременно с Сергеем Слободчиковым поднимают Су-15 из 365-го иап капитана Александра Босова. Курс нарушителя пролегал как раз восточнее поселка Африканда.
Александр обнаружив цель, определив, что это "Боинг", на базе которых строятся американские самолеты-разведчики.

Первый доклад, поступивший от него на КП о характере цели: на борту "Боинга" нанесены иероглифы. Узнать, пассажирский ли это самолет, не представлялось возможным. Как станет известно позже, "сбившийся шпион" на самом деле являлся реактивным пассажирским "Боингом-707" южнокорейской авиакомпании "KAL", выполнявшим рейс # 902 по маршруту Париж-Сеул через Северный полюс.
Босов, несмотря на ночные условия, эволюциями своего истребителя-перехватчика и бортовыми огнями неоднократно подавал команды южнокорейскому экипажу следовать за ним для посадки на близлежащий аэродром. Но "Боинг" эти команды демонстративно игнорировал и стал упорно уходить в сторону Финляндии. Александр Босов, пилот опытный, хладнокровный, привыкший действовать строго по инструкции. Он нагнал нарушителя, занял позицию, произвел несколько предупредительных выстрелов трассирующими снарядами. Экипаж «Боинга» сигналы видел, и в этом не было никаких сомнений. Видел, но не реагировал.
До границы ему оставалось всего каких-то несколько минут полета. В это время оперативный дежурный КП Самойлов получил приказ об уничтожении нарушителя от командующего генерал-лейтенанта Дмитриева. -Товарищ командующий, уйдет! - Уничтожить! - принял решение Дмитриев. (Средства ЗРВ было решено не применять.)

В 21 час 42 минуты капитан Александр Босов, выполняя приказ, выпустил по "Боингу" тепловую ракету "воздух-воздух", стремясь поразить не фюзеляж, а крыло самолета. Это ему удалось. Взрыв разворотил двигатель, повредил крыло, вызвал разгерметизацию. "Южнокореец" стал резко терять высоту, снижаясь по спирали.
В это время на экранах РЛС появилась отметка новой цели, которая наземными службами была принята за крылатую ракету. Приказ на её уничтожение получил лётчик Сергей Слободчиков. Он нашел и уничтожил цель ракетой с радиолокационным прицелом. Как выяснилось, Слободчиков атаковал на высоте 6—7 тысяч метров оторванную взрывом предыдущей ракеты Босова фрагмент левой консоли крыла длиной около трёх метров, которая падала по инерции с большой скоростью.
НАЙТИ И ПРИНУДИТЬ К ПОСАДКЕ
Рассказывает бывший командир звена 265-го иап полковник запаса Анатолий Керефов.
"Взлет с курсом 320 градусов, высота 8000 метров". Выполнил команду в 21.45, перекрывая границу Советского Союза с Финляндией. В небе ни облачка. Метеоусловия, как говорится, миллион на миллион. КП перевел меня на канал наведения. На запрос КП о действиях противника последовал ответ: "Куда ему деться. Вон еле плетётся. Ведём на аэродром" (после пуска первой ракеты капитана Александра Босова на "Боинге" помимо оторванной левой консоли крыла заклинило турбину на одном из четырех двигателей, в фюзеляже появились пробоины от осколков). Мне тогда сразу подумалось, что дело уже сделано, и все обойдется без меня. После довольно продолжительной паузы нерадостные голоса перехватчиков сообщают: противника потеряли, остаток топлива на исходе. Осмотрелся. Солнце уже садилось за горизонт, и только светлая линия разграничивала день и ночь. Внизу светятся огнями населенные пункты. И просто не верилось, что где-то совсем рядом в нашем воздушном пространстве мечется самолет-нарушитель.
Снижаюсь, до рези в глазах ищу его силуэт. 10 пролетевших минут показались вечностью. Но вот сердце радостно забилось в груди - на фоне серой картинки земли едва различаю темные очертания плавно скользящей над нею огромной "птицы" - "Боинга" с выключенными огнями. Объект был на подходе к Лоухи и следовал курсом 270 градусов в сторону финской границы. О "находке" доложил на КП.
Там приняли сообщение; приказали подойти к цели поближе и опознать ее. Снизился до 500 м, увидел большой самолет. Как только его экипаж обнаружил "опекуна", тут же начал выполнять разворот на 180 градусов. Выполнив маневр, "Боинг" оказался на курсе 90 градусов - то есть пошел в глубь территории СССР. Я доложил об этом на КП. В ответ: "Веди нарушителя на наш аэродром".
Делать нечего - рискую. Подхожу к нарушителю с левой стороны, со стороны командира экипажа, подаю условные сигналы. Выполняю, как положено в таких случаях, разворот с пересечением его курса в сторону нашего аэродрома. А он словно меня и не видит, прёт себе дальше. Ну, думаю, так дело у нас не пойдёт. Передал на КП: "Объект не выполнил команду". Сделал еще три захода, и каждый раз летчик самолета-нарушителя также совершал маневр. Опытный, как позже выяснилось, был боец Ким Чанг Кью, сражавшийся с нашими "МиГами" еще в корейскую войну. А тогда закралась мысль: возможно, он не видит моих команд и маневрирует, что называется, на всякий случай. Взял и прошел у него перед носом с включенным форсажем. Теперь-то он должен заметить и следовать туда, куда я показал. Но мой "подопечный" выполняет разворот опять в другую сторону. Ох, и разозлился я. Набрав высоту, начинаю заходить противнику в хвост. Он тут же выполняет маневр в обратную сторону на курс 270 градусов. Но я прочно "сижу" у него на хвосте. Занимаю исходную позицию для атаки. Запрашиваю КП: "Команды не выполняет, разрешите уничтожить цель". С КП: "Подождите минутку". Через 1-1,5 минуты приказывают принудить противника к посадке в районе нахождения.
И в этот момент по курсу замечаю большое белое пятно - озеро, покрытое льдом и снегом. Лучшего места для посадки не найти. Решение созрело мгновенно. Вот когда пригодились навыки, приобретенные еще под руководством моего инструктора в Армавирском училище. Приближаюсь к южнокорейцу и своим правым крылом пытаюсь накрыть его левое крыло (если проще – то, как бы, кладу крыло своего истребителя на крыло непрошеного "гостя"). Рискованно. Столкновение неминуемо закончилось бы катастрофой. Одновременно включаю посадочные фары своего "Су" и начинаю снижаться. У нарушителя, лишенного маневра, только два выхода: либо столкнуться со мной, либо выполнять команду. Противник выбрал второе. На высоте 200 м он тоже включает фары. И так почти в "обнимку" и идем к земле. Выхожу из снижения и наблюдаю за "Боингом". Тот на "брюхе" пробежал по льду метров 300, развернулся на 90 градусов и замер у самого берега. Огня, дыма не заметил. Доложил: "Принудил к посадке, азимут-350, удаление 140 км от населенного пункта Лоухи".

Взял курс на аэродром. Первым о происшедшем выведал мой техник. И тут же разнес известие по всей стоянке. Командир эскадрильи после моего доклада обнял меня и расцеловал. Потом вызвали на СКП, где уже ждал командир полка. Я показал на карте нахождение "Боинга". Присутствовавший тут же начальник политотдела части сразу посоветовал готовить дырку на кителе для ордена (но этого впоследствии не пришлось делать ни мне, ни моим товарищам)… Началась поисково-спасательная операция.
СУДИТЬ НЕЛЬЗЯ, ПОМИЛОВАТЬ!..
В ходе осмотра самолета выяснилось, что его правое крыло было повреждено при ударе о деревья, нос не поврежден, консоль левого крыла оторвана ракетой, турбина на одном из двигателей заклинена, а в фюзеляже виднелась пробоина от осколков.

Два человека из 110 пассажиров (корейцы, японцы, французы, немцы) были убиты шрапнелью, а 13 ранены. Всех их, в том числе и детей, на руках советские офицеры и солдаты перенесли в вертолеты, которые их доставили в г. Кемь. Оставшихся невредимыми пассажиров разместили в гарнизонном Доме офицеров. А через два дня - уже 23 апреля в мурманском аэропорту 95 человек передали представителям генерального консульства США в Ленинграде и авиакомпании "Пан-Америкэн", переправившей "заблудших" в г. Хельсинки.

Командир корабля Ким Чанг Кью и штурман Ли Чын Син были задержаны в связи с проводимым расследованием в Союзе. В ходе следствия оба члена экипажа полностью признали свою вину в нарушении воздушного пространства СССР. Подтвердили они и то, что понимали команды советских истребителей-перехватчиков, но не подчинились. И командир, и штурман обратились с просьбой о помиловании в Президиум Верховного Совета СССР. Учитывая их признания и раскаяние, а также руководствуясь принципами гуманности, было решено ограничиться выдворением "горе-шпионов" за пределы Советского Союза.
30 апреля 1978 г. последовало заявление ТАСС об инциденте в Карелии. 10 суток с посадки продолжалось исследование "Боинга" советскими военными и гражданскими специалистами. Шпионского оборудования обнаружено не было. Интерес представили мощная аварийная радиостанция, сотовые наполнители крыльев и система слива топлива...
По телевизору рассказали о случившемся. А один из высокопоставленных военных, прилетевших из Москвы, при встрече сказал мне: "Капитан, вы единственный человек, кто в этой сложной ситуации сумел защитить честь Государства".
Несомненно, это была самая верная и точная оценка подвига, совершенного в то время 37-летним летчиком капитаном Анатолием Керефовым. Ведь все понимали, что прошло бы еще 15 минут и самолет-нарушитель "Боинг-707" оказался бы в Финляндии. Он спокойно бы пролетел через всю Карелию и Мурманскую область - регион, до предела напичканный огромным количеством современной боевой техники и вооружения. "Вести цель, а потом ее потерять... - продолжает рассказывать Анатолий Бориханович. - А тут огромный "Боинг" в регионе, где муха не должна пролететь незаметно... Если бы "семьсот седьмой" ушел, всех бы наших точно поснимали.
В итоге расследования, проведенного Генеральным штабом ВС СССР и главным штабом Войск ПВО страны, все обошлось - ни наказаний, ни почестей летчикам, участвовавшим в событиях с "Боингом-707". Александра Босова, первым выпустившего ракету по нарушителю, вызывали в Москву, даже, пообещали, что "Родина вас не забудет..."
Исключительно благодаря своей настойчивости Анатолий Керефов смог окончить Военную академию ПВО им. Г.К. Жукова и дослужиться до главного штурмана-летчика авиационного соединения 21-го корпуса ПВО в г. Североморске. Последние шесть лет до увольнения в запас был райвоенкомом в Терском районе на родине. Почетный гражданин г. Терека Анатолий Бориханович проводит большую работу по военно-патриотическому воспитанию молодежи, пользуется заслуженным авторитетом в республиканском совете ветеранов Кабардино-Балкарии.
Высококлассный перехватчик подполковник Сергей Слободчиков, после расформирования полка в 90-м, отслужив Родине добросовестно 21 год, был вынужден уволиться в 39 лет. Одно время работал на железной дороге, потом учителем труда в школе. В последнее время в охране одного из предприятий г. Петрозаводска.

Использованы источники:
Офицеры России
russia-reborn.ru
Вежливые люди